вы делаете?

Ф. Ф.: — Тихо! Я смотрю, кто списывает.

А дело в том, что потом он этих "кто списывает" опрашивал устно дополнительно. Проверял, насколько тупо списывали. И надо отдать должное, если студент не плавал, а знал ЧТО он списывает, оценки не занижал.

2) Экзамен по фарме. Зашёл, взял билет, готовлюсь. И думаю: "Только не к Этому, только не к Этому. "А Этот был нетрадиционный. Любил мальчиков, поэтому спрашивал час минимум. Но и это не всё. Любил он зелёного змия. Поэтому фон от него шёл... Заходят преподы и по столам. И, етить, Этот идёт ко мне. Садится. Готовы? Да, говорю, готов. Отвечайте. А меня малёха переклинило от напряга. Первый вопрос Холинолитики. И я, не глядя в билет и написанный ответ, начинаю лепетать: Холинолитики, группа препаратов, обладающих тем-то и тем-то, делятся на М и Н холиноблокаторы...

Ну, как вам объяснить? Это всё равно, что сказать: Чёрный цвет, это такой как белый, только синий, как жёлтый песок, под снегом. Т. е. полная лажа.

Он (Этот) удивлённо заглядывает в билет, потом в зачётку, потом наклоняется через весь стол и, дыша вчерашним перегаром, зашлифованным свежим, шепчет:

— Щас как [дол]бану в глаз.

И откинувшись, громко:

— Думайте, что говорите!

Вспомнил всё!)))

Друзья, кто через открытую дверь в аудиторию видели, но не слышали, эту картину, потом спрашивали:

— А что там случилось? Этот тебе что-то сказал, ты пошёл пятнами, а потом как автомат та-та-та-та-та!

Умел стимулировать (мир его праху).

И вспоминается без злобы. Студенчество...

Чем он занимается?

З: Сейчас наблюдает, а когда-то он создал вселенную, звёзды, планеты, солнце, луну и Землю, животный и растительный мир, и человека по своему образу и подобию.

И: Из чего?

З: Из ничего. Он же бог, он всё может.

И: А для чего ваш бог создал Землю?

З: Для блага человека.

И: Значит, люди на вашей планете наслаждаются жизнью?

З: Некоторые наслаждаются.

И: А кто не наслаждается?

З: Те, кто не имеет достаточно еды, воды и лекарств.

И: Сколько таких?

З: Более половины населения планеты.

И: Все остальные наслаждаются?

З: Не все. Миллиарды людей страдают от коррупции и преступности, сотни миллионов регулярно испытывают стрессы и депрессии, десятки миллионов живут в воюющих странах; существованию человечества угрожают ядерные бомбы, изменение климата и искусственный интеллект.

И: Почему так? Разве богу нет дела до своих творений?

З: Он дал человеку свободу воли, и человек сам решает, что ему с этой свободой делать. Бог не вмешивается.

И: Но ведь бог создавал мир для блага человека, и если большинство землян не наслаждается жизнью — значит, что-то пошло не так. Почему бы не признать ошибку и не усовершенствовать своё творение?

З: Иногда бог его совершенствует. Когда люди грешат, то есть начинают вести себя совсем плохо, забывают о доброте и любви к ближнему, бог устраивает всемирный потоп, оставляя лишь парочку праведных, от которых потом рождаются более совершенные люди.

И: Получается, бог уничтожает свои творения. Но разве в потопе не гибнут и добрые люди тоже? Женщины, старики, дети? Животные и растения?

З: Гибнут.

И: Уничтожение живых существ на вашей планете считается усовершенствованием?

З: Бог многогранен. Его деяния не обсуждаются и не осуждаются.

И: Получается, сам бог ведёт себя многогранно, но при этом ожидает, что кто-то, сотворённый им по своему образу и подобию, будет творить исключительно добро и любовь?

З: Именно так.

И: Странная логика: эти дети не удались, их надо утопить и сотворить новых. Разве не милосерднее напрячься и поработать над этими? Он же бог, может из ничего сделать всё.

З: Бог занимается этим.

И: Как?

З: Следит, чтобы люди соблюдали правила, обряды.

И: Какие?

З: Чтобы регулярно ходили в храмы, ежедневно молились, соблюдали посты, чтобы женщины носили длинные платья и покрывали голову.

И: Это помогает?

З: Иногда помогает.

И: А что бог делает в те моменты, когда не контролирует маршрут и режим дня людей, их меню и женскую моду?

З: Следит, чтобы мир был справедливым и чтобы люди вели себя хорошо.

И: Хорошо – это как?

З: Чтобы не грешили и чтобы верили в него.

И: И что, мир становится более справедливым и люди ведут себя всё лучше и лучше?

З: Бог работает над этим.

И: А если кто-то, например, как мы не верит в бога?

З: Вы инопланетяне – вам можно. А вот человека бог за это наказывает, и детей его, и внуков и правнуков.

И: То есть наказывать детей за то, что отцы, деды или прадеды не верили в бога – это на Земле считается справедливостью?

З: Да.

И: А где живет бог?

З: На небе.

И: Можете назвать координаты? Мы бы хотели с ним пообщаться.

З: У него нет координат. Бог повсюду.

И: И рядом с нами?

З: Да.

И: Кажется, я вижу бога. Старый мужчина с длинной белой бородой.

З: Это не бог, это дед Мороз.

И: А в чём различие?

З: Дед Мороз – выдумка, а бог – реальность. В деда Мороза верят несмышлёные дети, а в бога – умные взрослые.

И: Мы, пожалуй, полетим к себе. Счастливо оставаться!

А утром — бинго, ребенок приболел ( инфекционное, сами в масках и домработницу не пригласить), на работе завал, и у меня пошли сделки в городе- домой только к ночи возвращаюсь. В общем — обоим не до чего. Прихожу домой — жена в ужасе показывает смс — мама взяла билеты и уже выехала. На часах 23-30, ребенок спит. 8 утра, жена едет встречать маму, впустила, извинилась и сразу на работу. Я напоил чаем, накормил завтраком и на свое "рабочее место" — диван+телефон. Теща внимательно осмотрела квартиру и начала прибираться. Я погрузился в трейдинг, ничего не замечаю.

— Сережа, поможешь? Я ж не знаю где это, где то лежит...

— Конечно, Мария Васильевна!

Помог, прилег, через 5 минут снова:

— Сережа, поможешь?

Мои попытки объяснить что мы просто не успели убраться из за стечения обстоятельств ( ребенок только перестал быть заразным) пропускались мимо ушей, как и попытки объяснить высокую загрузку. Попытка бросить все и поехать по музеям была отвергнута как вражеские помыслы.

К приходу жены квартира сияла, и мы сидели пили чай.

Оставшаяся вдвоем с мамой жена получила выговор о муже, который мало того, что не на работе, так ещё и убраться дома не может, лежит понимаешь с телефоном на диване, едва согнала. Жена молча встала, пригласила меня и спрашивает:

— Сергей, скажи пожалуйста сейчас ЧЕСТНО моей маме, сколько ты не заработал за сегодня, помогая ей в уборке.

— Маша..

— Сергей! Она взрослый человек, служила в армии, выдержит.

— Ну, где то около 40 000 рублей.

— СКОЛЬКО? — провопила оседавшая на стуле теща.

— Около сорока тысяч рублей.

— Мама, ты теперь понимаешь сколько стоит наша уборка? Так что пей чай и НАСЛАЖДАЙСЯ ЧИСТОТОЙ! Ни в каком Ритце такого ценника нет.

— И почему ты мне не сказал, Сережа, почему?

— Я пытался...

P. S Отпоенную чаем с коньяком тещу отвезли в театр, на на следующий день отправили домой с горой гостинцев.

тогда признался Симонову: "Вы должны знать, что 22 июня 1941 года я, написавший, в том числе "Окаянные дни", по отношению к России и к тем, кто ею ныне правит, навсегда вложил шпагу в ножны, независимо от того, как я поступлю сейчас, здесь ли я остаюсь или уеду".

Сам Симонов вспоминал: "Я понаслышке уже знал про абсолютно безукоризненное поведение Бунина в годы немецкой оккупации, слышал, что он категорически отказался хотя бы палец о палец ударить для немцев. Я относился к Бунину как к очень хорошему. Словом, мне хотелось, чтобы Бунин вернулся домой".

Но Иван Алексеевич все же отказался. "Поздно, поздно… Я уже стар, и друзей никого в живых не осталось. Из близких друзей остался один Телешов, да и тот, боюсь, как бы не помер, пока приеду. Боюсь почувствовать себя в пустоте. А заводить новых друзей в этом возрасте поздно. Лучше уж я буду думать обо всех вас, о России – издалека", — попытался вежливо аргументировать свой отказ Бунин.

В воспоминаниях присутствовавшего на этой встрече Георгия Адамовича находим эпизод, который проливает свет на иные причины отказа Бунина вернуться домой:

"В начале обеда атмосфера была напряженная. Бунин как будто "закусил удила", что с ним бывало нередко, порой без всяких причин. Он притворился простачком, несмышленышем и стал задавать Симонову малоуместные вопросы, на которые тот отвечал коротко, отрывисто, по-военному: "Не могу знать".

— Константин Михайлович, скажите, пожалуйста... вот был такой писатель, Бабель... кое-что я его читал, человек бесспорно талантливый... отчего о нем давно ничего не слышно? Где он теперь?

— Не могу знать.

— А еще другой писатель, Пильняк... ну, этот мне совсем не нравился, но ведь имя тоже известное, а теперь его нигде не видно... Что с ним? Может быть, болен?

— Не могу знать.

— Или Мейерхольд... Гремел, гремел, даже, кажется, "Гамлета" перевернул наизнанку... а теперь о нем никто и не вспоминает... Отчего?

— Не могу знать.

Длилось это несколько минут. Бунин перебирал одно за другим имена людей, трагическая судьба которых была всем известна. Симонов сидел бледный, наклонив голову... "