Рубрика – дорожные истории "памяти девяностых", будь они неладны…

Обзванивая просто по справочнику (это сейчас в интернете всё есть, а тогда в рукопашную приходилось) комбинаты, где можно было найти возможного клиента – покупателя технологического оборудования, которым мы тогда торговали, я разговорился с главным инженером сахарного завода в посёлке Ольховатка Воронежской области.

Он жаловался, что не может выдержать режим выпарки – а из за этого ломается весь технологический процесс. О как.

Историческая справка – тема моей незащищённой диссертации была – "Особенности процессов теплообмена на выпарных станциях". Мы работали с целлюлозно- бумажными комбинатами, но выпарка при производстве сахара с этой точки зрения от бумажной почти не отличается. Так что подобные проблемы мне были хорошо знакомы.

Он выслал мне схемы, режимные карты и параметры оборудования, и я набросал ему на коленке техническое решение – надо просто заменить несколько насосов на аналоги с более высоким напором – метров по десять каждый – это даст возможность выдержать технологический режим, и даже получить необходимый интервал для его оперативной регулировки.

— А вы нам эти насосы поставить можете? Такие же только в Сумах делают, а Украина нынче заграница?

— Не вопрос, беру тайм- аут, и перезваниваю с информацией по срокам и стоимости.

— Только мы деньгами заплатить не сможем, вас бартер устроит? Сахаром?

— ОК, давайте попробуем.

Я созвонился с Украиной, получил с завода коммерческое предложение – они там от счастья на такой крупный заказ чуть из штанов не повыпрыгивали, а когда сравнил отпускные цены комбината на сахар с той реальной стоимостью, за которую его можно было в Питере продать, радуга на небе нарисовалась сама собой – да ещё какая.

Это было время, когда старые знакомые ещё верили друг другу на слово – и я просто попросил своего бывшего одноклассника (к слову- он сейчас миллионер, владелец нескольких отелей у нас и в Европе) сделать предоплату на Сумской завод – обрисовав ему возможные перспективы сделки.

— Точно не обосрёшься? Я заплачу, но если что не так, я тебя выгородить не смогу – сумма слишком не маленькая, сам понимаешь.

— Ныряем, ты меня знаешь, сделаю всё. Должно выгореть.

И закрутилось. Через полторы недели я подписал в Ольховатке договор поставки, а ещё через несколько дней встречал уже машину с насосами. Они там охренели от такой оперативности. Привыкли всё делать не спеша.

Единственно, чего я не учёл – надо было взять с собой резиновые сапоги – когда сахарную свёклу промывают перед варкой – происходит это в бетонном рву, глубиной метров пять и длиной в пятьдесят, по территории завода расползается сладкой пеной эта жидкая грязь – и спасения от неё нет, пройти просто невозможно.

Я делал так – дожидаешься, когда пройдёт очередной грузовик, и бегом по колее за ним – пока пена не сомкнулась. Порядок, полдела сделано, насосы разгрузили. Теперь осталось дождаться наших грузовиков, забрать сахар и можно двигать в Питер – в счастливое будущее.

Но.

Пока я дожидался машин, Воронежский губернатор, мать его, издал распоряжение – в связи с неблагоприятной ситуацией со снабжением продуктами, без специального разрешения ничего съестного из области не выпускать. Вообще. Попытки вывезти что- либо, считать злобным вредительством, машины арестовывать, груз конфисковать. [м]ля… приплыли.

Мне уже деваться некуда- назад не отыграешь. Даже если удастся получить насосы обратно, в Сумах их не примут – купил- твоё. Начальник отдела сбыта – сытая морда, смотрит нагло – "Ничего отгрузить не могу, распоряжение губернатора".

— Бл.. дь, но договор- то мы подписали раньше этого распоряжения! Я свою часть выполнил, выполняйте свою!

— Вы понимаете, какие у меня могут быть неприятности, если вас остановят по пути?

— Уважаемый, вы даже тени не представляете тех неприятностей, что будут у меня, если я вернусь в Питер без товара.

Договорились так – я сунул ему на лапу, пообещав, что ни при каких обстоятельствах его не сдам –если остановят- что сахар этот мне с неба свалился, что я его украл, что я его везу транзитом с Кубы – что угодно, только не произносить вслух названия комбината.

Мне мужики в очереди на погрузку посоветовали – ты не этой дорогой двигай – вот тут просёлок есть, там постоянного поста ГАИ никогда не было, и всего пятнадцать километров до Белгородской области. А в Белгороде уже всем насрать на распоряжения Воронежских властей. Если повезёт – вырвешься.

Объяснил водителям ситуацию- мужики, на ГАИшников не реагируем до границы области — догнать они нас может и догонят, но хрен они нас остановят – а в Белгородской в случае чего, будет уже другой расклад. Ибо если машины арестуют, полная [п]опа будет всем. Мне в первую очередь, вам в довесок.

Погрузились. Тронулись. Время позднее, темнеет рано, ползём потихоньку двумя камазами – двадцать четыре тонны сахара. Сейчас точно не вспомню цен, но примерно так – если в Питере оптовая цена была 120 рублей за килограмм, то с завода я его взял за тридцать.

Сказать, что меня трясло – ничего не сказать. Адреналин зашкаливал. Представляю, что чувствовали средневековые купцы, морем перевозившие пряности из Индии.

Когда мы миновали границу области, я просто начал вслух орать какую- то песню, размахивая руками– от души, во весь голос.

Во, бл…я, это ещё что такое? Нас обгоняет ментовский жигуль со включённой подсветкой и в мегафон вежливо, почти без мата, предлагает остановиться. Проезжаем ещё метров сто, останавливаемся. Кто- то сдал, с@ка. Может тот начальник сбыта сам и настучал, гадина. Не иначе- в доле. Ну не видел нас никто, когда выезжали, неспроста эта погоня на ровном месте.

Выхожу из кабины, номера на жигуле Воронежские. Мужики- водители выскакивают тоже. Почти ночь, нас четверо, мент один, поэтому фраза "предъявить документы" звучит не очень уверенно. И кобуры у него на поясе нет.

— На каком основании задерживаете машины? Мы что, что- то нарушили?

В ответ получленораздельное мычание. Распоряжение губерна…, бум бум, бум… обязан доставить в Воронеж на штрафплощад… бум, бум…

— Вот что, уважаемый. Ваши полномочия кончились два километра назад. Давай так договоримся- вот тебе десять долларов за моральный ущерб, и расходимся краями. Понимаешь, если я сейчас твою прихоть исполню и соглашусь ехать в Воронеж, в Питере меня скорее всего грохнут – я не пугаю, просто обрисовываю ситуацию, чтоб ты понял размер ставок. Давай, пораскинь мозгами, у меня выхода нет, сам понимаешь. Ну не догнал ты нас, колесо проколол.

А Руслан – один из водителей- деликатно так монтировкой поигрывает. Намекает, что "раскинуть мозгами" можно и в буквальном смысле.

Помолчали. Ну, куда ему деваться, взял деньги и мы поехали. Бррр, пронесло.

Ехали трое суток. Со всяким сталкивались – неспокойно тогда было на дорогах, бандитов больше чем водителей – и каждый свою долю хочет получить за проезд. Из острых ситуаций запомнился такой эпизод. Я, кроме накладных на сахар, за каким- то хреном нарисовал себе ещё липовые документы на сапропель – озёрный ил. Пошутил, типа.

Очередной пост ГАИ, останавливают, проверяют документы на машины. Документы на груз я просто перепутал – сунул менту накладную на сапропель, блин, думаю, ну если сейчас проверять полезет – пи…дец. Не полез, только с любопытством выслушал, что это экологически чистое удобрение для цветочной фермы- розы в теплицах будем разводить в Карелии – выгодный бизнес. А что, начал врать, так уж ври до конца.

А километров через пять очередная бригада "братков". Двое вроде дёрнулись дорогу перегородить, но старший орёт – "Пропускай, ну его на хер, это тот [ч]удак с сапрепелей! "

Абзац. Так в открытую продемонстрировать, что им информацию менты сливают – это производит впечатление.

Добрались целые и невредимые, я выдал мужикам по мешку сахара – в конторе сказал, что бандюкам по пути отдал – за тот эпизод с ГАИшником на границе областей им в премию и больше полагалось.

А главному инженеру сахарного завода я потом звонил несколько раз – узнать, как дела. Не ошибся. После замены насосов технологический режим выровнялся. Я же говорил, что прилично в этом разбираюсь.

Такая вот эпоха была, мать её, чтоб никогда не повторилось больше…

Решила я вчера потестить новенький металлоискатель, подаренный мужу на ДР. Все как надо, изучила инструкцию, выбрала место, взяла все необходимое и в путь. "Разберёшься? " — осторожно спросил муж перед моим отъездом. "Пффф, чё я, дурнее тебя что ли? " — дерзко ответила я, и уехала в поля, под старую деревню. Чувство лёгкой наживы накрыло меня с первым же сигналом металлоискателя. Вот оно, здесь, под ногами, я везунчик. Копаю, ничего нет... Сигнал без устали твердит, что все-таки есть. Ну думаю, ладно, может проволочка какая-нибудь. Или гвоздик. Не желая терять времени, перехожу дальше, а там опять заманчиво звенит.. Да ё-моё, и опять ничего.. В общем, полдня я там рыла, вскопала соток 10 целины. И ничего стоящего, пара консервных банок, крышки от лимонада и ржавое ведро. Сказать устала, это ничего не сказать. Психанувши на искатель и на весь мир, поехала домой. Всю дорогу жалела о потерянном времени, и силах, затраченных впустую. Приехала, раздеваюсь, ноги гудят, сапоги ещё зараза, тяжёлые.. И вот тут меня накрыло.. Сапоги тяжелые. . ну ооочень [м]ляха тяжёлые.. с железными вставками в носках...

Однажды Фредерико Феллини поспорил с другом сценаристом, что тот не сможет придумать фильм длиной в 10 секунд.

— Ты не сможешь, друг мой, — сказал Феллини.

— Это невозможно сделать.

Гуэрра пожал плечами.

— Если ты готов расстаться с 12 долларами, Федерико, давай заключим пари: завтра

Сегодня произошло.

Преамбула. У нас есть старая компания из 3 человек, которой мы ходим, где ни попадя. И, по воле случая, один из нас не пьёт в силу болезни с печенью, второй зарёкся совсем пить, ну, а мне одному пить при двух непьющих как-то совсем не с руки. В общем, если мы пьём, то только натуральный сок.

Амбула. Вечер.

Реальная история из жизни питерской интеллигенции. Одна супружеская пара после совместного проживания длительностью лет пятнадцать, когда обоим стало слегка за сорок, неожиданно почувствовала, что романтика ceксуальных утех уже не та, и ржавчина обыденности протравливает волнительные моменты интима. На семейном совете