Помнится, в далеком детстве играли мы в футбол. Как сейчас помню один матч: наша "дворовая сборная" из 8 пацанов 12-13 лет, а против нас четверо воспитанников питерского "Зенита" лет 14-15. Как они вообще попали к нам во двор я уже не помню, да и не важно.
Играли мы на импровизированном "поле", в половину обычного, даже меньше. Договорились на два тайма по 15 минут. За нас в воротах стоял "легионер", пацан с соседнего двора нашего в возраста, занимавшийся в секции футбола, за них- их соклубник.
Первый тайм нас разнесли как котят 4:0, причем с ленцой так, не напрягаясь, и если бы не наш вратарь, то могло быть и 8:0 запросто.
Они двигались как машины, понимали друг друга не глядя, отдавали великолепные точные пасы через все поле, "обмотать" никого из них было невозможно. Мы выглядели жалко. Как оказалось, годы " дворовых тренировок" не стоили ровным счетом ничего против команды пофессионалов, в два раза меньших числом.
Во время перерыва к нам подошел один из зрителей, мужик лет 40, как выяснилось, в прошлом игравший в молодости за какую-то провинциальную команду.
— Вас восемь человек, — посоветовал он, — разбейтесь на двойки, каждая двойка пусть "приклеится" к одному из них. Не давайте играть, как мяч у них, сразу бросайтесь, мешайте, не давайте пасовать. И сами "не мудитесь", вы их не "обмудите". Как мяч у вас, сразу пасуйте, "в одно касание". И по вортам лупите, как сможете.
Вот такие вот незатейливые советы но сразу скажу, и во втором тайме нас вынесли 4:1.
Но мы этим советам последовали и во втором тайме это уже была Игра, настоящее рубилово.
Мы носились как черти, не давали им вздохнуть, каждый из них был прикрыт двумя, они уже не прикалывались, играли если и не в полную силу, то уже серьезно. Мы опасно угрожали их воротам и один мяч все же закатили.
Несколько раз они делали небольшие перерывы что бы посоветоваться, достаточно сказать, что за пять минут до конца матча счет был 2:1, но тут они начали играть "на вторых этажах", а поскольку были значительно выше и крупнее нас, то сделать мы ничего не могли и два последних мяча получили именно "с головы", — так это тогда называлось.
Из всей этой игры я хорошо помню именно второй тайм. Помню лица этих пацанов, зенитовцев. Вспотевшие, разочарованные. И наши- растрепанные, проигравшие с разгромным счетом, но гордые, довольные. У всех нас, как оказалось, было тогда одно чувство- ну вот еще чуть-чуть, еще один тайм и мы бы их "сделали"!
Не сделали бы, конечно, скорее всего.
Но я думаю, все мы прочувствовали что такое настоящая командная игра, еще долго потом мы жутко гордились этим матчем и всем подряд с упоением рассказывали как играли с "Зенитом". И никто не понимал, как можно так радоваться, проиграв в конце концов.
Просто мы, пацаны жившие с пеленок в одном дворе, сотни раз игравшие вместе, сотни раз дравшихся друг с другом, ссорившихся и мирившихся через день, впервые чувствовали себя стаей, командой, делавшей одно дело и способных достойно биться даже с теми, кто намного лучше и сильнее нас. Надеюсь, всем нам это пригодилось.
С недавним запретом выезда на лёд эта страница владивостокской истории на глазах уходит в прошлое.
Издревле у местного населения существовал мужественный обычай – вплоть до апреля колесить по поверхности необъятного Амурского залива во всех направлениях, на предмет рыбалки, уединиться, или просто скоротать путь на другой берег. Создатели фильмов
"Миссия невыполнима" кусали бы локти, видя эти пропавшие кадры – серебристая Тойота, рассекающая с дикой скоростью, оставляя за собой полоску воды и качающийся битый лёд в кильватере, или солидный специально герметизированный джип, медленно уходящий в прорубь, пока его экипаж выбирается через специально расширенный люк и хладнокровно бегает по крыше, выбрасывая на лёд тяжёлые зимние бушлаты и рыбацкие принадлежности. Топилось не очень много машин – под сотню за год. Для могучего трёхсоттысячного автомобильного племени Владивостока нормальные муниципальные дороги и по сей день остаются гораздо опаснее.
Большинство машин уходило в воду спокойно, без людей, когда весенним ветром льдины уносило в открытое море. Незадачливые рыбаки, взбираясь по трапу вертолёта, чего только не сулили лётчикам за прихватить машинку, но те с небес неизменно показывали русский жест от локтя. Редкие машины, что делали буль-буль на ходу вместе с экипажем, проваливались, как ни странно, не на морских просторах, а прямо у городского берега, в неизменных роковых местах, где под лёд выливаются тёплые воды канализации.
Один из таких случаев несколько лет назад попал в местный телесюжет и радионовости, благодаря чему у меня найдутся сотни тысяч свидетелей.
Чёрный крузак булькнул всего метрах в пятидесяти от берега, весь экипаж благополучно спасся гигантскими прыжками. Машинка было совсем новая, место мелкое, поэтому владелец джипа решил всё-таки потратиться на подъём своего транспортного средства, едва не утопив на хрен и кран в придачу. Ну, или как там называется эта длинная тяжёлая хрень с выносной стрелой-лебёдкой, похожей на спиннинг, буду звать её эвакуатором.
В телесюжет попал заключительный этап операции. Команда спасателей состояла из двух мужичков с длинными тонкими арматуринами, которыми они тыкали в прорубь, пока мягкое "тык-тык" не сменится на звонкое "дзинь-дзинь". Ещё пара кадров зябла в кабинке эвакуатора, наверное, чтобы вместе тонуть было веселее. На льду уже лежала пара поднятых машин.
Третья висела на крючке – клюнул неплохой Субарик. Крузака пока ещё не нашли. Его хозяин уже, похоже, не знал, горевать ему или смеяться.
Чувствовалось, что мужику не дали порыбачить – он бегал по берегу, умоляя – "ребят, вы там не спешите, ещё вооон там пощупайте! "Вскоре наверх поползла четвёртая машинка на крючке – и опять не крузак. Его нашли пятым.
Не знаю, как хозяин крузака разделил с бригадой спасателей свой улов на запчасти и металлолом. Но зато я знаю от знакомых короткое продолжение этой истории. Вскоре после показа телесюжета хозяину крузака позвонили – нашёлся владелец Субарика, потонувшего, оказывается, всего три недели назад. Тот предложил отдать ему машину за возмутительно скромное вознаграждение. Юридически все права были на его стороне – Субарик оставался его собственностью. На резонный вопрос, какого чёрта Субарик делал столько времени на морском дне, его хозяин задорно ответил, что знак "парковка запрещена" на дне Амурского залива отсутствует. В ответ хозяин крузака пригрозил, что вернёт Субарик обратно на парковку…
Вчера в комментариях спросили меня, видел ли я живого американца.
Случалось. Расскажу о типичном. Большинство встреченных были не совсем стандартным "средним классом", по ним судить сложно... но этот был просто образцовым. Потом были другие, с менее выраженной симптоматикой, но что есть - то есть.
Застрял давным-давно в хостеле с мексом
и California Guy (это он себя сам так, и если бы он писал сюда сам, то заглавными в этом его погоняле были бы не только первые буквы). Как звали в реальности, узнать не успел.
Макс сразу нашёл себе аргентинскую подружку, а californiguy рассказывал мне, какая великая страна Америка и никак не мог поверить, что я там не был: я ведь неплохо говорил по-английски, и даже немного на его сленге, а это невозможно, не побывав там, и очень важно: иначе как мы должны их понимать, когда они приезжают к нам в Европу? Наверное я всё-таки там был, но по мафиозным делам, и поэтому не признаюсь.
Через некоторое время он спросил: да, кстати, напомни: ты из России или из Румынии?
В этом месте те, кто слушал мой рассказ раньше, призывали обидеться, но я не стал. Для меня разница, скажем, между Парагваем и Уругваем или Вануату и Кирибати тоже не велика. Ну, может, пару цифр навскидку: that’s all just some far away stuff, но она есть. А из Калифорнии Россия и Румыния — это те же far way kingdoms.
— Из России.
— А что больше, Россия или Румыния?
— ну... Румыния — это примерно как половина Калифорнии
— о, большая страна! А Россия?
— где-то два раза сша, если вместе с Аляской. Примерно сша и Канада вместе.
С этого момента он затих и не сказал мне ни слова. Три дня. Вообще не видел меня.
Ну и фиг с ним.
Сегодня утром я по делам ездил в соседний город. Конторы где я был, находится во дворе нескольких больших домов. Выезд из двора на проспект и для выезжающих знак "Стоп". На проспекте постоянный поток машин. Иногда там можно застрять минут на пятнадцать, просто для того, чтобы выехать.
Сегодня на выезде я вижу чудо чудесное — моя машина единственная.
На самом проспекте почти пусто, только где то вдали на горизонте, с горочки, едет одинокая машина, черного цвета.
Я начинаю выезжать, как вдруг черная машина на горизонте резко увеличивает скорость, начинает мне сигналить, мол уступи дорогу, видишь я еду!
В принципе, расстояние было приличное и можно было проскочить. Но я решил не рисковать и уступить дорогу, тем более, что по правилам я обязан уступить… Жду.
Но черной машине, вероятно, показалось, что я не достаточно спокойно стою. Наверное по этому, чтоб я даже не попытался ехать, черная машина прибавила газку, и увеличила интенсивность сигналов.
И вот черная машина, подлетает к самому перекрестку и... трах — бабах! Машину тряхнуло не по детски, из под низу полетели искры, грохот, треск!
Возле перекрестка был установлен лежачий полицейский…
Я не понимаю, что мешало водителю, чтоб я проехал перед ним перекресток. Если бы он дал мне проехать, то и сам бы не разгонялся на спуске, и вместо сигнала следил за дорогой, то увидел бы лежачего полицейского.
Зато я успел увидеть водителя черной машины, когда его трясло на лежачем полицейском! Представьте себе мужика лет 50-60, в костюме. Важный и высокомерный. Начальник, обличенный властью, наверное. Злой и прибалдевший одновременно. Весь из себя важный и при этом его башка болтается по сторонам.
Я посмеялся от души над придурком и спокойно поехал по своим делам.
Где то с год назад меня отпpавили по вызову на дом. Когда я добpался до места и был пpопущен внутpь, то в пеpвую очеpедь почувствовал запах поpоха. Втоpым, что бpосилось в глаза, была двустволка 12-го калибpа, валяющаяся на диване. Тpетьим была кpупная pваная дыpа в боку ее компьютеpа (один из тех Маков, у котоpых пpоцессоp в одном коpпусе с монитоpом).
Я
взглянул на нее. Маленькая, седая женщина, около 60. Она? Hевеpоятно.
Однако надо спpосить...
Я — Это вы стpеляли...?
Она — Да, я немного pазозлилась. Мне сказали, что я ничего не испоpчу в ней, но видимо это не так. Что нибудь можно спасти?
Я пpобоpмотал что-то о том, что не специалист по Макам, и сказал что вышлю ей такового, как только смогу. И убpался оттуда с максимальной скоpостью.
Пpимеpно с месяц спустя меня вызвал босс; у него на пpоводе была женщина. Она жаловалась на мою некомпетентность, и на то, что я либо солгал, обещав ей выслать спеца по Макам, либо у нас в фиpме нет ноpмальных спецов. Я быстpо ввел его в куpс дела. Помолчав, он снял тpубку и сказал: "Мэм? Это вы стpеляли в компьютеp из дpобовика?...
Ага... Мне очень жаль, мэм, но мы действительно не сможем... Hет, никак... Я попpобую кого нибудь выслать... Пpиятно иметь с вами дела..." Он повесил тpубку, и покосился на меня: "Ты знаешь кого нибудь из наших Маковцев, кто пойдет?" Я покачал головой: "Hи одного."
Снова о ней мы услышали на пpошлой неделе. Босс pассказал мне, что она опять звонила и пpоклинала меня, говоpя, что я не только "молодой самонадеянный пацан", но и лгун, каких свет не видел, так как один из наших конкуpентов все ей пpекpасно починил, убpав даже цаpапины с монитоpа. Звучало это удивительно, так что я запасся пивом и чипсами, и завалился в техотдел к конкуpентам. После паpы банок я выудил из них всю истоpию. Единственной неповpежденной деталью машины оставался жесткий диск, дpобь пpошла мимо него. Так что техники пpосто взяли ее машину, купили такую же новую, пеpеставили диск, и отдали ей ее обpатно, в "отpемонтиpованном" виде. Разумеется содpав с нее тpойную цену.
