Люблю детей. Чем меньше человечек, тем искреннее я его ценю. Когда они совсем мелкие, они чистые, как свежевыпавший снег, наивные и до трогательности непосредственные. Это уже потом мы, взрослые, бережно и с энтузиазмом передаём им по наследству своё умение лицемерить, врать, ругаться и прочие взрослые прелести.
Как-то раз пошли мы компанией в горы, на Мятную поляну. Хорошее место: чистый источник, дикая мята фоном благоухает, загадочные скалы, лепота. С нами был мелкий пацан — Вовик. Чистейший экземпляр наивности.
Стали мы сушняк у деревьев ломать для костра, а Вовика вдруг замкнуло на эко-активизме:
— Не надо ломать! Они живые! Не ломайте!
Видимо, кто-то из старших решил вырастить из ребёнка юного друида.
— Не ломайте, они живые! — надрывается мелкий.
Ну я и решил немного подколоть его:
— Не надо ломать! Они живые! Не ломайте!
Вовик обрадовался — нашёл соратника! И в эту же секунду видит, как я с аппетитом ломаю сухую ветку. На лице пацана застыл глубокий когнитивный диссонанс.
— Ты чай-то будешь, Вовик? — как ни в чём не бывало спрашиваю я.
— Буду… — растерянно ответил он.
— Ну вот видишь, логики в этом нет.
Вовик замолчал. И правда: друидство ничто — жажда все.
Поели, попили, пошли дальше штурмовать горные тропы. По дороге Вовик оказал мне какую-то крошечную услугу — то ли правильный поворот подсказал, то ли ещё что, за давностью лет уже и не вспомню.
— Спасибо, Вовик! — говорю.
— Спустимся, я тебе сто рублей дам.
— Двести! — тут же сориентировался юный коммерс.
— Да не вопрос. А давай сразу триста?
— Давайте!
— Пятьсот! Слушай, а давай я лучше почку продам, а тебе потом куплю мотоцикл, планшет, Samsung A12 и сверху ещё пятьсот рублей добавлю?
Вовик, довольный как слон, хоть пня ему выписывай:
— Давайте!
Вот счастье привалило человеку.
Дядя Вовика, видимо интересный чел, научил его одной фразе:
— Ты чё холопа обидел пёс смердячий?!
И Вовик с этой фразой весь поход носился и даже до меня докопался:
— Ты чё холопа обидел пёс смердячий?!
— Чё?! Ты что-то попутал братишка. Ты знаешь чего ты сейчас лишился? Мотоцикла, планшета, Samsung A12 и 500 рублей?
Тот понял что перебрал:
— Ну ладно, ладно.
— Не-не-не, поезд уехал, на Колыме поезд.
Потом помирились правда.
В следующем походе Вовик первым делом напомнил мне, что я вообще-то ему кучу бабла должен.
— Конечно-конечно, я всё помню, Вовик, — серьезно кивал я.
Вовик парень нежный, капризный и обидчивый. Проиграл в карты — губа лопатой, развернулся, ушёл. Гена, добрая душа, заступается:
— Вы зачем его обижаете?
Старший брат Вовика, Кузя, сдержанно ухмыляется:
— А чё он?
Вовик стоит неподалёку с видом глубоко оскорблённого мецената.
— Вовик, не делай такое лицо, — предупреждаю я.
Тот состряпал ещё более капризную мину.
— Так, минус 50 рублей с твоего счёта.
Лицо становится ещё более недовольным.
— Четыреста пятьдесят!
Снова капризная мина.
— Четыреста!
— Триста пятьдесят!
Гена рядом хохочет:
— О, счётчик в обратную сторону пошёл!
— Триста… Двести… Сто... Ноль! Всё, мы в расчёте, я тебе больше ничего не должен.
На следующий поход Вовик снова сделал мне одолжение на копейку и тут же потребовал с барского плеча тысячу рублей. А мне что, виртуальных миллионов жалко? Дал ему для порядка немного настоящей мелочи в руки.
А потом Вовику приглянулась моя трекинговая палка. Помятая слегка, но вполне рабочая.
– Вовик, хочешь, я тебе её продам? Очень дёшево?
— А давайте!
Носился он с ней, гордый, полдня, пока не решил посоветоваться со старшим братом. Кузя посмотрел на этот раритет и емко отрезал:
— Да на... она тебе нужна?
Вовик, вздохнув, принес палку обратно. Мне и смешно, и жалко его: денег-то у него живых не было, а виртуальную имущественную сделку расторг. Мог ведь дорогую вещь себе оставить, а в итоге сам себя перехитрил.
После этого Вовик пропал из поля зрения на несколько лет. И вот случайно встречаю его снова в горах. Обрадовался искренне:
— О, Вовик! Слушай, я же тебе, кажется, денег должен? Идём, рассчитаемся!
Он подходит. Вытянулся, лицо тоже другое, подростковое.
— Сколько я тебе должен-то, напомни? А то я уже забыл.
— Пятьсот рублей, мотоцикл, планшет и телефон… — начинает он по старой памяти, а потом посмотрел на меня, улыбнулся и тихо добавил: — Но этого всего у вас нет.
Повзрослел. И так мне стало жаль того маленького наивного друида с Мятной поляны.
— Ок, — говорю.
— Тогда мы с тобой в расчёте? Ну, пока.
Горы остаются прежними, мята растёт на тех же полянах, и только дети, которые когда-то защищали сухие ветки, возвращаются взрослыми, умеющими считать не абстрактные мечты, а реальные возможности. И, пожалуй, главная потеря взросления — это не некупленный мотоцикл, а способность верить, что миллион рублей и новенький телефон можно заработать, просто указав взрослому правильную тропинку в горах.
| 12 Sep 2026 | ГОСТ  |
| - вверх - | << | Д А Л Е Е! | >> | 15 сразу |
Любой, кто имел дело с подростками, знает, как правильно наставлять их на путь истинный. Жестче с ними надо: "Вот тебе на водку, вот на сигареты, подворотню найдешь сам. Если встречу тебя возле библиотеки, домой можешь не приходить. Еще одна пятерка по физике – и считай себя сиротой. Вот ты с Наташей встречаешься, а она в консерваторию собирается поступать, ты же мать так в гроб загонишь". Все остальные способы воспитания – деньги на ветер.
Работаю учителем начальных классов. Мои выпускники взрослеют на глазах. Регулярно захожу на их странички в соцсетях (даже если их нет у меня в друзьях). Очень радуюсь, если вижу там " хорошие" посты: про дружбу, любовь к близким, жизнеутверждающие правила жизни, цитаты из книг, над которыми стоит задуматься.
Радуюсь их фотографиям с соревнований, поездок в новые места. Ведь всё это говорит об их взглядах, развитии, продвижении вперёд. В таких случаях очень хочется поставить "лайк", чтобы выразить своё согласие, удовольствие или гордость за них.
Но я почти никогда этого не делаю. Стесняюсь. Даже в школе я стараюсь держаться от ребят на расстоянии — чтобы не навязываться. Не хочу, чтобы они подумали, что я их контролирую, ведь для подростков это важно. Мне просто очень хочется, чтобы у них всё было хорошо. Чтобы они выросли хорошими людьми. Спасибо соцсетям за возможность быть с ними рядом.
Подорожник-трава, мне бы догадаться… Песня
В начальной школе мы очень любили кататься на великах. И было у нас одно жесткое правило: если едешь в магазин, то только вдвоем! Кто-то один остается и караулит велосипеды. Воровали их в то время за считанные секунды (У нас в поселке точно). И вот подруга моя это незыблемое
Однажды мне было 6 лет. Мы были в гостях у подруги. У нее в комнате стояло пианино, диван, а над всем этим висела дивной красоты люстра типа "тарелка". Страшно модная. Я решила, что должно быть весело. А весело — это так. Залезаешь на пианино, с него прыгаешь, цепляешься за люстру. И с нее уже летишь на диван. Подруга была крупнее. Меня люстра выдержала