История, рассказанная моим отцом.

Его друг, в бытность студентом Горьковского института инженеров водного транспорта, не мог сдать чертеж преподавателю. Всякий раз тот докапывался до несчастного парня и заставлял переделывать все начисто. Наконец, после 6-й попытки кто-то из сокурсников посоветовал страдальцу просто-напросто поставить преподу пузырь. Решив, что водка — это низко и пошло, друг раскошелился на бутылку превосходного коньяка, с которой и подвалил в очередной раз к преподу.

— Ну, что ж, давай посмотрим твой чертеж, — сказал препод. Вышли они, значит на набережную, присели на лавочку. Студент, как положено, отдает пузырь преподу. Тот причмокивает от удовольствия и интересуется: а у тебя стакана нет? (Из горла не мог что ли, интеллигент?) Студент говорит, что нет. Препод вздыхает, сворачивает злополучный лист ватмана в кулек и выливает туда коньяк, после чего довольно отхлебывает и говорит:

"Теперь хорошо нарисовали. Ставлю Вам четыре." Как студент его на месте не убил — не знаю.

У меня три папы. Естественно, родной только один, но всех трёх я считаю отцами. Родной отец сбежал от мамы, когда узнал, что она беременна и не хочет делать аборт. Он хотел уехать за границу, был шанс, а мама была против. Ребёнок помешал бы папиным планам. Мама сказала, что сделала аборт, но с ним не поедет никуда. И они расстались.

Когда

Как хорошо, когда первый учитель в начальных классах попадает ПЕДАГОГ. Настоящий мастер своего дела и учитель по призванию.

История не моя.

"Даже не знаю почему, вдруг вспомнила учительницу мл. классов из нашей школы. Она была, возможно уже на пенсии, но ещё работала.

Ходила всегда в каком-то сером или черном платье у которых были впереди огромные квадратные карманы. В них были носовые платочки. В первом классе детишки часто приходили на занятия с соплями, в те годы, (конец 60-х) родители, из-за такой мелочи, как сопли или кашель, на больничный не уходили. Работали.

Район был рабочий, и мы, дети, также после учёбы работали по дому. Так вот, эта учительница не брезговала вытереть сопливые носы своим ученикам, напоить их горячим молоком с маслом и ещё там с чем-то, если была необходимость, приносила из дома вещи своих уже выросших детей, чтобы одеть какого-то ребенка. Мне было 7-8 лет, а моя младшая сестрёнка училась у Тамары Ивановны. Эта была добрая бабушка, и на переменах и девочки и мальчики обступали её стол, и щебетали, как птенцы вокруг своей мамы-курочки. Уже давно нет в живых Тамары Ивановны, но помню её добрую, маму-учителя, которую так любили дети всей нашей школы. "