контактов у него было туго. Совсем туго.

Уже через пару дней мы все поняли, что он порядочный козёл. Ну, да что поделаешь?

У Микаэла на левой стороне лба, прямо над бровью был горизонтальный шрам, длиной около полутора сантиметров. Злые норвежские языки утверждали, что через этот надрез у него удалили часть мозга. По моему мнению, такая версия многое объясняла в его поведении.

Мы тогда базировались в Митровице. Это была реально проблемная точка на карте Косово. На мосту, разделяющем северную (сербскую) Митровицу и южную (албанскую) Митровицу практически ежедневно возникали перестрелки и потасовки между сербами и албанцами.

Нам приходилось, иногда по нескольку раз в день выезжать и "разъединять" их. У каждого офицера была большая сумка, в которой находились резиновая дубинка, каска с забралом, пластиковые наручники, противогаз, гранаты со слезоточивым газом, бронежилет, всякие наколенники, налокотники и тому подобное.

Если случалось ЧП, мы просто хватали свои сумки и отправлялись "нести мир и согласие, закон и порядок, служить и защищать".

К описываемому мной моменту, Микаэл уже окончательно достал всех коллег своим высокомерным и презрительным отношением. И это было неадекватно — пацаны у нас собрались почетные.

А теперь представьте: на мосту очередная драка, албаны пытаются за каким-то хреном прорваться на сербскую сторону. Мы получаем приказ, хватаем свои сумки и летим на место. Не доезжая пары десятков метров, мы выскакиваем из машин и начинаем одеваться. Не подъезжаем вплотную, потому что местные жители с большим удовольствием поджигали наши машины при малейшей возможности.

Со всеми всё в порядке, а вот когда Микаэл расстегнул свою сумку, то оказалось, что всё, абсолютно всё находящееся в ней, было тщательно покрашено заботливыми руками коллег в нежно-розовый цвет. Спасибо сербской пульверизаторной промышленности.

Он аж побелел от обиды. А что делать? Время не ждет. Так и пришлось ему в розовом бронежилете, в розовой каске и с розовой дубинкой бегать между сербами и албанцами, шокируя их своим неожиданным и несерьёзным видом.

Мы даже не могли работать от смеха. Ржали все: международные полицейские, ржали даже албанцы и сербы.

Микаэл правильно понял ситуацию и перевелся в другое подразделение. Но и там он до конца службы носил кличку "Леди в розовом".

90-м году, когда ситуация стала более либеральной, отец, устав от руководящей работы, ушел. Правда, ненадолго. Как-то ректор, поймав его в коридоре, попросил возглавить одну из кафедр, самую скандальную в институте: — Они меня уже задолбали, бегают каждый день, кляузничают друг на друга. Вы человек авторитетный, Вас уважают в институте, наведите там порядок, пожалуйста.

Отцу пришлось снова стать руководителем. Через несколько месяцев кафедру было не узнать — два человека, лидеры враждующих группировок, сами ушли. Остальные остались те же, но все изменилось. Первое время к нему еще бегали, пытались друг на друга стучать, но отец им говорил — давайте сейчас вызовем этого человека и вы в лицо все ему скажете. Достаточно быстро эта беготня прекратилась. Кроме того, он не стал разделять кафедру, приближая к себе каких-то любимчиков. Для всех, в том числе и себя, установил одни и те же правила, требования. Кроме того он был руководителем демократического типа. На этапе принятия решения в обсуждении принимали участие все, но после того как решение принималось оно выполнялось неукоснительно. И когда люди увидели, что для всех требования одни, что отец не гребет под себя, а честно выполняет свои обязанности, служит людям — все изменилось. Очень быстро кафедра стала лучшей и самой дружной кафедрой в институте. И была такой пока отец был руководителем — все работало как часы. После его ухода (а ушел он по той же причине, что и в первый раз, да и возраст...), все снова изменилось в худшую сторону.

что свалю, как только найду куда, а потому готов начать передавать дела. Коллективу я объяснил, что я вообще-то редкий специалист по редким железкам только вот таких железок в России раз два и обчелся, а потому уходить мне придется долго и скорее всего в смежную специализацию, где я тоже неплох. И тут открывается дверь и с порога задается вопрос, не можем ли мы подсказать специалиста по той самой редкой железке — я решил, что это судьба. Потом было очень веселое трех-этапное собеседование — сначала проверка на адекватность (как оказалось в ФСБ), где все гнули пальцы по общим вопросам, а я скромно сидел в сторонке, потом была проверка фактических навыков, где нас (20 человек) запустили в комнатку, поставили задачу и сказали "Приступайте" — я один из толпы знал с чего начать и как вообще решать задачу, потом уже со мной одним беседовали в кафе и спрашивали, кого бы еще из тех, что были я бы порекомендовал взять, чтобы хоть как-то натаскать — я честно сказал, что никого — лучше я своих стажеров приведу. Потом было небольшое обучение и очень увлекательная командировка, где были и вертолет в качестве личного транспорта и согласование работы трех бригад на трех объектах в промежуток в полчаса, ОМОН, ВОХР — работа моей мечты, если б не длительные командировки. Но... ниже об одном аспекте.

Бурятия, как о ней рассказывают местные, серьезные люди — начальники отделов и управлений ЦБ.

Сидим в головном региональном офисе. Зашла речь о лесных пожарах и способе борьбы с ними — для этого края это существенная проблема — если что — мобилизуют все население, но иногда не справляется и военная техника. Как-то во время такой мобилизации обнаружили в лесу одинокую избушку, к которой уже вот-вот должен был подойти пожар, который никак не могли остановить, а в избушке — бабка божий одуванчик. Говорят ей:

— Бросай все, садись в машину — пожар.

— Ой, милки — никуда я не поеду — у меня еще дел много.

— Как не поедешь? Пожар! Видишь?! Через максимум 20 минут тут пепелище будет.

Бабка глядит на пожар, хватается за голову и причитая уносится в глубь избы. Ну, думают, за вещами или может животное какое. А бабка спустя минуту выходит со стаканам воды, мочит в нем пальцы и брызгает в сторону пожара, а потом и весь стакан себе под ноги выливает. Пламя опадает за пять секунд, как и не было... Вот и не верь после этого в местных шаманов.

На выходные потащили нас на Байкал. По дороге горы, перевалы. На каждом перевале останавливаемся, всем раздают стаканчики, наливают водки — половину нужно выпить, а половину — вылить на землю — Бурхану. Водитель не исключение. В крайнем случае — водителю можно воду вместо водки, но местное ДПС относится с пониманием.

Раз на третий поднадоедает:

— И что, вы русские серьезные люди верите в эти приметы?

— Да знаешь, как-то сначала прикольно, да и местных не хотели обижать. Потом один наш сотрудник как-то торопился, не взял ничего — сказал, что он не суеверный... как его только не отговаривали, дошло до того, что к нему в машину никто не сел — он один поехал. Машина до сих пор в ущелье валяется — труп подняли, похоронили... и вроде глупость — водил он просто очень агрессивно и торопился сильно, но вот Бурхана не уважить теперь страшно.

Сидим в кафешке, едим позы (большие такие паровые пельмени типа как манты или хинкали, но вкуснее). Рядом шаман сидит и местные его о чем то расспрашивают. Опять про местные верования заговорили.

— Да знаешь, как-то вроде глупость, но как-то все это не сложно... да и работает как-бы. Хоть и верю каждый раз, что совпадение. Вот тут например, у этой позной, как-то раз по весеннему распутью КАМАЗ засел. Водитель его раскачать попытался, да только засел больше. На шум вышел русский (славянин в смысле):

— У, крепко засел. Вот тут копать нужно, а вот сюда валежника нарубить, потом руль в лево, потом...

Чуть погодя выходит бурят а то и вовсе монгол:

— Прочно засел — не выберешься. Духов уважить нужно. Ты кинь в грязь три монетки — две белых и одну желтую — и выедешь.

Посмотрел водитель на русского, на грязь по колено, лопату... достал из кармана монетки по 5 и 10 копеек и кинул в грязь. А потом врубил первую, газ в пол... и вылетел как посуху.

Вот так и живем, что проще суеверным быть, даже если не веришь во все это.

Еще про монголов-торговцев рассказывали. Один из тех, кто нас возил рассказывал:

Решил я колпаки на диски взять. Диаметр дисков знал, пришел к монголам.

— Есть?

— Есть, комплект из четырех — Вы один пока возьмите — примерьте, вдруг не подойдет, а мы назад не примем.

— Размерность такая-то?

— Ну вот, на коробке на писано.

— Значит, беру.

— Как хотите, но назад не примем, если не подойдут.

Стал ставить — размерность не та... а меня ведь предупреждали.

То, что дальше произошло конечно можно списать на совпадение + мою глупость, но мистикой это объяснить проще:

Заехали на монгольский рыночек и присмотрел я себе тапочки кожаные — сделаны отлично, но размер не мой

— 45 размер есть?

— Сейчас посмотрю.

Берет 43 и уходит. Через пару минут возвращается с такими же тапочками, но с надписью "45"

— Примерь.

Прикидываю, каково будет переобуваться в чистом поле — не хочется.

— Написано же, "45"

— Ну написано.

— Значит, подойдут. Держи деньги.

— Как знаешь, я предупреждал.

Доехал до гостиницы — тапочки 43 размера... а ведь меня предупреждали.