Случай в редакции
Эту забавную историю рассказал своим друзьям Поэт Донбасса – Николай Анциферов, они пересказали ее своим детям, те своим и, наконец, через четыре поколения она стала элементом народного фольклора. Героями фольклора, как известно, становятся только незаурядные люди, а Николай Анциферов, несомненно, таковым был.
Сама история произошла в редакции журнала "Огонек", где Анциферов подрабатывал корреспондентом. Как-то захотелось ему съездить в Крым отдохнуть, набраться творческих впечатлений и подготовить материал о поэте Максимилиане Волошине. Чтобы совместить все три желания, решил он оформить командировку и зашел к редактору поговорить по этому поводу. Тот сидел за большим письменным столом, просматривал подготовленные материалы и мелким глотками отпивал чай из стакана в мельхиоровом подстаканнике, постоянно помешивая содержимое стакана ложечкой.
Анциферов изложил редактору свою просьбу и стал ждать ответа. Редактор посмотрел на поэта внимательно, подумал над его словами с минуту, отхлебнул очередную порцию чая и сказал, что ему надо обсудить вопрос о его командировке с бухгалтером. Затем он вышел из кабинета, оставив там поэта.
Предыдущим вечером Анциферов с друзьями крепко приложился к спиртному, и во рту у него было сухо как в пустыне Кара Кум. Традиционного в ту пору графина с водой в кабинете редактора не оказалось, и поэт, презрев буржуазные предрассудки, решил смочить свое горло с помощью чая редактора. Когда он подносил стакан чая ко рту, его ноздри уловили благородный запах хорошего алкоголя.
— А редактор не дурак, пьет чай с коньяком.
— Подумал он о своем шефе и сделал первый глоток. Его ждал приятный сюрприз – в стакане оказался чистый отборный коньяк.
— Каков хитрец! Это ж надо придумать – пить коньяк под видом чая, да еще помешивая его ложечкой. Чувствуется старая партийная школа.
— Подивился Анциферов и, подражая редактору, стал отхлебывать "чай" мелкими глотками, неспешно двигая ложечкой в стакане. За этим занятием его и застал редактор, когда вернулся в кабинет из бухгалтерии.
— Замечательный у тебя чай, товарищ редактор! Так бы выпил целый самовар! Не скажете, что за марка? – на опережение сыграл Анциферов, не давая редактору возможность высказать свое праведное негодование.
— Марка известная — грузинский "КВ". В Столешниковом продается. – Ответил недовольно редактор, ошарашенный нахальством поэта, сел в свое кресло и стал нервно перебирать бумаги.
Анциферов перестал помешивать остатки коньяка и поставил недопитый стакан на стол перед редактором. Тот посмотрел на него уже благодушно и сказал.
— Ну, чего оставляешь на дне, допивай уже. Можешь оформлять себе командировку в Крым. Материал по Волошину за тобой.
— Спасибо за поддержку. Еще полстаканчика чая мне не заварите?
— Давай, кати в свой Крым. На таких как ты, дорогой, заварки не запасешься.
Анциферов довольный итогом своего визита вышел из кабинета редактора. В его рту уже не сушило, а на душе было радостно и светло.
| 01 May 2012 |   |
| - вверх - | << | Д А Л Е Е! | >> | 15 сразу |
Пришлось мне как-то, в середине восьмидесятых, ехать знаменитым (в тех краях) поездом "барыга".
Маршрут Куйбышев — Оренбург. В поезде этом нет ни мягких, ни плацкартных вагонов - только "общаки".
(Мне местные объяснили, что "барыгой" поезд был назван неспроста. То есть: в багаже пассажиров на один приличный чемодан
Случилось эта история несколько лет назад. Благополучно закончив некий провинциальный ВУЗ, вернулась я на свою малую родину, в еще более провинциальный городишко. Помыкалась-помыкалась как начинающий специалист, туда-сюда, вправо-влево, с работой напряг, а выживать-то необходимо! Тем более, что жили и выживали
Я обладательница полной гетерохромии глаз. Они как бы карие, но один темно-коньячного цвета, второй светло-орехового. Конопушки на все лицо, на плечах, даже на коленках. Для полного веселья я еще и рыжая худая дылда — 183см. Наборчик, да? И знаете, ребята, это сейчас мода на все необычное, и я часто слышу от друзей-приятелей "Как тебе повезло,
Было мне лет 5, не больше. Поехали в деревню на свадьбу с кучей родни. Естественно, девочку -меня нарядили в платье, белые колготочки, туфельки, распустили волосы, которые были ниже 5 точки и отправили гулять по двору среди гостей, собирать лайки в виде "ой, какая девочка", "прям — вторая невеста" и все такое. Но в 5 лет мне это уже поднадоело, и я свалила со двора с мальчиками. Куда? Гонять индюков, конечно. Правда, я тогда не знала, что это. Подходим к индюкам, которые по деревне прям по улице ходили, и я каааак заору... Они, видать, испугались и побежали за мной с индюшиными воплями. Все пацаны — врассыпную. Бегу я, значит, ору, понимаю, что не знаю, где я и как вернуться. Колготки уже в пыли, туфли тоже, на голове — кавардак. Решила я, что пришла вооон с той дороги. И пошла. Смотрю, забор вроде начинается, значит, деревня, правильно иду. Только это оказался забор кладбища. Меня к тому моменту искала уже вся деревня. А мне интересно, я очень любила искусственные цветы, блестящие такие. На кладбище-то их много... И пошла я между могилами бродить, восхищаться. Вся грязная, в липучках на колготках. Просто представьте эту картину: кладбище, деревня, тишина, вечереет, маленькая девочка, как куколка, только потрепанная, медленно и радостно бродит вокруг могил. В общем, люлей я тогда огребла знатных.