снег и выйти.

И вот открываю я дверь — и в избушку закатываются два медвежонка, уже довольно большие, и продолжают между собой бороться.

Я сразу попытался их выгнать, а они в полумраке избушки как–то не особенно на меня обратили внимание. А у меня одна мысль — где–то рядом медведица, и она, если посчитает, что я её детей обижаю, раскатает избушку мгновенно, и куда я побегу — я даже подумать не успел. Стрелять боюсь — она же на выстрел прибежит, а медвежат трогать тоже страшно — они хоть и небольшие, но покусать могут так, что потом зашиваться придётся.

Наконец они поняли, что им тут не рады, и выбежали в открытую дверь. Увидел я, что побежали они вдоль берега озера, вышел, посмотрел — медведицу не увидел. А она меня, видимо, увидела — рявкнула громко — и медвежата бегом побежали в тайгу.

В этот раз всё обошлось.

А вот другой случай произошёл, слава Богу, не со мной, но очень неприятный.

В небольшом сибирском городке жил мальчишка, который с раннего детства мечтал стать охотником–промысловиком. Вот такая мечта у него была с малых лет. В этом городке был госпромхоз, в котором работали охотники–промысловики. Так он там пропадал всё своё детство и юность, и всё ждал, когда же ему исполнится 18 лет, чтобы стать штатным охотником.

И вот, наконец, подошло его совершеннолетие, он оформился штатным охотником — ну, сбылась мечта! На водоплавающую дичь он охотился лет с четырнадцати с отцом и дедом, и в тайге был с ними на охоте, но не по зверю, а по птице.

И вот в конце октября его в паре со знакомым промысловиком отправляют в тайгу на промысел — соболь, белка — мечта всей его жизни. Вертолёт высадил его на полянке, оружие и всё остальное выбросили, и вертолёт улетел, чтобы доставить его напарника на соседний участок. У напарника рация, и напарник должен придти на следующий день к этому парню помочь обустроиться, оборудовать путик для капканов и привести собаку этого парня — они её сразу не оставили потому, что парень высаживался с трапа — вертолёт не садился, а собака не кошка — её с высоты бросать нельзя.

И вот напарник этого парня по какой–то причине задержался у себя на участке и пришёл к нему только через два дня на третий. Пришёл к избушке, в которой должен был жить этот парень — пусто, вышел на поляну, куда он высадился с вертолёта — никого нет, только оружие и вещи раскиданы. Походил, посмотрел вокруг. И тут собаки, с которыми он пришёл — своя и парня — залаяли.

Нашли они его на сосне, он уже говорил с трудом, еле сполз с дерева. Без воды и еды провёл он всё это время в конце октября, снег уже лежал. Напарник его сразу в избушку, отпоил чаем, дал немного пожевать. А парнишка только просит его не уходить, не бросать его.

Что оказалось. Только улетел вертолёт, и парень начал собирать вещи по поляне, как на поляну вышел медведь. Вышел неожиданно и тихо, как все звери, хорошо, что парнишка его вовремя увидел и мгновенно залез на сосну. Сосна не ёлка — ветви только вверху — как он до этих веток добрался, он не помнил. И так и просидел на этих ветках почти трое суток. Замёрз, но не простыл даже. А медведь не уходил с поляны, порвал и растрепал все его вещи, съел и разбросал продукты, ружьё поломал.

В конце этого же дня собаки нашли неподалёку этого медведя, поставили его, и напарник–охотник его застрелил. Оказался старый медведь, худой, не набравший жира на зиму.

С парнем всё закончилось благополучно — через несколько дней они с напарником потихоньку вышли к избушке напарника, передали по рации сообщение об этих неприятностях, прилетел вертолёт и увёз парня в город.

От мечты стать охотником–промысловиком он отказался, поступил в институт и выучился на биолога–охотоведа и работал с охотниками, но промыслом в тайге не занимался.

Вот так с медведями бывает.

вопрос и в первой же ссылке появилось предложение задать вопрос юристу и оставить телефон. Перезвонили почти сразу и предложили приехать к ним на консультацию. У них якобы "именно сегодня дежурный юрист консультирует по данному вопросу".

Наше пенсионерское свободное время сыграло роль (слава богу, не роковую). На следующий день в назначенное время приехала к ним в офис на Кутузовском проспекте. Все из зеркал и ковров, аромат кофе, суета клерков. Все солидно.

Молодой юрист встретил меня и провел в кабинет, в котором сидел и его руководитель. Началась беседа. Все сводилось к тому, что пенсионный фонд изначально неверно формирует размер пенсии. Не буду загромождать подробностями, но обещания свелись к тому, что вместо имеющейся у меня пенсии 23800 я должна получать не менее 34-36 тыс. И, якобы, пенсионные недоплаты не имеют срока давности, и я должна буду получить невыплаченные мне деньги за весь пенсионный срок. У меня это 6 лет. Я стала задавать разные вопросы, которые не понравились руководителю (он за соседним столом). Он жестко попросил молодого человека призвать какую-то Марию Петровну (точно имени не помню). Через 5 минут она появилась и дальнейшая беседа на ту же тему продолжалась почти два часа. Она типичный "убалтыватель". Трясла документами, папками, исковыми заявлениями, исками в суды и т. д.

В сухом остатке предложила три варианта.

Первый — я сама запрашиваю свое пенсионное дело в пенсионном фонде (она называла его выплатным делом), сама выбираю период, по которому мне удобно рассчитать исходную пенсию, далее подаю заявление в пенсионный фонд о перерасчете, получаю отказ и с отказом иду в суд. Этот вариант бесплатный. Но и без гарантий.

Второй – они сами проходят все этапы до суда, а в суд я иду сама. Стоит это 80 тыс. руб. Тоже без гарантий. (Ведь у вас же нет опыта выступления в судах, а пенсионный фонд пришлет опытного юриста).

Третий – все этапы они проходят сами, я могу даже не присутствовать в суде. Стоимость 160 тыс. руб. Практически 100% гарантия.

В ответ на мои слова: "Я подумаю" последовала тирада о том, что это сегодня мне повезло, что дежурным юристом оказалась она, которая хорошо разбирается в вопросе и знает судебную практику. А в другой день дежурным будет молодой практикант, от которого квалифицированной помощи не получишь. Моя реплика, что сегодня дежурным был тот молодой человек, который мне так и представился, осталась без ответа.

Она продолжала убалтывать и сказала, что не надо сейчас платить всю сумму. Достаточно заключить договор и потом уже думать. Просьба дать мне текст договора домой, чтобы я его подробно изучила не прошла. Якобы с каждым заключается персональный договор с индивидуальными условиями.

После трехчасового в общей сумме общения я все-таки ушла. Через час мне позвонили и напомнили, что они работают до 21 часа и я еще успею вернуться и заключить договор. Звонили и на следующий день, и через день, до тех пор, пока я не послала их в вежливой форме.

Не знаю, что это было. Может и не развод, но что-то ни у кого из моих знакомых нет такой пенсии, которую мне обещали. Хотя некоторые из них сами юристы и, наверное, должны знать подобные ходы для ее увеличения. Не даю рекомендаций, только предостерегаю.