В пятидесятые годы в Москве появилось некое, доселе невиданное, буржуазное чудо: винный КОКТЕЙЛЬ!

Человек столь же экзотической профессии — БАРМЕН — наливал напитки в специальный бокал, подбирая их по удельному весу так, что они не смешивались, а лежали в бокале полосочками: красный, синий, зеленый...

Этим занимались в одном-двух ресторанах по спецразрешению.

В одно из таких заведений зашел большой красивый человек и низким басом приказал:

"Коктейль! Но — по моему рецепту! "

"Не можем, — ответствовал бармен, — только по утвержденному прейскуранту".

Бас помрачнел вовсе: "Я — народный артист Советского Союза Дикий! Коктейль, как я хочу! "

Бармен сбегал к директору, доложил, тот махнул рукой: сделай, мол.

Дикий сел за столик и потребовал от официанта принести бутылку водки и пивную кружку.

"Налей аккуратно двести грамм, — приказал он.

— Так, теперь аккуратно, по кончику ножа, не смешивая — еще двести грамм! Теперь по капельке влей оставшиеся сто... Налил? Отойди! "

Взяв кружку, Дикий на одном дыхании влил в себя ее содержимое, крякнул и сказал официанту:

"Хор-роший коктейль! Молодец! За это рецепт дарю бесплатно. Так всем и говори: "Коктейль "Дикий"! "

И величественно удалился под аплодисменты всего ресторана.

Лет 10 назад приехала летом к себе на дачу. Уже осенью, уезжая в город, заметила, что на моей любимой яблоне появились переплетённые ветки — как канат. Эти две ветки были единственными не плодоносящими, но я запретила мужу их спиливать — прозвала их "Влюбленными" и уехала.

На следующий год заметила, что одна из веток опять одна, а вот вторая переплелась уже с другой веткой, находящейся ниже. Посмеялась, но на следующий год заметила, что эта ветка... переплетена с третьей, недавно появившейся! И каждый год новый "парень". Так у нас появилась "Ветка-блудница", и на каждого нового "парня" мы вешали белую ленточку, чтобы видеть, сколько "бывших" было у нашей блудницы, которая гордо сияла золотой лентой — это превратилось в игру.

Приехав этим летом, заметила, что блудница осталась с тем же, что и в прошлый раз. Они настолько тесно переплетены, что начали срастаться. А ещё блудница в этом году первый раз за все время заплодоносила — на ней появились яблоки.

Еду на машине по проспекту. Впереди "Мерседес". Приближаемся к переходу, по которому уже начал переходить мужичок… "Мерс" тормозит, поскольку в 100 метрах впереди отлично просматривается ГАИшник! Я, естественно, останавливаюсь следом. Мужик, переходящий дорогу, останавливается посередине дороги и (!) показывает водителю, мол, проезжай. "Ага! Впереди "суперконтроль", как же…Щаз-з-з! "Водила, само собой, машет головой и показывает рукой – "проходи, мол, мил человек! "

Мужик не трогается с места, опять призывно показывая: сначала ты, потом я! Водитель на "мерсе" уже раздражаясь, бешено машет руками, сигналит, все своим поведением показывая, что он джентльмен даже в бОльшем поколении, чем глубокоуважаемый пешеход, и поэтому, ну, никак его воспитание не позволит ему проехать первому! Пешеход в последний раз приводит какие-то аргументы и опять показывает: я лучше вернусь назад, но вперед вас никак.

И тут водила выходит из машины, ласково берет пешехода за плечи поворачивает его к себе спиной и отвешивает ему такого смачного пинка под... гм.. область пониже спины, что тот, буквально, не касаясь земли, за мгновение оказывается на другой стороне улицы! Герой садится в машину, и все мы трогаемся. Вы видели когда-нибудь, чтобы ГАИшник аплодировал водителю? А я вот видел…

Я знакома со всеми родственниками моей подруги. Скажем так, я вызываю у них только положительные эмоции. И если подруга будет со мной, то она может гулять где угодно и до скольки угодно. Я — некий оазис адекватности, среди безумия моей подруги, по мнению ее родни. И она решила этим пользоваться. Куда бы она не шла, она отпрашивается, будто ко мне. И ее семья это просекла. Сегодня я мчалась домой к ее парню и компании его друзей, чтобы сказать ее бабушке, что она со мной. Знаете, как это выглядело? Я врываюсь в самый разгар вечеринки. Все смотрят на меня шокированным и удивленным взглядом, но просто молча показывают на мою подругу. Там было очень шумно. Я громким и грубым голосом кричу: "Заткнулись все". Полная тишина. "Алло, да Наталья Николаевна, да, она со мной, да, мы занимаемся английским. Сейчас будем чай пить, да, покушали. Может остаться с ночевой? Хорошо, спасибо, до свидания, добрых снов". Кладу трубку. Несколько секунд молчания. Аплодисменты и одобрительный рев.

В Центральном доме работников искусств чествовали поэта Николая Доризо. Крючков любил и его стихи, и его самого — за веселый нрав, за искренность и компанейство — и пообещал прийти поздравить. Уже выступили все записавшиеся, а Николая Афанасьевича все не было. Наконец дверь распахнулась, и Крючков быстро прошел к сцене.