Песня про псарей

Где-то в начале нулевых. Местное радио. Прямой эфир, диджей принимает заказы от слушателей. Звонит телефон, на проводе мужчина. Голос бодрый, но с характерной задушевностью — видимо, день выдался тёплым, и культурная программа уже началась.

— Алло, здравствуйте! — бодро выдыхает трубка.

— Поставьте, пожалуйста, песню. Ну, такую… "Время любви далёко"!

Диджей на секунду зависает. В его голове прокручивается весь плейлист, который он знает. Такой песни нет.

— Простите, какую песню?

— Ну, "Время любви далёко"! — терпеливо повторяет слушатель.

— Там ещё про псарей поётся.

Диджей окончательно теряется. Псари? Время любви? Может, это что-то из дворянского романса? Или бардовская песня?

— Не могли бы вы напеть? — просит он, стараясь сохранить профессиональное спокойствие.

В трубке повисает пауза. Потом раздаётся голос, полный уверенности и лёгкого вдохновения:

— Ооо… псари царя! Время любви далёко!

И тут до диджея доходит.

Он нажимает кнопку и включает в эфир Рики Мартина. "Ливень лови далёко" (или, если по-иностранному, "Livin" la vida loca").

Слушатель, судя по всему, остался доволен. Диджей — тоже, хотя и с лёгким нервным смешком. А ведущий потом ещё долго рассказывал коллегам эту историю: как он понял, что псари — это не ответственные за собак, а просто испанские страсти под латиноамериканский ритм.

Мораль: Если просите песню, напевайте сразу. И не будьте как тот диджей — не ищите псарей там, где их нет.

Про мой любимый контингент петербуржцев. Веду экскурсию в один двор. Территория охраняемая. А туда позарез надо. Поэты, понимаешь, беспечно селятся где попало, не предполагая, что публика потом будет ломиться по местам их боевой славы, раздражая аборигенов своими восторженными физиономиями. Итак, завожу. Причем уже издалека вижу, что охранник — из строптивых. Бывает, можно иных уболтать, а бывает — ну никак. С этим я даже как-то раньше успела слегка поцапаться. И точно — уже выходит навстречу, грозно пуча глаза. Погнал, конечно. Ладно, думаю, хрен с тобой, пес жилищного режима. Так расскажу, не проходя дальше. И рассказываю. Про позднюю любовь двух немолодых людей. Прогулки. Стихи. Блокаду. Разлуку.

А охранник рядом стоит. Слушает. Вдруг откашлялся и смущенно сказал:

— Можно я вмешаюсь?

— Чуть помедлил и продолжил извиняющимся тоном: — Это ведь не я запрещаю. Я бы пустил. Строго тут у нас. Проблемы у меня могут быть. Начальник все время смотрит, кто во двор заходит.

Да ладно, отвечаю, дело житейское. Мы и отсюда хорошо видим.

— А давайте так сделаем, — говорит он крепнущим голосом.

— Вы пойдёте дальше, рассказывая. А я за вами, вроде как ругаю. Ну, вроде бы прогоняю. А вы рассказывайте.

Вернулись сегодня с женой домой после вечерней прогулки. Прошёл долгий дождь, к вечеру похолодало, поэтому перед выходом, подумав, к джинсам надел старую и любимую плотную чёрную рубашку.

Снимая её дома, ещё раз ощутил, какая она удобная для кожи, и понёс к жене:

— Зай, из чего этот материал?..

— Помню я эту рубашку. Ты мне её сто раз показывал уже. Похоже на велюр.

— Очень удобная ткань, греет, но в ней не потеешь, она дышит. Мягкая, как тонкая шерсть..

Продолжая петь дифирамбы удивительной рубашке, пошёл раздеваться дальше в комнату и начал искать шильдик на изнанке с информацией, как стирать, из чего ткань, где сделано и т. п.

100% Baumwolle

И ещё полтора десятка слов на немецком.

Посетовав на то, что не знаю немецкий, тем не менее, сразу зацепился за "wolle" — "Неужели и правда wool, шерсть?"..

Полез в переводчик:

Baum — дерево

Wolle — шерсть

Baumwolle — хлопок.

Деревянная шерсть, получается.

И еще про ваучеры 1990-х

Какая-то фирма объявила, что за ваучер платить тридцать тысяч. В какой валюте, по какому курсу – не помню, но сумма казалась весьма внушительной.

Правда, как потом оказалось, сумму на руки не давали. Ею можно было воспользоваться в магазине фирмы.

Но не просто набрать на сумму товаров, это было бы слишком просто. Это была сумма скидки на их продукцию. В общем, через 35 лет этот развод превратился в современные и всем знакомые бонусы.

Наш человек работал строителем. Давным-давно укатил в США на ПМЖ. И там тоже пошел на стройку. Начинал разнорабочим, потом ПТУ. Дошел до бригадира. Или как там у них называется. Рассказывает из практики:

Стройка — это хронический кризис. У бригадира очень нервная работа: того не привезли, если привезли, то не то привезли, рабочие перепутали кабели, не туда вывели, там криво, здесь косо, график летит и т. д. Постоянный стресс. Бригадир отдает распоряжения или на месте или по рации.

После смены подходит к нему рабочий:

— Сэр, у нас вопрос. Вы, как мастер, отдаете распоряжения. Первая часть распоряжения — на английском языке, вторая — на другом языке. Похоже на русский язык. Первую часть мы понимаем. А что вы говорите потом? Мы не можем выполнить, мы не понимаем.

— Ну, это... Того. Не обращайте внимание. Вы на английском слушайте. Остальное — не слушайте, вам не надо. Это мое, личное.