преодолевает наконец его природную застенчивость. Тянется к гитаре и становится Бардом. Сирена природная, пц работе на следующее утро.

Тем не менее, именно благодаря этому сомнительному дару Саша обрел свое счастье. Ему к тому времени был уже тридцатник. Поехал на фестиваль авторской песни, там познакомился с НЕЙ – петербурженкой, институткой, гордой приполярной красавицей. А он добрый такой самаритянин. В смысле, что из Самары.

Особого внимания она на него не обратила. Но заинтересовалась тем, что он собирался провести лето в Крыму. Девушка в ту пору не на шутку увлеклась генеалогией своего рода. Находила давно забытых родственников. Гендрево быстро разрасталось. Глянув однажды на это древо, распечатанное чуть ли не на полстены, не выдержала даже ее 90+летная прабабушка. Все изумились, что она вообще заговорила вновь.

С юности она шифровалась, что полная сирота. Но глядя на свою сиротливо торчащую, обломанную ветку в древе, не выдержала. Призналась в тайне, которую хранила всю жизнь – она из кулацких. Корни ее рода – в таком-то крымском поселке. Наизусть перечислила имена всех своих 12 братьев и сестер, разметанных в гражданскую. Отец ее, переселенец с Украины, построил там большой хутор. Уверенно нарисовала на карте, где он расположен. Упросила Сашу петербурженка наведать этот хутор. Оставила телефон и почту.

И вот отправился Саша по прибытии в Крым, вместо купания, на хутор бабочек ловить. Стоило ему это для начала часа три езды на автобусе. Он даже не подозревал, что Крым такой большой. Дальше ваще пичалька — 3 км пешедралом от сельсовета до хутора, сверяясь по карте. С баблом и пафосом у Шурика было на тот момент не очень. Ему не доверили бы даже ослика. Да и потом, это чертово сходство с тезкой из кинематографа. На нем Сашу неоднократно подкалывали добрые друзья. Едучи верхом на ослике, Шурик подарил бы немало светлейшего ах[рена] всем прохожим.

Нет уж. Полчаса бодрого марша – и действительно, вдали нарисовался хутор. Подойдя к нему, Саша обнаружил картину эпическую. Из совсем другого фильма. У хутора сидели на лавочке три аксакала в тюрбанах. Видно было, что сидели давно. Один из них вдруг молвил: "садысь! " с такой непреклонностью, что Саша сел.

Помолчали с полчаса. Саша сидел поначалу тихо, пытался вжиться в атмосферу. Но наконец не выдержал, заерзал и озвучил весь список труднопроизносимых имен по записной книжке – мож, кого знаете?

Аксакалы сурово молвили – нету тут таких. Прибавили – но на хуторе есть экстрасенс, он все скажет. Саша прифигел. Заказал экстрасенса. Им оказалась хмурая бабка. За умеренную мзду глянула в Шурика насквозь, прочитала его карму и ауру, задумалась и наказала: иди в сельсовет! Там все записи! С тем и удалилась.

Еще 3 км обратно топ-топ. Действительно, записи нашлись. Единственный след от них вел обратно к хутору. Разгневанный, вернулся обратно к аксакалам. Упрекнул – ну как же вы таких не знаете? Совсем ведь недавно последние умерли!

— Ну так мы думали, ты живыми интересуешься – ехидно сказал один из аксакалов. – зачем тебе мертвые? Ты вообще кто?

"Кто я? Где я? " — эти вопросы приходят к нам в голову обычно только при крупном бодуне. Но Саша не растерялся:

— Я — жених правнучки такой-то (ФИО). Она корни ищет! Прабабушка еще жива, ей интересно, что с ее семьей дальше было!

Еще пара часов переговоров, и Саша втерся наконец в доверие к этим аксакалам. Дружно достали сотики, покопались в адресах, выдали ему все явки и пароли еще живых. Ночлег предоставили.

Родню эту он потом искал по всему Крыму в несколько приездов. Это напоминало поиски 12 стульев. Плюс заморочка, что в отличие от стульев род этот за почти столетие еще и порядком размножился. Подробности выброшу для краткости. Ограничусь тем, что его и в багажнике повозили недоверчивые родственнички. Порядком выручило то, что в процессе знакомств он пел и лабал на гитаре. Свои и ЕЕ песни.

В процессе романтического хобби Шурик начал верить в карму. Ему вдруг поперло по работе, стал благополучным человеком. Его часто отправляли в командировки. Везде он первым делом принимался искать этих родственников.

Последнего по этой ветке Саша настиг уже в своем родном городе. Чуть ли не на соседней улице. Решил, что это судьба, собрался с духом, и сделал ЕЙ предложение. К его удивлению, ОНА согласилась.

Свадьба получилась многолюдной. Произошло великое воссоединение древнего рода – большинство увиделись там впервые, после долгой переписки. Конечно, не обошлось и без хорошей драки, но все равно — наверно, не было еще в истории случая, чтобы жених был так уважаем и любим родственниками невесты.

и не было) собралась на природу, на бережок реки Баро – приток Голубого Нила, между прочим. Взяли мяса побольше, вина покрепче, музыку погромче ну и пару АК-47 (для тех кто не знает – автомат для разделки свежего мяса им. Генерала Калашникова), так на всякий случай – вдруг бандиты какие или скажем зверь. Пикник получился на славу – мясо было исключительное, а вино и джин, несмотря на жару (около 40-50) пошли на ура. И вот мужички наши после выпитого и съеденного решили немного освежится. Сказано, сделано – и вот уже все плещутся в воде. Я купаться отказался, вода мне показалась грязноватой.

О чем рассказ спросите вы. А o том, что мне, единственному оставшемуся на берегу поручили охрану купальщиков от крокодилов, которые грелись на солнышке на другом берегу реки (метрах в 50-ти). Сначала я согласился, подумаешь делов-то — отобьемся! , но потом понял, что я – стрелок, если честно, средний – перестреляю все своих друганов, если чего случится. Ну а когда раздался призыв – Кто быстрее до другого берега? — я понял, что дело плохо – крокодилы ( кто видал пятиметрового нильского крокодила, хотя бы в зоопарке — меня поймет) шутить не будут. Я начал стрелять в воздух в надежде, что это отрезвит мужиков. Но это отрезвило … крокодилов – услышав выстрелы они поспешили спрятаться – правильно – в воде. И только когда все 10-15 тварей скрылись где-то под водой, наши мужики поняли, что пора на берег. Конечно, виноват, оказался я – испортил такое купание. После небольшого перекуса и двух-трех тостов купание возобновилось. До сих пор не пойму, почему никто не пострадал – ни мужики, ни крокодилы.