У меня есть подруга. Она шикарная красивая брюнетка со стальным характером. Мы спим периодически, ceкс с ней супер. Подозреваю, что я не один у нее такой, но допросами не мучаю. Для нее все это несерьезно и считает она себя абсолютной одиночкой. На мои вопросы, чего замуж не выйдет уже или не сойдется с кем, отвечает, что вокруг одни слабаки. Я смеялся с такого женского высокомерия до одного случая.

Живем мы с ней в зоне военного конфликта, и вот началась бомбежка и взрывается мой загородный дом, где мы и находились. От грохота и ужаса меня парализовало начисто. Моя подруга моментально выволакивает меня из дома и прячет в подвал. Пока я приходил там в себя и пытался отдышаться, прогремели еще четыре взрыва.

После обстрела мы вышли на улицу, меня трясет, а она спокойно курит. Приезжают скорые, мне ставят легкий шок и пару ушибов. Вот тут я и замечаю, как эта супервумен вытаскивает из своей ноги нифиговый такой кусок деревяшки. Медики ее сразу в карету, накладывать швы. Она отказывается от анестезии, говорит, что укол еще кому может понадобиться, ей шьют ногу по живому, после чего она снова закуривает и сообщает, что подустала и поедет домой.

Могу сказать теперь только одно — я вообще больше не смеюсь с ее высокомерия и искренне считаю, что единственный достойный ее мужик — это Чак, мать его, Норрис.

Вечером на лестничной площадке.

Мужик звонит в дверь.

— Кто там?

— Это я дорогая. Пусти.

— Кто это я?

— Муж твой.

— Ах ты сволочь, опять нажрался и опять "Дорогая пусти! "

— С друзьями посидели немного. С одноклассниками.

— С одноклассниками можно и

Мерлин Манро олнажды сказала Эйнштейну: "Мы могли бы завести ребёнка. Он был бы красивым, как я, и умным, как ты".

На что отец теории относительности ответил: "Боюсь, что всё будет наоборот: он унаследует мою красоту и твой ум".

Тогда ещё никто не знал (тесты провели позднее), что IQ Мэрилин Монро был 165, на пять баллов выше, чем

Венский доктор, уролог и гинеколог Яков Розенфельд (1903-1952), уроженец Львова. После аншлюсса побывал в Дахау и в Бухенвальде, затем бежал из Германии в Шанхай, где открыл практику. С 1941 г. был в коммунистической китайской армии в качестве врача, основал при Новой 4-ой армии медицинскую школу, чтобы хоть как-то пополнить медицинский состав. Дослужился в китайской армии до генерала (его звали генералом Люо, видимо от Люо-сен-фер-де=Розенфельд, или еще "доктором с большим носом", нос действительно был выдающийся).

В 1947 г. он был назначен министром здравоохранения во Временном Революционном Правительстве Китая под руководством Мао Цзедуна. В 1949 г. , после окончания войны, поехал в Вену, где смог разыскать свою сестру, а в 1950 г. приехал в Израиль и мирно работал в больнице Ассута, но скоро умер от инфаркта в 1952 г.

В Израиле о его приключениях никто не знал, пока в 1993 г. , после заключения дипломатических отношений между Китаем и Израилем, китайская делегация не поехала разыскивать его могилу и возложить венок (или что там китайцы возлагают) на кладбище Кирьят-Шауль в Тель-Авиве.

Госэкзамены. Преподаватель по теории судовых дизелей предупреждает – комиссия очень любит формулу мощности, обязательный вопрос что для отличников, что для утопающих. ОК, раз обязательный — держи ежа. В формуле коэффициент – 52,3 и далее D^2*S …т. е. диаметр цилиндра, ход поршня, количество цилиндров, степень сжатия и