Однажды на соревнованиях в США я прошла взвешивание, но ко мне подошла глава комиссии и объявила о недопуске из-за несоответствия моего кимоно. К слову, до этого в нем я выступала на других чемпионатах, но на этом меня допускать не хотели. Она сказала, что даёт мне пять минут, чтобы я надела другое. А запасного у меня с собой не было, до отеля ехать полчаса, и новые кимоно рядом не продавались. Позади меня стояла моя соперница из США. Я повернулась, улыбнулась ей и пожелав удачи, собиралась уйти.

Она остановила меня и сказала: "У меня в машине лежит запасное кимоно, мой муж сейчас сбегает за ним". Ее супруг был рядом и кивнув, быстро побежал в сторону выхода и через 3 минуты стоял перед нами с чёрным кимоно в руках. Я там же переоделась и через минуту мы уже боролись с этой девушкой на татами. В тот день я стала чемпионкой своего веса и абсолютной категории. И все это благодаря ей.

Когда в конце я сказала ей, это случилось только благодаря тебе, она ответила: "Нет, это случилось потому что ты заслужила. Так поступил бы любой на моем месте". Не знаю как поступили бы другие, но она поступила именно так и это так греет меня уже долгое время. Мы до сих поддерживаем связь и общаемся. Такие прекрасные красивые моменты, которые даёт большой спорт.

Ариадна Эфрон в письме В. Ф. Булгакову:

"Когда-то меня "гнали этапом" с Крайнего Севера в Мордовию — шла война, было голодно и страшно, долгие, дальние этапы грозили смертью. По дороге завезли меня в какой-то лагерь на несколько дней — менялся конвой. Отправили полы мыть в столовой; стояла зима, на чёрном полу вода замерзала,

Середина шестидесятых. Служу в дивизионе торпедных катеров. Это про флотские розыгрыши. Приходят новые матросики из свежего призыва и среди них матрос Вилли. (Всех буду называть только по именам). Будучи мотористом попадает в наш экипаж к старшине Славику, местному Васе Тёркину и супермастеру по розыгрышам. Должен сказать, что Вилли

Тих, но пышен рассвет над пурпурным лесным прудом! В клубах последнего уползающего тумана на скамейке одинокая парочка — древнейшего вида аксакал, осененный могучими дубами, и бодрая еще, крепкая тетка, успевшая основательно поплавать, потянуться, хрустя костями. Голос ее свеж и громкозвучен, слегка басист:

— Я, как на пенсию вышла, первым делом по врачам пошла. У меня последние годы на работе всё болело, чувствовала себя, как загнанная ломовая кляча. Ну, и пошла выяснять, в чем дело. Терпапевт выслушал, назначил мне кучу врачей и анализов. Месяца три я по ним ходила, везде — одно и то же, верно сказал Козьма Прутков: "Узкий специалист подобен флюсу!" Каждый врач видел ту болезнь, которой его учили, платные брались с большим трудом вылечить, а бесплатные выписывали дорогие лекарства.

Нет уж, эдак мне никакой пенсии не хватит! — сказала я себе тогда — ну их всех в [п]опу! Послушала крепких стариков, кто чем спасается, больше стала гулять на природе и воду брать только из источника, до которого хрен доберешься. И ничего, 32 года уж живу так, а врачи те небось не все дожили — сказала тетка и задумчиво закурила.

Из жизни техподдержки.

Сидел на приемке однажды в сервисе, заходит девочка, ну лет 13-14, ребенок такой, без косметики, с медвежатами на куртке, сумка правда большая, но розовая... думал, опять плеер, а тут:

— Простите, вы программист?

Ну какой пользователь не называет инженера программистом? Что сборщик, что кодер — для них все программисты. А тут еще ребенок. Ну я по инерции:

— Программист. Что у вас случилось?

Девочка грустно открывает сумку, достает ноутбук, вздыхая, включает, что-то быстро кликает... мне становится интересно. Она что-то шепчет, кликает все так же, останавливает, и поворачивает ко мне экран ноута...

Далее просто надо видеть: Сервис, ребенок этот, ноут Асус, на экране код Си и грустная фраза этого существа с большими глазами:

— Не компилитьсяяяяя...

Я, офигевший в ноль, начинаю разбирать код.