Было мне тогда лет двадцать, что ли...

И был у меня тогда один приятель — балагур, каких поискать. Что называется — язык без костей.

Как-то раз подсели мы с ним в каком-то скверике на скамейку к двум очень симатичным девушкам с целью познакомиться. Меня он, молодец этакий (или, всё-таки — скотина?!) сразу же представил им как чемпиона города по "самбо", так что пришлось мне принять самый суровый вид и сидеть, напрягая бицепцы и трицепцы и надеясь, что красавицы не заметят мои очки -"минус шесть", между прочим. Впрочем, себя он тоже не забыл — тут же принялся "заливать" им о своей личной суперменистости. Он тушил пожары, спасал утопающих и загонял одним движением мизинца обратно в горы посмевшие высунуться лавины и сели. Врал он так, в общем, врал, пока не заврался до того, что начал рассказывать, как он, будучи разведчиком и выполняя какую-то секретную миссию, попал в Северной Африке в плен и рабство к диким берберам.

И ранили-то его, и пытали-то его кочевники первобытными методами (в доказательство он задирал рубашку и показывал действительно страшные шрамы ны боку — когда ему было лет десять, сорвался, перелезая через школьный забор, и сильно поранился). И таскался-то он с берберами этими по пустыням, пожирая всех встречных змей и скорпионов и, в целях сохранения жизни, обучая берберских боевых верблюдов точному плеванию в цель, выдавая это за секретные разработки оборонщиков нашего Среднеазиатского Военного Округа...

В общем, заврался он так, что уже и мне стало интересно, как же он будет из этой ситуации выпутываться.

А девушки хохотали до упада. И тут одна из них спрашивает:

— А как же тебе удалось из плена освободиться?

Тут он нахмурился немного и грустно так отвечает:

— Ну, как... Разжились как-то эти чалмоголовые где-то мешком риса и надумали плов сварить. А костёр развести нечем, дров-то нет — кругом пустыня. Ну, они меня в нашем тамошнем посольстве на телеграфный столб и обменяли...

Чаще всего настоящий друг не тот, кто подаёт тебе руку, а тот, кто подаёт тебе лапу.

Снимая парижские сцены "Тегерана-43" режиссёры Алов и Наумов задумали пригласить в фильм Алена Делона.

Актёру затея понравилась и он предложил встретиться. Делон как раз закончил сниматься в фильме "Лекарь", у него была небольшая пауза в работе и он согласился.

Сообщение о том, что Ален дал согласие засветиться в советской киноленте, вызвало огромную шумиху во французской прессе. Был пик его популярности и каждые подробности о нем вызывали шквал эмоций. Но когда Делон услышал, что ему предлагают сыграть в эпизоде, был недоволен.

Владимир Наумов вспоминал: "Он нас встретил очень хорошо. "Ну, где роль?". Я говорю – вот. Он то на меня, то на это смотрит. Думает, я сумасшедший. А потом: "Завтра в восемь утра на французском языке 20 страниц хорошей роли. Если вы это сделаете, я соглашаюсь".

За одну ночь авторы вписали в сценарий нового героя – французского инспектора Фоша, и Ален Делон дал согласие на съёмки.

жена рассказала. Её папик (мой тесть) купил однажды целую свиную голову для приготовления пищевого супчика для собаки. А собака эта являлась породистым охотничьим дартхаром и гордостью семьи как многократный победитель всевозможных собачьих выставок и т. п. Так вот, засунув эту свиную голову в мешок, взяв под мышку огромный старый топор (чтобы не жалко было, затупится ведь), тесть весело шагал в сторону речного обрыва, так как дома в городской квартире рубить несподручно — осколки костей, кровь там, ну ясно. А к слову сказать рядом с ним не менее бодро бежит этот самый дартхар — ему обычно достаются всякие мясные обрезки при разделке головы. А со стороны берега, в сторону домой идет его сосед, тоже с собакой и очень удивлённо (даже с опаской так) так спрашивает: — А куда это ты с топором? На что тесть ни секунды не задумываясь отвечает: — Да вот, собаке голову рубить. ..

Сосед аж обомлел: — Да ты что? Хорошая же ещё собака!

Депутаты, судьи и прокуроры возмутились, что дорожные камеры штрафуют их как обычных людей — "особый статус" не срабатывает.

В КоАП нет механизма, который освобождает их от наказаний за нарушения ПДД, и власти уже задумались, как это исправить. Сенатор Кавджарадзе назвал ситуацию "правовой неопределённостью".