|
Общественный транспорт – неисчерпаемый источник знаний. Причем утренний – не очень, потому что все сосредоточенно молчаливы в преддверии рабочего дня. А вот вечерний – другое дело. Две девушки в метро на дистанции Водный стадион-Ховрино поддержали диалог.
— Представляешь, я с таким мужиком познакомилась… лет сорок, с бородой такой аккуратной… он у меня билет проверял в электричке… он, это, билетер… — Контролер. — Да. И я чувствую – понравилась… он мне свой телефон дал… И тут мужик соседний говорит… такой, знаешь, весь православный, борода до пупа… И он ему – ты зачем с ней хороводишься, она же уже траченая, видно же, что не девственница, может, и аборт делала, тебе это не надо… А я растерялась вообще и говорю первое попавшееся – "Пошел на х[рен], скотина"… и на этого смотрю, билетера… — Контролера. — Да. А он говорит: "Я бы ему в[рез]ал, конечно, но я на работе". Как думаешь – звонить? — Да. — Да я уже. Via Михаил Шевелев |
| Новые истории от читателей |  |
| - вверх - | << | Д А Л Е Е! | >> | 15 сразу |
В девяностых годах у меня был знакомый, а у него была красавица жена.
Посмотришь на неё, и прямо мысли в голову лезут нехорошие. Но глядя на их прекрасные отношения, я понимал, что козлом буду, если попытаюсь подкатить к ней яйца.
Она его называла Котя, а он её — Лапуля.
Хотя намёки с её стороны
Учились мы в Новороссийском Высшем Инженерном Морском Училище (НВИМУ). Как и положено морякам, каждый год мы проходили полную медицинскую комиссию. Для этого группа из двадцати пяти человек спускалась в медчасть, где располагалось большое число белых дверей и кабинетов, соединённых общим коридором. В каждом кабинете сидел отдельный специалист. Курсанты раздевались до трусов и ходили из кабинета в кабинет. И к окулисту, и к какому-нибудь ухогорлоносу — всё едино. А вот у хирурга по его требованию приходилось сбрасывать с себя последнее, кратковременно оставаясь перед ним в чём мать родила.
Заходит наш товарищ в какой-то кабинет, где сидят две уже немолодые женщины.
— Ну, давай, показывай, — обращается к нему одна из них.
Товарищ решительно смахивает с себя труселя.
У женщин синхронно лезут на лоб глаза.
— Пальцы на ногах показывай! На грибок здесь проверяют.
Роман в восьми частях, с прологом и эпилогом.
Краткое содержание.
Двадцать лет назад жена пригласила в гости Терезу, одногрупницу из Ленинградской Консерватории. Та пришла с Олегом, с которым мы нажрались и подружились. Вскоре Тереза с Олегом расстались, но наша дружба с Олегом продолжалась. Олег сошелся с Наташей. Они жили вместе с сыном Наташи Мишей. Со временем Олег почти ослеп. После того, как Наташа умерла, с ними стал жить бывший муж Наташи и отец Миши Коля. Как-то Олег приехал к Терезе и починил у нее все краны и розетки, а Тереза нашла Олегу хороших офтальмологов. Сестра покойной Наташи и тетка Миши позвонила Олегу из Санкт-Петербурга и сообщила, что Коля и Миша уезжают навсегда в Санкт-Петербург через три дня. Олег об этом не знал, его не поставили в известность. Он попросил меня помочь ему с переездом к Терезе. Я помог, и он устроил мне истерику, что при переезде пропала его любимая кофеварка. Так как был уже час ночи, я его послал нах[рен] и уехал. Олег нашел свою кофеварку, и наутро у меня на крыльце стояла коробка, в которой был термос с самым лучшим горячим кофе, какой я когда-либо пробовал.
Продолжу рассказ о скорой помощи автозавода, куда попал (подменяя отпускника) на месяц после ординатуры, устраиваясь в ведомственную больничку.
Работа скорой на производстве отличается своей спецификой, где больше половины вызовов связано не с плохим самочувствием, а травматизмом и несчастными случаями. Дополнительной особенностью