Смотреть в глаза.

Мой коллега Герман был покорителем дам. Когда персональные компьютеры были еще в новинку, мы написали программку для бухгалтерии и сами выезжали на место для ее установки и обучения пользователей. Так вот, не помню случая, чтобы в этих поездках Герыч ночевал один. Если не находилось кандидатуры в бухгалтерии, он моментально знакомился в гостинице, ресторане или просто на улице. И это были отнюдь не проститутки, нет. Милые добропорядочные женщины, у которых от Герыча внезапно сносило крышу.

Я тогда был свободен от семейных уз и тоже не отказался бы от легкого приключения, но что-то приключения меня избегали. Герман на просьбы поделиться секретом отвечал, что ни внешний вид, ни слова никакой роли не играют, а важно только смотреть женщине в глаза. Но, видимо, мой взгляд не имел нужной магической силы.

Командировка в Одессу не задалась. Я приехал один. Бухгалтерши оказались на редкость тупыми курицами и от компьютера шарахались. Правила украинского бухучета не совпали с нашим представлением о них, пришлось всю субботу на ходу править программу. Но за это мне и платили.

В воскресенье я отправился на море. Умудрился забыть в Москве плавки и раздумывал, ехать ли покупать новые, когда увидел нудистский пляж. Искупавшись, обнаружил, что рядом греют пуза сплошь мужики разной степени потертости, а немногочисленные женские тела едва виднеются за пятью рядами пуз. Истинные натуристы скажут, что радость надо получать от единения с природой, а не от разглядывания голых баб. Знаю-знаю, но все равно расстроился.

Вдруг мои соседи дружно уставились вдаль: в нашу сторону шла Она. Королева пляжа. Почти модельная фигура, одетая только в шляпку и солнечные очки. Бронзовый загар без белых пятен, значит, не первый раз здесь. Прямо чувствовалось, как мужики исходят флюидами, побуждая ее выбрать место поближе.

Королева остановилась рядом со мной:

– Здравствуйте, здесь свободно?

Я кивнул, стараясь не палиться, то есть не пялиться.

– Я Ксюша, – сказала она после неловкого молчания. Ксюша так Ксюша. Я снова кивнул, изо всех сил отводя глаза от того места, где напрочь отсутствовала юбочка из плюша.

– Я сюда всегда хожу с подругой, – продолжила королева, – а сегодня она не смогла. Одной так неприятно, все прямо раздевают глазами. То есть не раздевают, я и так раздетая, но вы поняли. Рядом с вами хоть приставать не будут.

Последняя фраза прозвучала двусмысленно. То ли она углядела во мне мачо и защитника, то ли, наоборот, безвредное облако в штанах. То есть без штанов. Я ответил, что очень рад, и мне можно не выкать, а называть по имени так-то, и я человек привычный, бывал на нудистском пляже у себя в Москве (о как). Завязался какой-то разговор о нудизме, погоде и одесских достопримечательностях.

Первое правило поведения на голом пляже совпадает с заветом Германа: смотреть в глаза. Я пытался, но взгляд постоянно соскальзывал ниже, а в особенности еще ниже. Ксюша непринужденно меняла позы, и только прежний опыт нудизма удержал меня от нарушения второго правила: не демонстрировать свой интерес тем, чего на обычном пляже не увидишь.

Все-таки, почему эта птица счастья выбрала меня? Я не красавец. Сейчас могу гордиться, что для своего возраста еще ого-го, а тогда едва тянул на ути-пути. В голове вертелась старая песенка о происшествии на пляже: "Красотка лет семнадцати, прекрасна и бела, вдруг стала раздеваться до самого гола". Дальше рассказывалось, как весь пляж не сводил с нее глаз, "а после оказалось, что девушка была совсем не для загара в чем мама родила": пока она отвлекала внимание, ее сообщники воровали вещи. Может, моя королева просто разводит приезжего лоха?

Ксюша достала карты. Ясно, сейчас подойдет скучающий гражданин, предложит сыграть в преферанс или очко по маленькой и незаметно разденет меня до трусов. То есть трусов и так не имелось, но вы поняли. Но нет, никто не подошел, мы так и играли вдвоем в дурака без всяких ставок. Следом из Ксюшиной сумки появилась бутылка морса и умопомрачительно пахшие домашние пирожки. Понятно, пирожки небось с клофелинчиком. Я мужественно отказался и давился чебуреками с бульвара.

Так я метался от созерцательности к подозрительности, пока солнце не окрасило мои незагорелые части в нежно-розовый цвет. Еще немного, и завтра придется изображать товарища Саахова на суде: "Садитесь" – "Спасибо, я постою". Я стал одеваться. Настал решительный момент: если она останется загорать одна, то приключение кончилось. Если пойдет с пляжа со мной, то всё возможно.

Она пошла. У выхода я предложил поужинать вместе, около моей гостиницы есть неплохой ресторан.

– У меня дела, – сказала королева таким тоном, что стало очевидно: дела могут подождать. – И я не одета для ресторана. Может, завтра?

– Ничего, ты и так всех затмишь, – искренне заверил я. – А завтра мне предстоит куда менее приятное общение с бухгалтершами. Я думал, что Одесса – интеллигентный город, но таких непроходимых дур, как здесь, нигде не встречал. Просто невероятно, откуда их таких набрали?

Я никак не ожидал, что Ксюша окажется такой патриоткой родного города. Не скажу, что она переменилась в лице, потому что в лицо по-прежнему не смотрел: она была выше меня, плюс каблуки, мой взгляд упирался в вырез сарафана. Но интонации не оставляли сомнений, что она смертельно обиделась. Сухо попрощалась и вскочила в подошедший трамвай. Сбежало от меня очередное приключение, непонятно почему.

Назавтра я еще из коридора услышал, как одна из куриц ругается с главбухом.

– Пошел он к чертовой матери! – визжала она. – Не буду учить эту идиотскую программу, всё равно ничего не пойму. Лучше увольняйте.

Визг перешел в нормальную речь, и тут я узнал голос. Да, оказалось, что королева пляжа Ксюша и курица-бухгалтер Оксана – одно и то же лицо. То есть лица я так и не запомнил, но вы поняли. "Здравствуйте, я Ксюша" на пляже было не представлением, а напоминанием о себе. И не разводила она меня, а была не прочь продолжить знакомство с командированым москвичом. Если бы этот москвич не показал себя безнадежным дебилом.

Прав был Герыч. Женшине надо смотреть в глаза.

Работаю я обычно допоздна, домой приезжаю, когда дети спят, и начинаю убираться, так как утром опять на работу. В один прекрасный день подходит ко мне сын и говорит: "Мама! А у нас есть домовёнок Кузя. Мы ложимся спать — дома бардак, просыпаемся — чисто. Давай в уголок поставим молочко с хлебушком".

Кажется, я знаю, что у меня сегодня на ужин.

Лето, раннее утро, дорога от Сыктывкара на север, в машине четверо- я с мужем и подруга с другом. На энном километре от ближайшего ПГТ мы с мужем ссоримся. Еще через энное время я делаю попытку помириться и вроде как мне это удалось — бурчание с водительского места уже не та- кое свирепое. Едем.

Подъезжая к Ухте (300 км от Сыктывкара), чувствую, что больше не могу сидеть — выйти надо на пару минут позарез. У подруги то же самое. Вок- руг дороги — чистое поле во все стороны, даже кювета нет. Муж тормозит и предлагает нам сесть за машиной, мол, все равно в такую рань из Сыка никто не добирается, а со стороны Ухты мы будем прикрыты машиной.

Выходим, присаживается, хорошо... Открыв дверь, мой любимый, радостно возвестив, что он окончательно прощает меня за ссору и давит на газ.

Сидим. На дороге кроме нас с подругой, с трусами на лодыжках, никого нет, как и обещал муженек.

В пятнадцати метрах от нас пост ГАИ и двое о**вших постовых.

История произошла в троллейбусе. Стоял троллейбус в небольшом заторе перед светофором; водителю (женщине средних лет) просто так стоять стало скучно, она решила закурить. Вынула сигарету из пачки, прикурила, сидит, задумалась о чем-то своем. И тут один мужик, зашедший на предыдущей остановке, решил купить билет (почему не сразу пошел за билетом, не знаю). Подходит он к водительнице, которая еще витает в облаках мыслей, протягивает в форточку деньги. Тетка аккуратно кладет бумажку отдельно, монетки отдельно, ВЫНИМАЕТ ИЗ ПАЧКИ СИГАРЕТУ И ПРОТЯГИВАЕТ ПАССАЖИРУ. Причем на полном серьезе, на лице задумчивость; на светофор посматривает.. Дальше была немая сцена между мужиком и теткой-водителем. Мужик обалдело смотрел на сигарету, тетка на мужика (типа, чего не берет "покупку"?). Наконец до водительницы доходит, она дико смотрит на свою руку, в которой сигарета, начинает извиняться, отрывает от пачки билетов один и отдает мужику. Потом они вместе смеются!

История про 8 марта...

"Действительно, все началось в начале весны 1857 года... , но самое жгучее, что начало женскому празднику, положили не текстильщицы, а "труженицы" главной древнейшей профессии. В этот день проститутки Нью-Йорка прошли "маршем бессмысленных кастрюль" по Манхэттену, они требовали выдать зарплату матросам, которые им изрядно задолжали.

Демонстрацию разогнали, тем не менее шума она наделала изрядно. Это событие даже стали называть Женским днем.

Прошло более 50 лет, и в последнее воскресенье февраля уже 1908 года проститутки вновь вышли на улицы Нью-Йорка. Демонстрация эта, как можно догадаться, была приурочена к тому самому Женскому дню.

В 1909 году Женский день вновь был отмечен маршами и забастовками.

Также в 1894 году парижские шлюхи устроили демонстрацию с требованием признать их права, учредить профсоюзы и т. п. Демонстрация была разогнана полицией.

В 1910 году уже великодушные германские революционерки Роза Люксембург и

Kлара Цеткин 8-го марта выводят на улицы немецких городов местных проституток с требованием прекратить произвол со стороны полиции и позволить им создать частный профсоюз, уравняв их тем самым с остальными профессиями. И добились своего!

И лишь позднее, в советской истории — демонстрацию проституток заменили на демонстрацию "трудящихся женщин".