Ариадна Эфрон в письме В. Ф. Булгакову:

"Когда-то меня "гнали этапом" с Крайнего Севера в Мордовию — шла война, было голодно и страшно, долгие, дальние этапы грозили смертью. По дороге завезли меня в какой-то лагерь на несколько дней — менялся конвой. Отправили полы мыть в столовой; стояла зима, на чёрном полу вода замерзала, сил не было. А дело было ночью — мою, мою, тру, тру, вошел какой-то человек, тоже заключённый, — спросил меня, откуда я, куда, есть ли у меня деньги, продукты на такой долгий и страшный путь? Ушёл, потом вернулся, принёс подушечку-думку, мешочек сахару и 300 р. денег — большая сумма для заключённого!

Даёт это всё мне — чужой человек чужому человеку... Я спрашиваю — как его имя? мол, приехав на место, напишу мужу, он вернёт Вам долг. А человек этот — высокий, худощавый, с живыми весёлыми глазами — отвечает: "Моё имя Вы всё равно забудете за долгую дорогу. Но если и не забудете и мужу напишете, и он мне “вернёт долг”, то денежный перевод меня не застанет, сегодня мы здесь, а завтра там — бесполезно всё это". — "Но как же, — говорю я, — но кому же вернуть — я не могу так просто взять? " — "Когда у Вас будет возможность, — отвечает он, — “верните” тому, кто будет так же нуждаться, как Вы сейчас. А тот в свою очередь “вернёт” совсем другому, а тот — третьему... На том и стоим, милая девушка, так и живём! "Он поцеловал мне руку и ушёл — навсегда.

Не знаю до сих пор, кто он, как его зовут, но долг этот отдавала десятки и сотни раз и буду отдавать, сколько жива буду. "Думка" его цела у меня и по сей день, а тот сахар и те деньги спасали мне жизнь в течение почти трёхмесячного "этапа".

Ооо, у меня есть история про рыдания и почерк!

Мои родители (батя и мачеха, в основном мачеха, конечно) заставляли меня переписывать тетради, если находили в них помарку. Вот прямо бери и переписывай. И переписывала, с рыданиями и слезами, а куда деваться. Потом они на это дело забили, но почерк стал более-менее читаемым. Потом с ним пошли трансформации, то мелкие буквы, то слишком крупные, то с хвостиками, с загогулинами, и примерно лет в 14 стал таким же, как сейчас. Красивым и аккуратным. Родители приписывали это всё себе, вот, мы такие молодцы, всё благодаря нам, пока...

(Другая ветка истории)

У меня есть старший брат, это сын моей умершей мамы от первого брака. Мама умерла, отец забрал меня, а брата воспитывала бабушка. Я ничего не знала о нем, в смысле, где он и как, пока в 16 лет не узнала место захоронения мамы. Полгода я раздумывала — писать, не писать, нафиг я ему сдалась, а вдруг он переехал, фамилию сменил и тд и тп, прошло-то много лет. Написала.

(продолжение основной истории)

... пока не пришло письмо от старшего брата.

У нас одинаковый почерк. Разница только в написании пары букв, и то, по мелочи. Но его-то тетради никто не заставлял переписывать!

Генетика.

Хороший пост! Facebook дважды заблокировал аккаунт журналиста ВГТРК Андрея Медведева за его пост о выступении в Бундестаге. Текст отличный и по-хорошему очень русский, поэтому заслуживает, чтобы его прочли.

“Если бы мне пришлось выступать в Бундестаге, как мальчику Коле, то я, пожалуй сказал такие слова:

—

Газета "Труд", один из январских номеров 1985 года.

Содержание статьи передаю своими словами.

В одном из сельских районов Белоруссии ребятишки в лесу нашли немецкий склад времён Великой Отечественной войны. Оружие, амуниция, продукты – всё было в идеальном состоянии, склад был подземный, консервацию фашисты провели великолепную.

Детишки, самому старшему из которых было 14 лет, переодеваются в немецкую форму, обвешиваются оружием и идут в родную деревню.

В сельском клубе идёт колхозное собрание. На сцене президиум за покрытым красной скатертью столом, за трибуной председатель вещает об успехах, в зале колхозники дремлют.

И тут в зал врывается толпа фашистов с автоматами и в касках.

— Встать! Хенде хох! Коммунисты — к стенке!

Все опешили, застыли. Непонятно – вроде лица фашистов знакомые, а тут такое…

И тут один дедок…

— Во тот, тот, тот – коммунисты.

Всех показал.

Ребятишкам ничего не было – несовершеннолетние, а над старичком был суд. Реальный срок дали. И статья в газете была под рубрикой "Из зала суда".

Английский

Когда я только приехал в Америку и пошел на курсы английского, то за соседней партой сидел грузин Автандил, лет 60-ти. Он говорил только по грузински и немного по русски. Способностей к языкам у него явно не было. Всю свою жизнь в Батуми, он был тренером по настольному теннису. Все студенты и преподаватели на курсах жалели его понимая,