|
Ехал я в командировку в Питер. На Сапсане.
Опаздываю, бегу через здание вокзала, расталкивая пассажиров. Понимаю, что поезд уже должен отойти минуту назад, а поезда — не самолёты, задерживаются крайне редко. Но я всегда борюсь до последнего: "А вдруг не ушёл?!". Выбегаю на перрон - точно, стоит. Я поднажал. Тут из двери последнего вагона высовывается тетка в РЖД-шной форме и машет мне рукой: "Быстрее беги!". Влетаю в последнюю дверь — тетка еле увернулась. Стою, дышу с частотой переменного тока. Слышу, сзади по рации у тетки спрашивает кто-то: — Ну что там? — Все, он сел! — отвечает. Тут двери закрылись и поезд тронулся. Я конкретно обалдел. Ну, думаю, проснулся знаменитым! Правда, не понятно, с чего вдруг?! Оборачиваюсь, а там запыхавшийся Боярский стоит. |
| 01 Nov 2019 | ![]() ![]() ![]() ![]() ![]() |
| - вверх - | << | Д А Л Е Е! | >> | 15 сразу |
Часто езжу к бабушке в деревню. У нее по соседству живет злая старушенция, на одной из рук у нее всего три пальца. Я спрашивала в детстве, что с ней случилось, но бабушка молчала, не для детских ушей. Недавно спросила снова, и она мне рассказала, что по молодости эта женщина была живодеркой. Любила издеваться над животными. Топила котов, избивала бродячих собак. А ведь не маленькой уже была, а взрослой девушкой, пальчиком ей не пригрозишь. Как-то раз она пробралась на соседнюю улицу к мужчине и отрезала лапку его собаке. А времена такие были, суровые. Город еще на разросся, был далеко, село глухое, самосуд был сплошь и рядом. Мужик поймал девушку и отрубил два пальца. С тех пор она стороной животных обходит. Вот такую страшную историю поведала бабушка. А мне ее нисколько не жалко. Таких жестоких людей нужно наказывать. Жестоко наказывать.
Году в 84-м после военной кафедры был на полуторамесячных сборах в Балаклаве. Пару раз нас брали на короткие выходы в море на дизельной подводной лодке проекта 613. В один из выходов лодка произвела учебный пуск торпеды. Торпеда должна была сама всплыть и кто-то ее должен был подобрать. Но не всплыла. Лежала на дне на глубине примерно 300 метров и трещала трещоткой. Была поставлена задача — найти и поднять торпеду. Пришел спасательный корабль с батискафом. С него и с лодки акустики определяли азимут на звук трещотки, штурманы рисовали треугольники на карте. Батискаф на тросе опускали в нужное место практически на дно. Те кто был в батискафе докладывали, что звук трещотки слышат, но торпеду не видят. Сами они определить направление на звук не могут. И так несколько раз пока не подошел День военно-морского флота и все ушли на парад. Торпеду списали.
Д, 18. В 16 лет было две попытки изнасилования, в 17 — третья, и она была удачной, лишили таки меня девственности. Сейчас мне почти 19, и я стала такой извращенкой, самой иногда страшно от своих мыслей. Не совсем здоровый интерес к БДСМ, люблю и умею делать мин@т (в 18-то лет, фу, какая испорченная шелупень), глотаю, горловой мин@т — чуть ли не самое лучшее, что я могу в ceксе, пара парней даже говорили, что это был лучший мин@т в их жизни, хотя я даже сейчас в этом сомневаюсь. Множество фетишей, любимая поза — стоя, чтобы парень был сзади, да еще и не совсем традиционная ориентация — Би. Но к мужской ласке все равно как-то сильнее тянет. Самое смешное, что при всем этом изобилии интересов и тяге к экспериментам мне тотально не везет с парнями. Секс, самое большое — раза три в год. Скоро сама кого-нибудь изнасилую такими темпами.
В свое время я просрала халявную двушку. Мне было чуть за 20, я недавно вышла замуж, и мы жили на съеме, когда мои родители сделали нам предложение невиданной щедрости — они хотели купить нам квартиру. Условий было два: квартиру они выбирают сами, и оформлена она будет на кого-то из моих родителей. То есть наше дело согласиться и въехать. В общем, повезло мне, что с младых ногтей я "читаю мелкий шрифт". Квартиру, как оказалось, они давно уже выбрали — смежную со своей, койка к койке через стенку в хрущевке. И тут я поняла, что мы с мужем больше никогда не займемся громким ceксом, что я буду отчитываться за каждую минуту детского плача (если нам, конечно, вообще удастся зачать ребенка), что наши приходы и уходы будут вычисляться по хлопку двери... А самое ужасное, что моя вечно изнывающая от скуки домохозяйка-мама не оставит меня ни на минуту в собственной квартире, ибо условий, как оказалось, три — у родителей будут запасные ключи.
Квартиру мы себе купили сами, в другом конце города, пусть и спустя восемь лет.

