Ночью в лесу например, надо бояться не зверей, а человека. Понятно?

— А к ГМО это как относится?

— Тупой... Если я ем бутерброд с лососиной, то хрен ли бояться, если все эти белки замешаны в модифицированной пшенице? А вот самого факта, что люди додумались до этого, бояться надо.

— Почему?

— Ну я тут у вас сисадмин, малость программирую. Таки вот, ДНК — та же программа, только написанная неизвестным кодом. А биологи типа хакеры, пытаются взломать. Раньше просто меняли код и смотрели, что получится. Сейчас стали соображать — что к чему. Но средств программирования на ДНК пока нет, поэтому они по сути те же хакеры. Пройдет десяток-другой лет и ДНК взломают полностью. И средства программирования напишут. Типа с++ или автокада. Ввел характеристики организма — комп пожужжал — вот твоя ДНК. А 3-д принтер тебе эмбрион этого дела распечатает. И пжалста — розовый слон на день рождения тёщи. Вот тут и начнется юмор. Сделать можно всё.. Муравьи, которые кусают синильной кислотой, организмы со счетчиками — типа двадцатое поколение няшных котиков внезапно порождает метровых тараканов-людоедов, пшеница, которая дает только один урожай. А ведь можно еще инстинкты в генах прописать. Волки, которые хотят прийти в определенный регион и именно там вырезать людей. Шершни с таким же инстинктом. Про бактерии и вирусы вообще молчу. И получается, что безопасность ГМО — это вопрос порядочности и этики. Воот, а когда люди порядочностью страдали? От этого и страшно... Людей бояться надо, а не свёклу...

бледным студеозам укрепить свое пошатнувшееся здоровье с помощью простых, но очень эффективных физических и, если получится, то и духовных практик, дабы слиться в экстазе с матушкой-землей-кормилицей в борьбе с ежегодной российской напастью — урожаем.

В один из таких не очень солнечных сентябрьских дней 1990 года это "счастье" докатилось и до нашего техникума.

Но счастье нужно заслужить, выстрадать, поэтому нашими кормчими-руководителями путем сложных логистических схем выбирался по возможности максимально удаленный колхоз в области. Нам достался где-то под Кемерово. Это более 300 километров в одну сторону, туда-обратно — более 600. Сложно понять тогдашнюю логику — вокруг Новокузнецка тоже было полно колхозов, но почему-то ни один из них не подходил для наших трудовых подвигов. Но Родину не смущали никакие расходы — по приблизительным прикидкам, чтобы "отбить" потраченный бензин и аренду автобуса, нам нужно было собирать трюфели или, на худой конец, какие-нибудь манго-авокадо.

Но нас повезли почему-то копать картошку.

С каждым проеханным километром в нас крепло желание помочь друзьям-колхозникам в их борьбе с урожаем — так и представлялось, как они без сна, без отдыха, в поте лица с утра до ночи работают на благо нашей необъятной Родины, чтобы накормить её сынов-белоручек.

Несколько офигевшие после почти четырёхчасовой поездки, мы в итоге прибыли на заветное "Поле Чудес", где увидели уходящие в дальнюю даль бескрайние поля картофеля, с которых нужно было собрать то, что навыковыривал из матушки-земли трактор-картофелекопалка.

А если конкретнее, нужно было разбиться на мини-бригады по 4 человека, выбрать себе вспаханный рядок шириной около 2х метров, с которого далее собирать и утаскивать вёдрами картошку к машинам, где засыпать её в мешки.

Озвученный бригадный план — "отсюда и до конца ряда", который заканчивался где-то на горизонте, там, где поле упиралось наконец в березовую рощу — нас мягко говоря не порадовал. По примерным прикидкам, раньше чем к вечеру мы до туда не доберемся.

В качестве последнего штриха к этому "театру абсурда" недалеко от нас живописно расположилась группа местных колхозников, судя по всему, начавших уже с утра праздновать наш приезд с видом помещиков, которым наконец доставили свежих батраков-крепостных.

Горя праведным гневом, я пошёл к ним восстанавливать справедливость, пытаясь разобраться, с фига ли мы должны переться чёрт знает куда (а по поздневечернему возвращению ещё и самостоятельно учить пропущенные темы), чтобы работать за эту группу "болельщиков в полосатых фуфайках", которые почему-то ни хрена не делали (и, судя по всему, и дальше не собирались) в разгар их трудового (к тому же оплаченного) рабочего дня — может, они вместе с нами картошку собирать будут, всяко быстрее будет.

Колхозники меня встретили стойким перегаром и лекциями о взаимопомощи и взаимовыручке.

Мой вопрос, хорошо ли они готовятся к теоретической механике, основам электротехники и другим предметам, как идёт изучение законов Кирхгофа и буравчика — ибо в качестве взаимопомощи мы ждём их зимой помогать нам сдавать сессию, был воспринят, мягко скажем, без энтузиазма. Мне наглядно продемонстрировали принцип действия того самого правила буравчика на примере бутылки какого-то "шмурдяка", после чего высказали всё, что думают о "шибко умных, у которых молоко на губах не обсохло", ну и много чего другого непечатного из серии "Работайте, рабы-студенты, солнце еще высоко".

Хорошо, раз так, мы приняли вызов.

Наша дружная и слаженная команда быстро поняла суть лидерства — нужно просто совсем на немного постоянно опережать других.

Это выглядело так: впереди бежал самый быстрый — Леха и разбрасывал по соседним рядам картошку, далее бежали мы с Андрюхой с серьезно-сосредоточенными лицами, делая вид, что закидываем картошку в ведра — стуча об их дно самой мощной картофелиной, издавая тем самым оглушительный грохот, который явно за нас сам говорил, что мы передовики и молодцы. Далее, завершающим, прыгал самый массивный — Вадик, прыгал он не просто так, а метко втаптывая незамеченные предыдущими "сборщиками" клубни.

Когда все-таки набиралось ведро, я гордо-демонстративно, чтобы все заметили и прониклись, относил его и медленно и торжественно пересыпал в мешок.

Так мы стали передовиками и совершили в кратчайшие сроки героический трудовой подвиг — выполнили план, добежав до заветного окончания ряда, после чего злорадно показывали факи колхозникам, которым, правда, уже было не особо до нас — ибо празднование "Дня урожая" у них продолжалось и, судя по всему, не собиралось заканчиваться. Я так понимаю, в этом и была основная причина необходимости помощи им со стороны студентов.