В прошлом году знающие люди посоветовали мне простую гигиеническую процедуру — натереть немного хрена, сразу глубоко вдохнуть, ссыпать в баночку и хорошенько пропарить, смешав с морской солью, после чего несколько раз вдохнуть снова, с паузами, пока не выдохнется. На пределе сил, чтобы дух прошибало и слезы из глаз катились. Но и в меру — чтобы себе в удовольствие, а не во страдание. Повторять раз в неделю в холодную погоду, равно как и в теплую слякотную, то есть 10 месяцев в году в наших широтах.

Делов на минуты растереть и на секунды вдыхать, но вот простуды и даже насморки у меня прекратились совершенно, с тех пор как я стал это делать. Тереть хрен как-то веселее, чем сидеть на бюллетене, недомогать, чихать и кашлять. Моя переносимость к его ядреному запаху оказалась весьма хреновой. Одного корня на сеансы раз в неделю мне вполне хватало примерно на месяц и более. Сам корень представлял собой тощий кривой огузок, с ноготь толщиной. После его чистки половина уходила в мусорное ведро, а в ощипанном голом виде он отчаянно извивался под теркой.

Стоила мне эта хрень аж 200 рублей за штуку на фермерском рынке под домом. Но как лекарство выходила подешевле таблеток, так что я чистил его стоически. А когда рынок этот закрылся к ноябрю, купил пару хренов про запас на зиму. Понял к тому времени, что в окрестных магазинах и даже отдаленных супермаркетах его хрен сыщешь.

К началу марта этого года мои запасы иссякли. Через пару недель впервые за год я захлюпал носом. Воспользовался проверенным способом – спросил старожилов. Где раздобыть этот чертов хрен.

— Нигде! – уныло отвечали старожилы. Не сезон!

— Да уж, верно говорят старожилы! – улыбнулся мне один вообще аксакал.

– Но только в том смысле, что настоящий грибник грибных мест не выдаст, а уж московский охотник за хреном в марте – тем более! Советую зайти туда-то.

И назвал место мне знакомое, совсем неподалеку, куда я крайне редко заходил, только по сезонным урожаям клюквы. Это крытый фермерский рынок, где всё остальное время и место занимают торговцы типичные продукты среднерусской возвышенности: лежалые мандарины, апельсины и бананы. Хрена у них отродясь не было, а у местных он исчезал к октябрю вместе с клюквой.

И вот я появился там в субботу 18 марта по наущению аксакала. Всё было как обычно с первого взгляда – лежат горы фруктов тропических местностей, из продуктов среднерусских широт только груды мороженого мяса, соленья, маринады и свежая зелень явно тепличного вида, каковой в любом магазине достаточно. Вся разница – дороже цены и соответственно никаких покупателей, пусто в залах весьма обширных. Видно, что продавцы сидят давно без дела, заскучали изрядно. На мое появление отреагировали как стая голодных пираний, каждый предлагал чего-то купить.

— Обязательно гляну! – вежливо ответил я – Но сначала я хочу купить хрен! Мне сказали, что он тут есть.

Это было как пароль. Все сразу отставали и вяло махали рукой куда-то за угол, потом еще за один, но в целом направление давали верно. Догадались уже вероятно, что сколько ни пользуйся тут сусанинскими методами, человек, пришедший за хреном, так и будет кружить по всем рядам и прилавкам подряд, но без хрена не уйдет.

Так я вышел на эту продавщицу. Дебелая веселая бабища весьма цветущего вида, с крепким могучим бюстом, лет 55. За прилавком как на отдыхе, явно развлекаясь. Крошечную витрину свою обустроила так: главное место на ней занимала целая выставка хренов, всех размеров и толщин от скромных антропометрических до лукамудищевских. Центральное место выставки занимали корни с мощными причудливыми утолщениями у основания, так что прилавок напоминал ceкс-шоп, отдел фаллоимитаторов.

При одном их виде я понял наконец, почему хер так часто назывался хреном в народных синонимах моей молодости. В самом деле, крайне неприличный корнеплод, 18+. А юношам его вообще лучше не показывать, заржут весь магазин и распугают прочих покупателей. А тут, при их полном отсутствии, баба разошлась вовсю при выборе лучших экспонатов. За прилавком торчала еще пара ящиков, видимо как-то расходились за день.

Для целей дыхания раз в неделю тут каждого бы хватило минимум на полгода, вряд ли он столько пролежит в моей квартире. Поэтому я выбрал самый скромный из всех, что нашел, покороче, но и потолще, чтобы меньше уходило в очистки и удобнее было тереть на терке. Но даже этот самый мелкий выглядел минимум на тысячу по сравнению с жалкими стручками, которые я привык брать рядом с домом за 200 рублей штука. Вряд ли тут торгуют обрезками, судя по запасам, грустно подумал я. Спросил, сколько стоит.

— Полторы тысячи, и я не торгуюсь! – веско молвила продавщица – сами знаете, не сезон. Таких вы нигде больше в Москве сейчас не найдете!

Ну, ее право, закон рыночной экономики – если у нее хрен есть, а ни у кого больше нет, пусть будет полторы. Лечиться без хрена мне выйдет дороже. Протянул ей три пятихатки.

Баба уставилась на меня с веселым изумлением.

— Полторы тысячи – это за килограмм. Где ж вы в этом корне килограмм увидели? Тут всего-то грамм двести-триста, щас взвешу. И зачем вам такой короткий? Неудобно же тереть, берите этот. Вес тот же, возни меньше.

— Так на очистки же уйдет половина!

Изумление бабы перешло в охренение:

— А к чему его вообще чистить? Вымыт начисто, лично мыла. А в кожуре вся крепость духа и целебная сила! Вам же для дыхания, я правильно поняла?

Все хрены были в самом деле безупречно чисты, чуть ли не отдраены. Проверил предложенный ею на изгиб – крепок как скала. Действительно для терки удобнее – меньше останется ошметков, чем на толстом. Важно при многократном использовании. Чисто психологическая проблема заключалась в том, что этот идеальный по форме хрен весьма напоминал мой собственный в эрегированном состоянии. Тереть его как-то не хотелось. И вообще я преисполнился подозрений.

— Как вам удалось сохранить его таким свежим до марта?! Он из морозилки небось?

— Ну да, а чего ему там сделается. Если для дыхания.

Хрены отнюдь не выглядели размороженными, на ощупь и запах были абсолютно свежими. Что там использовала эта баба при хранении на полгода – глубокую заморозку, быстрое охлаждение или медленное, или хранила в бытовой морозильном камере – мне осталось неизвестным, но при практическом использовании ее продукции у меня вообще глаза на лоб полезли и весь насморк вышибло с первого вдоха, потому как я вдохнул неосторожно глубоко, привыкнув к обычным квелым хренам в московской продаже.

Бабу же эту я успел спросить при покупке только о том, где они такие здоровенные выросли, и как она смогла с ними в Москву проникнуть в марте, когда им быть тут не полагается даже квелым и худосочным. Ответила степенно:

— Подругу подменяю за прилавком. Позвонила, попросила выручить, госпитализировали ее. Я сама не местная. Но на пенсию недавно вышла, в марте в наших краях делать особо нечего. Тут впрочем тоже — она сразу предупредила, что работа непыльная, покупателей нет. Сиди себе спокойно – хоть вяжи, хоть в смартфон смотри. Фермерский же рынок, хорошее место. Мэрия спонсирует. Квартиру свою дала пожить. Ну я и решила – лучше уж по Москве прогуляться, чем у себя куковать. Но скукотища же на работе! Решила оживить фермерскую торговлю товарами от производителя. У нас на участках ничего толком не растет, кроме хрена, но вот его как раз дохрена. Обычно выпалываем, самые крепкие оставляем.

Сама эта баба показалась мне вроде своих хренов – крепкой, недовыкорчеванной, сумевшей чудом просунуться в московскую торговлю с обычным хреном со своего участка.

Проснулся я днем, после ночной смены. Было лень готовить и я решил заказать доставку. Всё отлично, оплатил, сижу жду.

Тут звонок..

Курьер приехал, говорю ему что сейчас выйду. Иду к двери, счастливый. А утром девушка ушла на работу и закрыла дверь как обычно. Начинаю искать ключи, а ключей моих нет. Я на панике, звоню девушке, спрашиваю

Живу с родителями. Отцу 69 лет, и мама за него волнуется, когда он по делам зависает в гараже. Поэтому обычно там с ним сидит. Но в этот день она работала, а отец решил поменять масло и зимнюю резину на летнюю. Поэтому командировала меня.

С первого взгляда было понятно, что эти гаражи — территория мужская. Меня же, девушку, все разглядывали с удивлением. Рядом с нашим гаражом такой же, переоборудованный под мастерскую. Тамошние мужики минут 20-30 поработали тихо, а потом вдруг врубили музыку, да так громко, что противно стало.

Я потерпела тоже минут 10-15, а потом послала отца попросить их убавить громкость, а то перепонки в ушах лопаются.

Вернулся он весьма озадаченный. Оказывается, эти джентльмены при мне материться стеснялись, а работать без мата не могли, вот и включили музыку погромче, чтобы я их матюгов не слышала.

Согласно педагогическим идиотизмам деточек наказывать низзя, а надо им рассказывать какие вони замечательные, показывать их по ТВ вместе с Галкиным, где за их простейшие тупейшие телодвижения пускать сопли восторга. В результате вырастает замечательное дитятко, убежденное в своем величии и значимости, и неспособное ни к чему,

История, вспоминая которую каждый, кто это видел, до сих пор смеётся до слез... Дело было летом, жара за 30, тишина, грустно... И решили три девчонки в кабинете по тихому выпить бутылку шампанского. Т. к. вокруг кабинеты руководства, то буквально на цыпочках и шепотом... достали бокалы так, чтобы не дай бог не звякнули и так же в полной тишине вдвоем (третья за столом напротив сидела с ворохом бумаг)медленно раскрутили проволоку на пробке... Дальше произошло следующее: пробка, ускоренная парами почти горячего шампанского практически взорвала тишину кабинета и устремилась ввысь, а там висела сто лет не мытая, задекорированная искуственными цветами люстра, которая от столь стремительного вмешательства в её тихую пыльную жизнь громко охнула и свалилась вниз... на стол... на документы... чуть-чуть промазав мимо нашей подруги... А теперь картинка, которую застало руководство (и не только), буквально ринувшееся на страшные звуки (выстрел, грохот, звон разбитого стекла и стоны с хрюканьем)доносившиеся из нашего кабинета.

Пустая до донышка бутылка шампанского, две совершенно мокрые, буквально катающихся по полу и хрюкающих девчонки с которых тонкими струйками шипя стекает шампанское пополам с истерическими слезами, а третья, совершенно серая от толстого слоя пыли с непроницаемым лицом сидит за столом, а с головы и ушей трогательно свисают лианы искуственных цветов. .. Работать в тот день мы уже не могли...