и Барселону. У нее был мятно-зеленый чемодан среднего размера.

— Эх, — сказала она.

— Я бы лучше в Афины слетала... Или в Барселону.

Вселенная, видимо, услышала просьбу. Но немного перепутала пассажира.

Я встречаю рейс. Пассажиры выходят один за другим. Самолет уже почти пустой, а моей семьи все нет. Наконец звонок:

— Мы в Lost & Found. Один чемодан не прилетел.

Через некоторое время сотрудники выяснили, что чемодан благополучно прибыл... в Афины.

— Не переживайте, — успокоили нас.

— Завтра доставим в Варшаву.

Поскольку без детских вещей было никак, пришлось снять квартиру еще на сутки и ждать.

Наступило "завтра".

Чемодана нет.

Оказалось, что его решили отправить не напрямую в Варшаву, а через Барселону — так получалось быстрее, потому что ближайший рейс из Афин в Варшаву был значительно позже, чем маршрут Афины — Барселона — Варшава.

Но в Барселоне чемодан... потеряли.

Спустя какое-то время его все-таки нашли, но к этому моменту мы уже успели сделать многое:

— отпустить много не самых литературных комментариев в адрес авиакомпании,

— махнуть рукой и купить ребенку необходимые вещи,

— продолжить поездку, уехав из Варшавы.

На следующий день раздался звонок:

— Поздравляем! Чемодан нашелся. Скоро прилетит в Варшаву.

Спасибо, конечно. Только мы уже были в другой стране и в Варшаве не будем и обратный билет у нас из другой европейской столицы.

В итоге чемодан доставили нашим знакомым в Варшаве. А еще через две недели, через других знакомых, и, практически к самому окончанию путешествия, ребенок наконец-то снова встретился со своими вещами.

Так что теперь в нашей семье есть человек, который хотел побывать в Афинах и Барселоне, но не смог.

И есть чемодан, который побывал и в Афинах, и в Барселоне совершенно бесплатно.

В итоге — посоветовал дочери очень осторожно формулировать свои желания.

И вслух рядом с чемоданом, их вообще ничего не говорить — вдруг опять куда-нибудь улетит...

Один из пассажиров утверждает, что ребенок не бегал по салону и не устраивал веселый бунт. Он был сильно напуган, прятался под креслом и выскальзывал из ремня, когда его пытались усадить. Самолет уже рулил к полосе, поэтому пришлось возвращаться к терминалу. Семью сняли с рейса примерно в 23:30, затем выгружали багаж и переделывали документы. В 00:30 полоса аэропорта Виктории закрылась. В итоге рейс отменили, пассажиры вылетели следующим вечером.

С точки зрения безопасности — обсуждать особенно нечего. Самолет не может взлетать, пока ребенок стоит на кресле или прячется под ним. Но что реально может сделать родитель с невыспавшимся детенышем, который уже перегулял и вообще перестал воспринимать любые аргументы? Силой посадить и пристегнуть, после чего весь самолет будет слушать крики? Сразу добровольно выйти, как только стало понятно, что договориться не получится? А в какой момент? Когда самолет уже на рулежке — его все равно надо возвращать к терминалу. Снимать багаж. Переделывать документы. Да и всегда остается надежда, что вот-вот он успокоится, получится его уговорить, усадить.

Мы вообще ничего не знаем об этом ребенке. Возможно, это был обычный испуганный малыш. А возможно, ребенок с аутизмом, сенсорными особенностями или другим нарушением развития. Шум, незнакомая обстановка, закрытое пространство и попытки незнакомых взрослых его усадить и пристегнуть могли вызвать meltdown, который невозможно остановить уговорами. Родители не обязаны публиковать диагноз ребенка, чтобы заслужить сочувствие. Для экипажа это ничего не меняет: непристегнутым взлетать нельзя. Но прежде чем объяснять родителям, как они должны были воспитывать ребенка, стоило бы хотя бы допустить, что перед нами не обычный каприз.

Возможно здесь помогло бы знакомое ребенку автомобильное кресло с собственными ремнями. Transport Canada рекомендует использовать одобренные детские кресла во время полета. Porter разрешает устанавливать такое кресло на отдельно купленном месте, а перевозить кресло и коляску можно бесплатно у очень многих авиакомпаний.

Удивляет избирательность этой дискуссии. Когда с рейса снимают пятого пьяного урода, который орет на бортпроводников, лезет драться и не выполняет команды экипажа, никто не предлагает запретить взрослым летать. Никто даже не требует полностью прекратить продажу алкоголя в аэропортах и на борту. Но стоило одному испуганному ребенку сорвать рейс, как немедленно появились требования отдельных самолетов без детей. Может быть, проблема все-таки не в возрасте пассажира, а в том, способен ли он в данный момент соблюдать правила безопасности?

Кстати про adult-only перелеты. Отели и круизы adults-only давно никого не удивляют. Из Майами вообще в феврале запустят “голый” круиз на Norwegian Jewel. Тогда почему почти нет рейсов или хотя бы отдельных салонов без маленьких детей? У авиакомпании Scoot на Boeing 787 есть зона Scoot-in-Silence, куда не допускают детей младше 12 лет. У AirAsia X есть Quiet Zone без детей младше 10 лет. Пока это только несколько рядов, а не отдельный рейс. Недавно бронировал клиенту перелет в Японию авиакомпанией ZIPAIR — там детям до 7 лет нельзя забронировать салон ZIP full-flat — так называется их недобизнес-класс.

Вы бы доплатили $100 или $200 за такой adult-only салон самолета или гораздо больше за отдельные adult-only перелеты?

Мне везло. За все наши перелеты с тремя детьми — у меня ни разу не было проблемы их усадить, убедить, пристегнуть. Не помню, может со старшим это было принудительно через крики. Он был очень активный ребенок. Может быть, помогло то, что мы всегда много ездили или летали. Но многочасовая история в пробке с орушим непрерывно ребенком, который никак не хотел сидеть в кресле, — у меня была. Простояв пару часов под непрерывный ор на выезде из Москвы по Шоссе Энтузиастов в сторону Нижнего Новгорода, где-то после Балашихи мы психанули, развернулись через две сплошные, и вернулись домой, отменив поездку. На фотках — мои дети во время наших старых и, к счастью, вполне мирных перелетов.

Родителей этого ребенка я не осуждаю, а всячески им сочувствую. Уверен, натерпелись они гораздо больше, чем все остальные пассажиры отмененного рейса. Попробуйте тоже отнестись к ним с чуточкой сочувствия. А вам что помогало, когда перед взлетом ребенок категорически отказывался садиться и пристегиваться?

Однажды я такую парочку из машины выкинул. Деревенщина. Достали. То им не так, это не эдак. И сижу я к ним спиной неуважительно, и вожу я плохо, где только права купил, и вообще — укачивает их.

— Кого укачивает, —говорю, — пересядьте вперёд, машина переднеприводная, качать будет, как ни старайся.

— Нет, или ведите как следует, или мы вам тут сейчас всё заблюём.

— Это я ещё весь их мат из диалога опускаю.

Встал у обочины, позвонил диспетчеру, чтобы отменить заказ, вышел из машины, открыл заднюю дверцу, выдернул этого кавалера — так что он у меня метра полтора мордой по газону ехал. А девица сама выскочила — ухажёра спасать. Добро пожаловать в культурную столицу, дебилы.

Они, [м]лядь думают, что если платят, так им всё позволено. Хозяевами себя чувствуют. Хрен там. В машине я хозяин. А они только клиенты. Всякие, говорю, попадались.

Но вот этот особо запомнился. Садится на Богатырском — рейс на Ветеранов. Это через весь город — такие концы весьма приветствуются. И вроде не сильно пьян — спинку держит прямо, не шатается, говорит членораздельно.

Правда, в машине, пока ехали, ещё приложился — не отравой какой-нибудь, приличным коньяком пахнуло, я разбираюсь. И где-то на полдороге гляжу в зеркало — заклевал пассажир носом, сполз по сиденью слегка, к дверце прислонился — посапывает так сладко, глазки прикрыв. Отключился.

Подъехали. Хорошо, он мне номер дома назвал, а то бы искал его — Ветеранов длинный. Встали.

— Э, командир! — говорю, — просыпайся, финиш, приехали.

Хоть бы хны. Мёртвый. Даже не мычит, только дышит. Выхожу. Дверь пассажирскую открыл, потряс его легонько — хоть бы хны. Да там не хны, там этих хней с десяток. Вообще ни на что не реагирует.

Ну, блин, попал. Что с ним делать-то?

Вытащил его из машины аккуратно, усадил на скамеечку. И так потряс, и так по щекам похлопал. Ну не просыпается, зараза, спит.

Я разозлился, саданул его покрепче — ни хрена, реакции ноль. Во даёт мужик. Вот это называется нажраться. Даже уважение вызывает. Ну уважение уважением, а денег- то мне с него получить надо?

Пришлось слегка нарушить положения уголовного кодекса. Достал я у пассажира бумажник — мама дорогая, там кроме рублей ещё баксов куча. Отсчитал, сколько мне полагается, а сам думаю — район-то не слишком благополучный, пока никого нет, а чуть кто появится? Вероятность, что поинтересуются, что у мужика в карманах- довольно высока. Обчистят же, как липку, а у него ОЧЕНЬ есть что взять.

Вытащил я у него из бумажника всё что было, рублей сто только оставил, а всё остальное в носок ему запихал. Да ещё так аккуратно вокруг ноги разложил, что и незаметно вовсе. Не просыпается. Богатырь, блин. Напялил башмак обратно- никто не видел, место там неприметное, потому я и забеспокоился.

Отошёл, посмотрел — вроде всё нормально. Спит, не просыпается. Ну, мужик, дай тебе Бог и маленькие боженята не вляпаться в криминал. Сиди, спи. А мне работать надо.

Уехал. Что там дальше было- не знаю, конечно. Надеюсь всё кончилось благополучно — я со своей стороны всё что мог сделал. Еду и горжусь — вот какой я молодец, а мог ведь и сам всё содержимое его лопатника захапать- хрен бы он чего вспомнил, я же не по вызову, я его на улице подобрал...

вы руководите Фордом. Что делать в такой ситуации? Отзывать автомобили, менять конструкцию и терять огромные деньги или оставить всё как есть? Сколько людей погибнет из-за косяка? А если они погибнут, то это же ещё и компенсации родственникам придётся платить в судебном порядке?

Поэтому в Форде сели и всё тщательно посчитали...

Доработать конструкцию топливного бака стоит $11. Модернизация всего парка обойдётся в $137 млн. А погибнет в ДТП именно из-за возгорания максимум человек двести. Ну пускай ещё несколько сотен получат тяжелые ожоги. Предположим, что в суде докажут вину Форда. В худшем случае придётся заплатить $50 млн — всяко выгоднее, чем переоборудовать автомобили.

Поэтому было принято решение ничего не делать.

Ужасно, да? Хотя это экономически рационально: подвергнуть человека риску смерти в муках, сэкономив 11 баксов. Но есть один куда более ужасающий факт — инженеры Форд узнали о дефекте на этапе краш-тестов. То есть они просто подзабили. Это ж заморачиваться надо, конвейер перестраивать, старт продаж переносить... убытки, убытки и ещё раз убытки!

А секретный внутрикорпоративный документ с холодными расчётами был подготовлен уже после выпуска автомобиля. И он оставался тайной концерна до 1977 года, пока журналист Марк Дауи не опубликовал расследование в журнале Mother Jones, обнародовав копию меморандума.

Если кому-то вдруг показалось, что это события давно минувших лет и сейчас всё по-другому, то вы заблуждаетесь. Я увлёкся "экономикой трагедий" и, оказалось, что после меморандума Пинто, был меморандум Айви. Затем был отчёт Валюкаса. Далее дело Takata. А из последнего стоит упомянуть тайны Boeing касательно модели 737 MAX.

Короче, у многих корпораций есть своя смертельная арифметика. Отрезвляюще, особенно для гуманистов с мантрой "человеческая жизнь бесценна".