Случай, произошедший в одном из кинотеатров Ростова. Должны были привезти в этот оплот важнейшего для нас искусства первую копию нового боевика "Кокаин". Поскольку первых копий немного они кочуют по России в порядке очерёдности. Поднимает ответственный ростовский киночиновник трубку и звонит в Астрахань, представители которой непозволительно долго удерживали этот кассовый фильм.

— Алло, это вас из Ростова беспокоят. Вы когда нам "Кокаин" пришлёте? На том конце провода непонятно помолчали и странно спросили: — А что должны были? – А то сами не знаете! – закипятился чиновник. – А много ли кокаина? – вопросила трубка металлическим голосом. Ростовчанин даже задохнулся от этого вопиющего дуракаваляния:- Как обычно, три банки( имелись в виду круглые коробки с лентами). Если вы и дальше будете тянуть, мы на вас управу найдём. – Вы знаете куда вы звоните – ехидно осведомился далёкий оппонент. – Это областное управление по борьбе с незаконным оборотом наркотиков. – Ой, — скуксился чиновник – Я кажется не туда попал. И сбивчиво начал объяснять собеседнику весь комизм ситуации, с ужасом чувствуя, как неправдоподобно это у него выходит. Ему уже виделись мускулистые "омоновцы" вышибающие ногами двери его уютного кабинета. К счастью астраханские милиционеры позвонили киношникам и всё выяснили. Но проверить всё-таки не преминули – уж больно тема скользкая.

.

Бережное отношение к клиенту.

Это был Иркутск, далекий то ли 91, то ли 92-й год. Мы, компания студентов-выпускников факультета немецкого языка, устраивали очередную вечеринку. Несмотря на послеталонное существование, наскребли и на водочку, и на Киндер-сюрприз для нашей 4-летней дочки, она их жутко любила. И надо же было такому случиться,

Моя мама, когда ей было около 30, пережила "клиническую смерть" во время тяжёлой операции. И с тех пор она не стареет. Ей уже 50 лет, а она до сих подтянутая и энергичная. У неё нет явных морщин и седины в волосах. Она очень стройная. Одевается всегда модно. Люди принимают нас за сестёр (мне 22).

Она выглядит на 30, и мы поражаемся, глядя на старые фотографии, потому что ничего в ней не изменилось. При этом питается она нормально, не сидит на диетах, в зал ходит крайне редко из-за работы (раз в две-три недели). Я смотрю на женщин в её возрасте и даже на тех, кто младше, почти все они уже толстые и неухоженные, с кучей морщин и комплексов. Я рада, что моя мама не такая. Но всё же иногда мне кажется, что дело не в естественных причинах... Как будто время остановилось для неё в тот момент, когда она очнулась от "клинической смерти"...

Подруга в декрете решила сменить специальность и пошла на курсы типа "Всего три месяца и ты станешь миллионером". Теперь она квалифицированный специалист по ведению соцсетей. Поскольку у меня есть действующий бизнес и, соответственно, странички в соцсетях, она попросила потренироваться на них. Ни о каких деньгах речь не шла, мне в принципе

Рассказал писатель Андрей Рубанов, сидевший во второй половине 90-х.

"А вот ещё помню был случай.

Сидим мы как-то в следственной тюрьме "Матросская тишина". Лето, очень жарко. На 32 места — около 150 человек. К забортной температуре прибавляем 15 градусов, то есть если на улице +30, то в камере +45, и абсолютная влажность, от телесных испарений и дыхания. И вдобавок все курят, хотя от сырости сигареты с трудом горят. Все — в трусах. Пожилые, кто со слабым сердцем, падали в обморок, их за руки, за ноги выносили в коридор, с разрешения надзирателей, и там на прохладный кафельный пол клали, чтоб оклемались. Вентиляция не работала, но было разрешено принимать от родственников вентиляторы. Скинулись мы, у кого в семьях были деньги, затянули в камеру четыре больших офисных напольных вентилятора. Включили — ещё хуже стало. Но нашлись среди арестантов инженеры, и даже один авиастроитель с дипломом МАИ, они сказали: а вы неправильно делаете. Не надо поток воздуха себе в морду направлять. Наоборот, надо всю технику поднять на окна, и установить строго на вытяжку, чтобы плохой воздух выгонять, а хороший, свежий — сам заползёт. Потому что убивает не жара, а сырость и недостаток кислорода. Так мы и сделали. В то лето надзиратели корпусные, если к нам заходили, с уважением говорили, что на нашем этаже у нас самая прохладная камера.

С тех пор я инженеров ещё больше зауважал.

Не болейте, берегите себя. "