Угораздило меня рассандалить циркуляркой большой палец на правой руке, самый кончик. Вырвало кусочек мяса с кожей и ногтем, очень бо-бо.

Большой палец не пашет – вся рука на больничном. А жизнь одинокого слегка немолодого мужчины, проживающего за городом, весьма сложна и разнообразна, приходится приспосабливаться. Что-то можно делать левой рукой, что-то — без использования больного пальца, что-то можно вообще не делать, отложив на потом…

Но вот есть хочется каждый день и неоднократно. Поначалу пытался что-то придумать, приспособить. Потом уже все стало происходить как-то само собой, без напряжения мозгов. И вот вчера, спустя 10 дней после несчастного случая, размышляя о судьбах мира и одновременно хлебая собственноручно приготовленный борщ, обратил внимание, что держу ложку в правой руке, зажав ее между указательным и средним пальцами. Да так ловко это у меня получается! Тут же понял, что и хлеб я нарезал, держа нож этими пальцами. И все остальное делаю двумя руками, не задевая больного.

Мудрая природа (или Создатель) скроили нас так, что наши органы могут не только дополнять друг друга, но и взаимозаменять.

И возрадовался я, попутно вспомнив анекдот про вездесущего Петровича, который на вопрос, за что его так бабы любят, ничего не смог ответить, а только задумчиво облизнул пивную пену со своих мохнатых бровей.

Здоровья всем!

Батя недавно рассказал историю. Жил у них в селе один мужик – алкаш алкашом, но мужик хороший, никому ничего плохого не делал. Жил без детей, без жены в деревянном доме, оставшемся от родителей. У него перед домом в саду была небольшая пристройка с навесом, где стоял диванчик, где он спал, когда в доме было слишком жарко. Пришел однажды мужик пьяный домой, покурил сигаретку и вырубился на диванчике, укрывшись с головой. Поздно ночью соседи просыпаются и бегут ко двору этого мужика — вся улица светится от огня, дом выгорел почти дотла буквально за полчаса. Не успели бы никак потушить. Народу собралась тьма, кто-то сказал, мол, жалко мужика, хороший был человек, ни за что погиб по глупости. Тут голос из-под одеяла на диванчике: "А вот и ни*уя подобного!" и миру предстает похмельное, многострадальное лицо погорельца... Потом он рассказал, что проснулся, когда дом почти сгорел. Увидел, что ничего уже не спасти и завалился спать дальше, просто отвернувшись в другую сторону..

Помню, нас, студентов, отправили на помощь овощной базе. Была такая практика в советское время!

На этой базе была огромная пустая дубовая бочка, врытая в землю. Метра три в диаметре и такой же примерно глубины.

Мне выдали резиновые сапоги, какой-то прорезиненный плащ с капюшоном и спустили по лестнице на дно этой бочки, дав в руки ведро с солью.

Наши девочки-студентки на краю бочки чистили и шинковали капусту, терли морковку и сбрасывали все это в бочку.

Я же ходил кругами в бочке, топтал капусту ногами и посыпал все это солью, как сеятель на золотой монете. Когда соль кончалась, мне опускали новое ведро с солью.

Так я за рабочую смену "дотоптался" до верхнего края бочки и без лестницы вылез из нее, перешагнув через край. Бочку накрыли крышкой и придавили грузом – гнетом.

Мне эта бочка потом являлась в ночных кошмарах. Снилось мне, что я не успеваю затаптывать падающую капусту, она меня заваливает полностью, и меня заквашивают вместе с капустой.

Кто был комсомольцем? — 2

Сельхозинститут я закончил в 1986 году, в самый разгар горбачевской борьбы с пьянством и самогоноварением. В магазинах Тульской области не продавали спиртное (2 точки на весь район были, очереди бешеные) повсеместно создавались общества трезвости. Так как я работал в колхозе главным экономистом, то мне

Жил у нас кот по имени Снежок. Снежок потому что ангорской породы и абсолютно белый с зелеными глазами. Случилось так, что жена с дочкой уехали в отпуск на юга, а меня с котом оставили дома. И все бы ничего, но через неделю мне нужно было на пару дней съездить в командировку. Кто когда нибкдь оставался холостяком. тот знает. что холостятская еда это в основном