сейчас надо будет быстро спасать.

— Да расслабься ты, — дружелюбно хлопнул Ваньку по плечу странный незнакомец.

— Ты даже не представляешь, сколько всего мне нужно тебе сказать. Но есть две вещи, самые главные. Первое: спасибо. И второе: сам дурак.

Иван ничего не понимал, но уже потянулся к телефону, чтобы вызвать полицию.

Тут незнакомец выудил из кармана сложенный в несколько раз лист бумаги и протянул Ивану.

— Что это? — нахмурился тот.

— Это мой билет в жизнь. Распечатка нашей с тобой переписки тридцатипятилетней давности. Я — Горбыль4035, — гордо представился мужчина.

Ваня взял в руки лист и осторожно развернул, всё еще косясь на внуков.

Переписку он не вспомнил, зато вспомнил сайт, на котором любил строчить комментарии в пору своей молодости. Сама площадка давным-давно канула в лету, да и Ваня уже ничего не искал в интернете, кроме прогноза погоды и дешевой виагры.

— Это мой пост, — начал объяснять Горбыль4035, — а вот — твой комментарий, самый первый.

Ваня надел очки и внимательно взглянул на след, оставленный им много лет назад в сети. Пафосные замечания по поводу орфографии, нарциссизм, тонкий троллинг — Ваня узнавал свой стиль.

— И что дальше? — испуганно спросил он, глядя на явно психически нездорового мужчину.

— А дальше — самое интересное, — загорелись азартом глаза дядьки.

— Я тогда тебе пообещал, что вычислю тебя по ай-пи, ну как обычно бывает. И что ты думаешь? — захихикал он в кулак.

— Записался на курсы по программированию, окончил их. Потом решил: раз знания есть, можно попробовать работу сменить. Потыкался то тут, то там. В итоге пристроился. Затем еще курсы, потом заочное отделение института, повышения одно за другим, — всё громче и громче говорил мужчина.

Ваня хотел было сбежать, но странный тип схватил его за руку и продолжил:

— Я всё никак не мог отпустить мысль, что пообещал тебя найти и отомстить, — снова потряс он листом бумаги, отобранным у Вани.

— Естественно, ни по какому ай-пи я тебя не пробил. Но я нашёл тебя в других социальных сетях и, хотя город ты не указал, я начал искать тебя методом тыка. Всю страну объездил, таких красот насмотрелся — ты не представляешь!

— Он посмотрел куда-то вдаль, явно прокручивая в голове воспоминания.

— С женой своей во время одной из поездок познакомился. Мы потом с ней целый туристический бизнес организовали. Ездили по городам с желающими набить морду обидчикам из интернета. Сейчас со всеми семьями дружим, даже с теми, кого нашли и побили.

Ваня слушал и никак не мог понять: розыгрыш это или нет.

Горбыль продолжал:

— Основную работу я не бросал и однажды достучался до самого хозяина платформы, прикинь? Классный дядька. Был. Царствие ему небесное. Он мне тогда помог вычислить тебя, а ты возьми да смени город, — снова захихикал мужчина.

— Слушай, благодаря тебе я отучился, сдал на права, женился, открыл бизнес, нашел кучу друзей, мир посмотрел, освоил несколько боевых искусств, остепенился, в конце концов. В общем, человеком стал. Спасибо, дорогой друг!

Тип бросился обниматься, а ошарашенный такой информацией Ваня, не стал сопротивляться и просто сдался, позволив себя обнять.

— Ну а ты-то как, рассказывай. Небось профессор какой-нибудь лингвистики в каком-нибудь институте? Или директор завода?

— Да я это… на пенсии я. Внуки вон, — не найдя с ходу других слов, показал Ваня на бегающих на площадке детей.

— О как, молодец. А мои дети так никого и не родили, не хотят, ну то их дело. Поехали, отметим, что ли? В ресторан, я угощаю! В морду тебе дам для приличия. Шучу, конечно.

— Да мне это… Да вот… Да неудобно как-то…

— Ой, ладно, помоями меня удобно поливать было, а в ресторан, значит, неудобно. Поехали, и жену зови, я со своей познакомлю. Она столько о тебе слышала, мечтает о встрече!

— А что потом?

— А потом, если хочешь, можем найти того, кто нас с тобой тогда обоих в переписке обозвал. Я его тоже пробил, ему сейчас примерно сорок семь. Он тогда в школе еще учился. Тут недалеко, всего через две области.

Ваня провернул в голове тот фарш из воспоминаний, что составлял начинку его жизни: работа, дом, работа, дача, отпуск раз в три года, вечно уставшая жена, машина с вечно гниющим дном, пенсия, внуки.

— А сильно он обзывался? — спросил Ваня, чтобы не подать виду, что заинтересовался.

— Ой, вспоминать больно, — вздохнул Горбыль.

— Тогда да, обязательно надо ехать, — согласился Ваня.

— Только внуки…

— А ты их с собой бери. Пусть увидят, что бывает, когда кому-то нахамишь в интернете.

мечты": впереди маленькие колечки, по плечам волны волос; крепдешиновое платье с огромным бантом на груди, красивые туфельки.

Дома она ходила в перешитых из атласного халата широких синих брюках с яркими попугаями. Под клеёнчатым передником — всегда кружевной: зайдёт интересный мужчина, клеенчатый за секунду снимается, и ты такая — ах!

Ещё у тёти Вали был самый красивый в квартире голубой чайник, изголовье кровати украшено ангелами, у неё была огромная и невесомая пуховка для пудры и несколько разноцветных боа.

У неё Люся научилась кроить на глаз и мастерить наряды за полчаса, сидеть с королевским видом на самых дешёвых местах в кинотеатре и в самые трудные минуты говорить себе: "Улыбнись! "

Люди, которых мы любим в детстве, сами не знают, что определяют нашу судьбу. Где бы ни жила Людмила Марковна, она всегда окружала себя красивыми вещами. В студенческом общежитии все застилали кровати казёнными серыми одеялами, а у неё были покрывала с оборками, замысловатые шторы, вазочки, лампы с висюльками. Домашние туфли всю жизнь — только на каблуках.

На первые в жизни серьёзные деньги, гонорар за "Карнавальную ночь", Людмила Марковна купила родителям путёвку в санаторий у моря, а себе… Себе старинную жирандоль (большой подсвечник для нескольких свечей) в комиссионке на Арбате. "Иначе жить не интересно", — говорила она. Актрисе нужны красивые декорации.

я не собиралась быть, пусть сами справляются, тем более у меня поступление в универ было на носу.

Мама родила мальчика и исполнила свои желания — стала вешать его на меня. Мотивировала тем, что она уже старая, в 41 год ей трудно успевать всё, а я молодая, энергичная, могу помочь. Я не против была иногда прогуляться с коляской по парку или посидеть с братом, когда мама с мужем идут в гости, но на меня стали вешать всё! Ежедневные прогулки, кормления, чтение книг вслух, купания. Мама в декрете, но ходила к косметологу, ведь у неё молодой муж, надо соответственно выглядеть! Ходила на маникюр, на фитнес и йогу, записалась на курсы повышения какого-то самосознания. Гости у них были едва ли не ежедневные. А если не гости, то они шли в кино, кафе, ресторан, театр. Деньги на няню были, но они не хотели, чтобы с братом сидел чужой человек, да и это дороже, чем родная дочь, сами говорили прямо так. Я, по их мнению, должна была делать это бесплатно, потому что они меня содержат!

Я училась на дневном, но пары у нас были часто дистанционно, и мама с мужем считали, что раз я сижу дома, то ничего не делаю и можно свалить на меня ребёнка. Когда я отказывалась, мне урезали до нуля карманные расходы, даже денег на проезд не давали. Запирали дома с братом. Мне некуда было обратиться, потому что бабушка полностью поддерживала маму, а мой родной отец забил на меня, алименты не платил, звонил Показать ещё раз в год на день рождения, и то не всегда.

Помогла мне моя однокурсница и лучшая подруга по совместительству. Ей родители подарили квартиру, и она позвала меня жить к себе. Я устроилась на подработку, чтобы были хоть какие-то деньги. Потихоньку жизнь наладилась, универ я окончила, нашла работу, взяла ипотеку. Всё это время у матери и отчима была на меня страшная обида, продолжается и до сих пор. Они считают, что я не участвовала в жизни семьи, что я неблагодарная, сбежала, хотя они для меня всегда и всё делали. Не понимают, почему я не хочу с ними общаться.