На вакантный пост министра культуры одного из регионов необъятного нашего Отечества предложили двух кандидатов. Обоим было слегка за сорок, оба родились в столице субъекта федерации, оба были шатены и оба носили очки. В довершение всего, оба до получения диплома по специальности "Государственное и муниципальное управление" закончили Художественное училище. И просили за них люди хоть и совершенно разные, но одинаково влиятельные – обижать ни одну из сторон губернатору не хотелось.

Откровенно говоря, нет в практике управления ситуации хуже, чем когда менеджеру предлагают на выбор двух равноценных кандидатов. Это самое гиблое дело и всегда битва стенка на стенку, нарушающая хрупкий баланс интересов. Когда претендентов много, оставшимся за бортом не обидно – всё-таки, высокая конкуренция. Когда достойных кандидатов нет вовсе, можно отчитаться о том, что вследствие кадрового голода нет возможности достичь поставленных целей – и сбросить с себя груз ответственности на указанном направлении. А вот попробуйте выбрать среди двоих из ларца, одинаковых с лица.

Губернатор был человек приятный и компетентный во всех отношениях, но всё же, почитав досье и докладные записки, не уловил разницы между квалификацией первого и второго претендента. Поэтому накануне дня принятия решения он поехал прямиком в Художественное училище, где обучались двое претендентов.

Наутро губернатор твёрдо сообщил секретарше, что принял решение.

— Пообщались с учителями кандидатов? – догадалась секретарша.

— Нет. Посмотрел на их работы.

— И в чём же разница?

— Разница велика. Один на свободные темы рисовал натюрморты, а второй – пейзажи.

— Не уловила, — сказала секретарша. – Чем одно лучше другого?

— Тем, что натюрморты художник рисует в помещении, в тепле и комфорте, без посторонних раздражителей, без дождя и снега, холода и жары. А вот чтобы нарисовать пейзаж, нужно пойти на природу самому и понести с собой десять килограммов громоздкого реквизита. И если дождь или метель, работа сразу встаёт. Это значит, что любитель пейзажей трудолюбив и любит преодолевать препятствия, а любитель натюрмортов – ленив. А зачем нам ленивый министр? Ленивые никому не нужны, — подняв палец, сказал губернатор.

Этим летом повезли дочь (3.5 г.) к бабушке на лето. Так как дорога дальняя, семь часов по автобусам и пересадкам, жена утром уговаривает дочь сходить на горшок (по самым важным делам), приговаривая, что в следующий раз это можно будет только у бабушки. Повторяла часто и все утро.

Пять часов пути позади, мы в очередном автобусе. В пазике. Там спинки у сидений низкие и дочь после очередного сна решила осмотреться. За нами сидели две девушки лет 16-17. Ну они наверное решили попрактиковаться в общении с маленькими детьми и первые начали общение с моей дочерью.

— Как тебя зовут? Сколько тебе лет?

Так дошли и до вопроса:

— А куда ты едешь?

— К бабушке

— А что ты там будешь делать?

— Какать

Грохот старого автобуса не смог заглушить тонкий голос дочери, стоячие пассажиры легли.

Учился я во второй половине 80-х в славном 1 Ленинградском Медицинском Институте им И. П. Павлова. Был у нас на кафедре анатомии профессор-консультант Михаил Григорьевич Привес. Он начал заведовать кафедрой анатомии ещe в далеком 1937 году, был одним из корифеев отечественной анатомии, по его учебнику училась большая часть советских врачей. К моменту моей учебы он был уже глубоким стариком, но ни разу в жизни я его без белой рубашки и бабочки не видел. Он читал вводные лекции, несмотря на возраст, обладал поразительной памятью и остроумием, при этом интеллигентными, аристократическими манерами. Студенты его глубоко уважали и любили, тем более, что экзаменов он уже не принимал, и обижаться на него не мог никто. Поскольку личностью он был неординарной и работал в институте с незапамятных времен, о нем было сложено немало легенд, многие из которых были правдой. Вот одна из них.

Профессор Привес читает лекцию по мочеполовой системе мужчин:

— Некоторые студенты спрашивают, — говорит он, — Какая длина полового члена считается нормой? Вот у меня... , — с этими словами Михаил Григорьевич засовывает руку в карман брюк и копается там; аудитория замерла, следя за его рукой; быстро вынимает руку из кармана с зажатым в ней носовым платком, -... был случай... , — как ни в чем не бывало, продолжает Михаил Григорьевич, вытирая платком лоб. Аудитория, к недоумению профессора, грохнула.

Живёт такой парень...

Все от мала до велика зовут его по имени — Слава. Вот уже пятнадцать лет он работает водителем автобуса по маршруту от нашего села до города. По пути следования автобуса четыре села, Славу знают все. Слава — широкой души человек. За эти годы он выполнил сотни просьб: передать посылку студенту в город, проследить

Рассказала мама. Жили она, моя бабушка и два ее брата в квартире. Старший милиционером был, средний в армии, а она, младшая, всегда домой после школы и одна до вечера.

Как-то, когда ей было 10-13 лет, в двери постучал мужчина. Представился милиционером, ну мама и открыла. Он вошёл, осмотрел комнаты и сказал: "Собирайся!". Мама поняла, что это не шутки, и пошла собираться, плача и прощаясь мысленно со всеми. Он стоял в проходе входной двери и ждал. Бабушка должна была прийти минут через 20, так как каждый раз после работы шла в магазин. Уже собравшись, стоя на кухне, мама слышит женский стук каблуков. И по шагам она поняла, что это ее мама. Было слышно только, как мужик рванул вниз. Заходит бабушка, а двери нараспашку. Мама все так же стоит, вся бледная, и не шевелится. В общем, оказалось — это был маньяк-педофил в розыске.

После этого мама всегда ходила с бабушкой везде и сама на улицу ни шагу. Но самое страшное, что мама и бабушка видели его ещё пару раз у соседнего подъезда. Он стоял, смотря на их подъезд и окна, и ждал, когда мама останется одна. Все обошлось благодаря тому, что именно в этот день бабушка решила с работы пойти прямо домой.