Деда достойным командировки в дружественную тогда Гвинею-Бисау, где он за два года приобрёл бесценный опыт преподавания африканским студентам и Волгу-универсал ГАЗ-2402, шикарную машину по тем временам. Во-вторых, его авторитет признавали студенты, исправно посещая все его лекции, семинары и лабы, иначе Дед, скрупулёзно отмечая все прогулы, до зачётов и экзаменов не допускал.

Легенды же про Деда ходили во множестве. В основном они касались его взаимоотношения со студентами и, видимо, уже относятся к разряду "баянов".

То он выкидывал в окно зачётку студента, посмевшего явиться на экзамен, не сдав лабораторную работу. Когда ошалевший студент спускался во двор, его зачётка была уже успешно обнюхана и помечена местными бездомными столовскими собаками.

То он пил на стосемнадцатой пересдаче зачёта с несчастным студентом, ведя с ним задушевную беседу, перемежающуюся с кратким циклом лекций по дисциплине "Радиопередающие устройства"". В итоге захмелевший студент уходил от Деда, держа в руках зачётку с заветной подписью.

Но в любом случае Дед оставался хозяином положения. Лишь единственный раз студенты поставили его в тупик, но и из этой ситуации он вышел достойно, лишний раз подтвердив свою кличку.

На очередной лабораторке Сане и Диме досталась тема по исследованию лампы бегущей волны. После краткой вводной части, где были проверены знания теории и данных из методички, ребята были допущены Дедом непосредственно к лабораторному стенду. Конечно, сама лампа в стенде была надёжно упрятана, как для её собственной безопасности, чтоб шаловливые студенты ненароком не повредили её, так и для безопасности самих студентов, чтоб не получили лишнюю дозу СВЧ-излучения или удар током. Студентам полагалось крутить ручки всевозможных реостатов и пялиться в несколько вольметров и амперметров. Итогом всей работы должны были стать практические графики вольт-амперных характеристик, по которым потом вычислялись коэффициент усиления, КПД и прочие параметры.

Начало практической работы было определённо успешным. Полученная пара графиков сильно напоминала теоретические. ЧП началось с того, что уровень выходного сигнала резко подскочил, потом стрелка вольтметра вообще забилась в правый угол, а через некоторое время упала в ноль.

После проклятая лампа бегущей волны больше не реагировала ни на какие внешние раздражители. Саня с Димой побледнели. Лабораторные стенды были гордостью Деда, собраны из радиоэлементов, прошедших военную приёмку, за долгие годы работы вылизаны до совершенства и работали безотказно. Но деваться было некуда и на негнущихся ногах парочка отправилась на заклание к Деду.

Удивлённый Дед подошёл к стенду, порасспросил студентов, что они конкретно делали, посмотрел их черновики, лично пощёлкал тумблёрами и покрутив ручки, пробурчал себе под нос: …видимо, паразитное возбуждение…. схема защиты… и что-то ещё неразборчиво, но выразительно.

Видно было, что Дед впал в ступор, но быстро взял себя в руки:

— Так, лабораторную работу я вам засчитываю, — Саня с Димой удивлённо переглянулись, — Вы ведь не виноваты, что стенд вышел из строя.

Дед встал и направился к своему столу. Обернувшись, он продолжил:

— У вас, молодые люди, явно пропадает талант испытателей. Спалить военную технику, которую даже африканские студенты спалить не смогли – это определённо талант, да ещё подкреплённый хорошим знанием теории. Поэтому, — Дед выдержал паузу, — давайте зачётки, экзамен ставлю автоматом.

1974 год, с перерывами на Финскую и Великую Отечественную войну исполнял он обязанности главного врача.

Предоставим слово людям, его знавшим.

Анна Григорьевна Романова 1927 года рождения. Медсестра операционного блока Барановской больницы с 1945 по 1989 год.

В июне 45 года после окончания Егорьевского медицинского техникума меня распределили в Барановскую больницу. Прокопий Филиппович ещё с фронта не вернулся. И первую зиму мы без него были. Всю больницу отопить не могли – дров не хватало. Мы сами привозили дрова из леса на санках. Подтапливали титан в хирургии, чтобы больные погрелись. К вечеру натопим, больных спать уложим – поверх одеял ещё матрацами накрываем.

Потом Прокопий Филиппович с армии вернулся – начал больницей заниматься. Сделал операционный блок совместно с родильным отделением. Отремонтировал двери-окна, чтобы тепло было. Купил лошадь, и дрова мы стали сами завозить, чтобы топить постоянно. Когда всё наладил – начал оперировать.

Сейчас ортопедия называется – он оперировал, внутриполостная хирургия – оперировал, травмы любые… Помню, — к нему очень много людей приезжало из Тульской области. Там у него брат жил, направлял, значит. После войны у многих были язвы желудка. И к Прокопию Филипповичу приезжали из Тулы на резекцию желудка. После операции больным три дня пить нельзя было. А кормили мы их специальной смесью, по рецепту Прокопия Филипповича. Помню, — в составе были яйца сырые, молоко, ещё что-то…

Позднее стали привозить детей с Урала. Диагноз точно не скажу, но у них было одно плечо сильно выше другого. Привезли сначала одного ребёнка. Прокопий Филиппович соперировал и плечи стали нормальные. Там на Урале рассказали, значит, и за 5-6 лет ещё двое таких мальчиков привозили. Последнего такого мальчика семилетнего в 65 году с Урала привозили. Уезжали они от нас все ровные.

Он был очень требовательный к нам и заботливый к больным. Соперирует – за ночь раз, еще раз, и ещё придёт, проверит – как больной себя чувствует.

Сейчас ожогами в ожоговый центр везут, а тогда всё к Прокопию Филипповичу. Зеленова девочка прыгала через костер и в него упала. Поступила с сильнейшими ожогами. Делали каркасы, лежала под светом, летом он выносил её на солнышко и девочка поправилась.

В моё дежурство Настю Широкову привезли. Баловались они в домотдыхе. Кто-то пихнул с берега. И у неё голеностопный сустав весь оторвался. Висела ступня на сухожилиях. Прокопий Филиппович её посмотрел, говорит: "Ампутировать всегда успеем. Попробуем спасти". Четыре с половиной часа он делал операцию. В моё дежурство было. Потом гипс наложили – и нога-то срослась. Долго девочка у нас лежала. Вышла с палочкой, но своими ногами. Даже фамилии таких больных помнишь. Из Кладьково мальчик был – не мог ходить от рождения. Прокопий Филиппович соперировал сустав – мальчик пошел. Вырос потом, — работал конюхом. Даже оперировал "волчья пасть" и "заячья губа". Заячья-то губа несложно. А волчья пасть – нёба "нету" у ребенка. И он оперировал. Какую-то делал пересадку.

Порядок требовал от нас, чистоту… Сколько полостных операций – никогда никаких осложнений!

Гинеколога не было сначала. Всё принимал он. Какое осложнение – бегут за ним в любое время. Сколько внематочных беременностей оперировал…

Уходит гулять – сейчас зайдёт к дежурной сестре: "Я пошёл гулять по белой дороге. Прибежите, если что".

…Сейчас легко работать – анестезиолог есть. Тогда мы – медсестры — анестезию давали. Маску больному надевали, хлороформ капали. И медсестра следила за больным всю операцию – пульс, дыхание, давление…

Надю Мальцеву машина в Медведево сшибла. У ней был перелом грудного, по-моему, отдела позвоночника. Сейчас куда-то отправили бы, а мы лечили. Тогда знаете, как лечили таких больных? – Положили на доски. Без подушки. На голову надели такой шлём. К нему подвесили кирпичи, и так вытягивали позвоночник. И Надя поправилась. Теперь кажется чудно, что кирпичами, а тогда лечили. Завешивали сперва их – сколько надо нагрузить. Один кирпич – сейчас не помню, — два килограмма, что ли, весил… И никогда никаких пролежней не было. Следили, обрабатывали. Он очень строгий был, чтобы следили за больными.

Каждый четверг – плановая операция. Если кого вдруг привезли – оперирует внепланово. Сейчас в тот центр везут, в другой центр, а тогда всех везли к нам, и он всё делал.

Много лет добивался газ для села. Если бы не умер в 77-ом, к 80-му у нас газ бы был. Он хлопотал, как главный врач, как депутат сельсовета, как заслуженный врач РСФСР…

А что он фронтовик, так тогда все были фронтовики. 9 мая знаете, сколько люду шло тогда от фабрики к памятнику через всё село… И все в орденах.

***

Елена Николаевна Петрова. Медсестра Барановской сельской больницы 06.12.1937 года рождения.

Я приехала из Астрахани после медучилища в 1946-ом. Направления у нас были Южный Сахалин, Каракалпакия, Прибалтика, Подмосковье. Тогда был ещё Виноградовский район. Я приехала в райздрав в Виноградово, и мне выписали направление в Барановскую больницу. 29 июля 56 года захожу в кабинет к нему – к Прокопию Филипповичу. Посмотрел диплом, направление. И сказал: "С завтрашнего дня вы у меня работаете". Так начался мой трудовой стаж с 30 июля 56 года и продолжался 52 года. С ним я проработала 21 год. Сначала он поставил меня в терапию. Потом перевёл старшей медсестрой в поликлинику. Тогда начались прививки АКДС (Адсорбированная коклюшно-дифтерийно-столбнячная вакцина — прим. автор).

У нас была больница на 75 коек. Терапия, хирургия, роддом, детское отделение, скорая. Рождаемость была больше полутора сотен малышей за год. В Барановской школе было три параллели. Классы а-б-в. 1200 учащихся. В каждой деревне была начальная школа – В Берендино, в Медведево, Леоново, Богатищево, Щербово – с 1 по 4 класс, и все дети привитые вовремя.

Люди сначала не понимали, — зачем прививки, препятствовали. Но с врачом Сержантовой Ириной Константиновной ходили по деревням, рассказывали – что это такое. Придём – немытый ребёнок. На керосинке воду разогреют, при нас вымоют, на этой же керосинке шприц стерилизуем, — вводим вакцину. Тогда от коклюша столько детей умирало!.. А как стали вакцинировать, про коклюш забыли совсем. Оспу делали, манту… Детская смертность пропала. Мы обслуживали Богатищево, Медведево, Леоново, Берендино, Щербово. С Ириной Константиновной проводили в поликлинике приём больных, а потом уходили по деревням. Никакой машины тогда не было. Хорошо если попутка подберёт, или возчик посадит в сани или в телегу. А то – пешком. Придём в дом – одиннадцать детей, в другой – семь детей. СЭС контролировала нашу работу по вакцинированию и прививкам, чтобы АКДС трёхкратно все дети были привиты, как положено. Недавно показали по телевизору – женщина 35 или 37 лет умерла от коклюша. А у нас ни одного случая не было, потому что Прокопий Филиппович так поставил работу. Он такое положение сделал — в каждой деревне – десятидворка. Нас распределил – на 10 дворов одна медсестра. Педикулёз проверяли, аскаридоз… Носили лекарства по дворам, разъясняли – как принимать, как это важно. У нас даже ни одного отказа не было от прививок. Потом пошёл полиомиелит. Сначала делали в уколах. Потом в каплях. Единственный случай был полиомиелита – мама с ребёнком поехала в Брянск, там мальчик заразился.

Вы понимаете, — что такое хирург, прошедший фронт?! Он был универсал. Оперировал внематочную беременность, роды принимал, несчастные случаи какие, травмы – он всегда был при больнице. Кто-то попал в пилораму, куда бежит – к нам? Ребенок засунул в нос горошину или что-то – сейчас к лору, а тогда – к Прокопию Филипповичу. Сельская местность. Привозят в больницу с переломом – бегут за врачом, а медсестра уже готовит больного. Я сама лежала в роддоме – нас трое было. Я и ещё одна легко разрешились, а у Зверевой трудные роды были. Прокопий Филиппович её спас и мальчика спас. И вон – Олег Зверев – живёт. Прокопий Филиппович и жил при больнице с семьёй. Жена его Головихина Мария Фёдоровна терапевт, он – хирург.

Раз в две недели, через четверг, он проводил занятия с медсестрами – как наложить повязку, гипс, как остановить кровотечение, как кровь перелить, — всему нас учил. Мы и прямое переливание крови использовали. А что делать, если среди ночи внематочная… Кого бы ни привезли – с переломом, с травмами… К нему и из Сибири я помню приезжали. Он всё знал.

Квалификация медсестёр и врачей – все были универсалы. Медсестра – зондирование. Он учил, чтобы мы были лучшими по зондированию. Нет ли там лемблиоза. Мы всеми знаниями обладали – он так учил. На операции нас приглашал смотреть. Он тогда суставы всё оперировал. Помню – врожденный дефект голеностопного сустава оперировал. Медсестёр собрал и врачей на операцию. Мальчик не мог ходить. Он его соперировал — мальчик пошёл.

…На столе у него всегда лежал планшет "Заслуженный врач РСФСР" и он выписывал на нем рецепты, назначения…

Какой день запомнился ещё – 12 апреля 1961 года. У нас через вторник проходила общая пятиминутка. Медсёстры докладывали все по отделениям, по участкам… И он вбегает в фойе больницы и прямо кричит: "Юрий Алексеевич Гагарин в космосе! "Он так нам преподнёс – все так обрадовались. И пятиминутки-то не получилось. Как раз все в сборе были. Большой коллектив! Одних медсестер 50 человек.

40 лет будет, как его не стало. Хоронили его все – барановские, Цюрупы, воскресенские, бронницкие, виноградовские… Такой человек! Мы сейчас говорим – почему мемориальной доски нет? Нас не станет – кто о нем расскажет. Нельзя забывать! Столько людей спас — они уже детей и внуков растят… Дети его разъехались, нечасто могут приехать, но люди за могилкой смотрят. Помнят его. И нельзя забывать!

***

Виталий Прокопьевич Дегтярев. Доктор медицинских наук, профессор Московского медико-стоматологического университета, Заслуженный работник высшей школы

Отец родился в Оренбургской области в крестьянской семье. Он и два его брата – Степан Филиппович и Иван Филиппович линией жизни избрали медицину. Отец учился в Оренбурге в фельдшерско-акушерской школе. Потом закончил Омский мединститут. В 1935 году он был назначен главным врачом Барановской больницы, в которой служил до конца, практически, своих дней.

Был участником финской и Великой Отечественной войн. На Великую Отечественную отец был призван в 42-ом. Это понятно, что в сорок первом Барановская больница могла стать прифронтовым госпиталем, и главный врач, хирург, был необходим на своём месте. А в 42, как немцев отбросили от Москвы, отца призвали в действующую армию, и он стал ведущим хирургом полевого подвижного госпиталя. Это госпиталь, который самостоятельно перемещается вслед за войсками и принимает весь поток раненых с поля боя. Отец рассказывал, что было довольно трудно в период активных боевых действий. По двое-трое суток хирурги не отходили от операционных столов. За годы службы в армии он провел более 20 тысяч операций. День Победы отец встретил в Кёнигсберге. Он был награжден Орденом Красной Звезды, медалью "За победу над Германией", юбилейными наградами, а ещё, уже в послевоенные годы, — Орденом Трудового Красного Знамени. Ему было присвоено почетное звание Заслуженного врача РСФСР.

После возвращения с фронта отец был увлечен ортопедией. Он оперировал детей и взрослых с дефектами верхних и нижних конечностей, плечевого пояса и вообще с любой патологией суставов. Долгое время он хранил фотографии пациентов, сделанные до операции, например, с Х-образными конечностями или с искривлённым положением стопы, и после операции – с нормальным положением конечностей. А в 60-х годах он больше сосредоточился на полостной хирургии.

Он был истинный земский врач, который хорошо знает местное население, их проблемы, беды и старается им помочь. Земский хирург – оперировал пациентов с любой патологией. Травмы, ранения, врожденные или приобретённые патологии…. Все срочные случаи – постоянно бежали за ним, благо недалеко – жил тут же. По сути дела, у него было бесконечное дежурство врача. На свои операции отец собирал свободных медсестер и врачей – это естественное действие хирурга, думающего о перспективе своей работы и о тех людях, которые с ним работают. И я у него такую школу проходил, когда приезжал на каникулы из института.

Он заботился о том, чтобы расширить помощь населению, старался оживить работу различных отделений и открыть новые. Было открыто родильное отделение. Оно сначала располагалось в большом корпусе. А потом был отремонтирован соседний корпус, и родильное перевели в него. Позже открыли ещё и инфекционное отделение. Долгое время было полуразрушенным здание поликлиники. Отец потратил много времени и сил на ремонт этого здания. Поликлинику в нём открыли.

Отец очень хорошо знал население, истории болезней практически всех семей, проживающих в округе. Когда я проходил практику в Барановской больнице, после приёма пациентов случалось советоваться с ним по каким-либо сложным случаям. Обычно он пояснял, что именно для этой семьи характерно наличие такого-то заболевания… И то, что вызвало моё недоумение, по всей вероятности является следствием именно этого заболевания.

Отца избрали депутатом местного Совета. И он занимался вопросами газификации села Барановское. Много сил отдал разработке, продвижению этого проекта…

Своей долгой и самоотверженной работой он заслужил уважение и признательность жителей округи. На гражданскую панихиду, которая была организована в клубе, пришли жители многих окрестных сел, а после нее гроб из клуба до самого кладбища люди несли на руках.

Он был настоящий народный врач.

***

Главе Воскресенского района Олегу Сухарю поступило обращение жителей села Барановское с просьбой установить мемориальную доску на здании Барановской больницы, в память о П. Ф. Дегтярёве. Ещё жители просили, чтобы в районной газете "Наше слово" была опубликована статья о Прокопии Филипповиче.

Доску глава заказал, место для неё определили, статью поручил написать мне, и в сегодняшнем номере газеты она опубликована. Текст вот этот самый, который вы прочли. В Барановском газету ждут.

Добавлю ещё, что когда приезжал в Барановское сфотографировать эту самую дореволюционной постройки больницу, разговаривал ещё с людьми, и каждый что-то о Прокопии Филипповиче хотел рассказать.

И ещё оказалось, что такие уникальные врачи разных специальностей и в разных больницах района ещё были. Мне их назвал наш уважаемый почетный и заслуженный главный врач станции переливания Станислав Андреевич Исполинов.

Но, получается, — в нашем районе минимум четверо, и в других районах должно быть так примерно. Писать о них надо. Рассказывать.

Но я же не знала! Я остановилась, открыла окно, начала извиняться перед мужчиной, сказала, что я не знала, что там яма. Он психует, орёт, что надо смотреть, куда едешь, и что я тварь и он меня щас ушатает. Я предлагаю ему салфетки, предлагаю успокоиться и довезти его до места, куда он шёл, предлагаю постирать его вещи, но он орёт на меня матом. Причём я и обрызгала его несильно, попало на штаны немного и на куртку слегка. В общем, я уехала, не стала связываться с ним, очень уж он был агрессивно настроен. А через два дня выхожу, а моя машина расцарапана. Я в шоке. Обращаюсь в полицию. Поднимаем записи с камер, они есть у школы возле дома, возле въезда во двор, возле магазина и клиники во дворе. И выясняется, что тот самый мужик (я узнала его) запомнил мой номер, видимо, нашёл меня как-то, нашёл адрес регистрации и приехал мстить. Приехал он на своей машине, номер засветил, так что его быстро нашли.

Был суд, он оплатил крупную сумму за порчу автомобиля. Самое страшное, что он преподаватель, многодетный отец, любящий муж, весь такой положительный, профессионал, все о нём отзывались хорошо. Он уверял, что я его сбила на машине и скрылась, поэтому он пришёл мстить. Но у меня видеорегистратор, который записал и его мат, и проклятия, и угрозы.

из широких штанин паспортину, представляюсь. Все чин-чинарем — вот ваша карта, вот бланк заполните пжлста. Смотрю в бланке прописано все, только цифры вставляй, даже что паспорт мой выдан в Д.. cке. Вот думаю: молодцы — как защищаются от тупых. Заполняю и естественно аккуратно рядом пишу, что прописан в Москве — отдаю... Ступор по ту сторону стекла минут на 5, затем короткое совещание — с таким еще не сталкивались. (Попраны закаленные в боях с бабульками правила!) Затем мне предлагают на пустом листе переписать весь бланк с графами, ну и заполнить по форме естественно снова. Вот думаю засада. Быстро переписываю, отдаю. Мне — еще не все, точно такой же еще пжлста, для получения пин-кода... Я, еще не утративший веру человечество и в доброту, переписываю и расслабляюсь. ЗРЯ! — острый глаз девахи разглядел недописанную цифру, ну и почерк наверное не устроил. Вставлять или упаси бог что-то зачеркивать -не моги. ПИШИТЕ СНОВА Б…дь! целый бланк, с десятизначными цифрами! Краем глаза смотрю на сочувственные взгляды бабулек -писать на краешке стойки неудобно, еще и толкают со всех сторон. Пишу. На этот раз не устроила цифра перенесенная с другой строки

(господи, ну там ведь нет строк — нелинованный лист).. Пишу остервенело еще — ошибся с цифрой(исправлять нельзя). Уже едет крыша — народ, даже которых обслужили, не расходится — с интересом смотрят — кто кого?... В восьмой раз, ура, я сдал наконец злополучный экзамен. Кажется победа! сейчас меня осчастливят! Девушка кажется тоже рада за меня, улыбаясь, она произносит фразу после которой я сломался: А теперь заполните бланк с такими же данными еще для какой-то х.. ни! Я уже не слышал для какой, меня поперло и уже ничто не могло остановить.

Я, в насколько мог, вежливой форме объяснил ей куда эту карту можно засунуть... И ушел.

Вот. Ну самое грустное, что завтра мне надо идти туда опять, зарплату то надо получать. Попытка № 2. Попробую не сорваться.

P/S Бабушек я зауважал.