Ралли в Сахаре — это, конечно, не экстрим. Там песочек, солнце, ещё раз песочек - только и проблема, что летом жарко. Да ещё на горизонте голая женщина вдруг привидится — мираж (мне один раллист рассказывал — было один раз и такое. А ему можно верить — перед тем миражом он два месяца женщин не видел).

Настоящий экстрим — это ралли в России. У нас, господа, в каждой губернии отличный маршрут, примерно везде одинаковый: сосна-овраг-болото, сосна-овраг-болото. Бывает, впрочем, и по-другому: болото-овраг-сосна. В Челябинской области, где случилась история, всяких красот хватает.

Хороший молодой пилот Ян Марченко взял в то ралли невезучего штурмана Рому Шнайдера. Яна все отговаривали делать это:

— И охота ж тебе переться со Шнайдером? Ему в детстве чёрная кошка дорогу перебежала.

Роман и вправду славился своим сверхъестественным умением притягивать неприятности — при нём машины то прокалывали колёса, то переворачивались, то улетали в кювет из-за какого-нибудь булыжника, для другой тачки совершенно безвредного. Это происходило не каждую гонку, и всё-таки довольно часто. Рома уже и крестик на шею вешал, и чеснок брал, и сушёную заячью лапку клал в карман — не помогало.

Но Марченко был парень везучий и не сильно суеверный, поэтому наплевал на предостережения. "Доберёмся как-нибудь", — был его ответ.

Не добрались. В шесть часов вечера спустило переднее левое колесо. Ну, колесо вроде не проблема. Раллисты обязаны иметь запаску. Но с запасным колесом провозились два часа, и уже стемнело. По правилам ралли, для участия на следующий день надо приехать к финишу до конца предыдущего.

Хоть на последнем месте, хоть без минуты полночь, но доехать. Марченко решил не сдаваться.

Поехали в темноте, и довольно быстро. В какой-то момент Шнайдер почувствовал, что глаза устали читать мелкий шрифт стенограммы:

— Ян, сбавь скорость, у меня в глазах двоится.

— Не ссы, Маруся, я Дубровский. Я этот маршрут знаю. Читай!

— Правый семьдесят километров длинный... Левый поворот восемьдесят длинный... Правый... Ой, б%я, левый!

— Так правый или левый?!

— Правы-ы-ый! Тормози!!!

Но тачка уже потеряла управление. Трясь! Бум! Бдыж! Привет, ёлка!

Оба выбрались из машины живыми — спасибо ремням безопасности. Марченко поцарапал руку. Тачка же была убита. Совсем.

Ян походил вокруг машины, поцокал языком, потом обратился к Шнайдеру:

— Штурман, да ты и правда невезучий!

Тот даже не стал отпираться:

— Тебе же об этом все говорили.

— Ты по жизни такой или только в гонках?

— Да вообще-то по жизни мне везёт. В лотерею два раза выиграл.

Жена-красавица, сын растёт.

Неженатый Марченко только рукой махнул. Ему и холостым неплохо жилось, а лотереи... Что лотереи? Гонку бы выиграть! Не эту, так следующую.

До ближайшего шоссе было шесть километров, и эту дорогу пришлось пройти пешком. На шоссе встали голосовать. Вы пробовали голосовать на уральском шоссе в одиннадцать вечера, если вы — двое брутальных парней? И не пробуйте. Даже "КАМАЗы" с рёвом проносились мимо. Шнайдер выругался и решил пойти напролом — выскочил на дорогу и стал размахивать руками.

Вскоре перед ним, взвизгнув тормозами, остановилась "Хонда". Роман подбежал к машине — за рулём сидела молодая брюнетка.

— Девушка, выручите! Мы заплатим. Тут такая история — мы с другом в ралли участвуем. Попали в аварию, машина разбита. Вот наши документы, вот бейджи участников ралли... Пожалуйста, отвезите нас в Челябинск!

Девушка кивнула:

— Хорошо, садитесь. А что это с вашим другом? Боже мой, он ранен?!

Ян засмеялся:

— Пустяки, царапина.

— Дайте посмотреть. Какой кошмар! Ничего себе царапина. Столбняк хотите получить?

— Вы что, врач?

— Стоматолог. Давайте уж познакомимся. Меня Жанна зовут.

— А меня — Ян.

— Какое красивое имя! Жанна и Ян неплохо звучит вместе, а? Потерпите, сейчас будет больно...

Жанна перевязала руку раненого и усадила его рядом с собой на переднее сиденье... А через месяц Рома Шнайдер был уже другом жениха на свадьбе, ещё через год — крёстным отцом маленького Данилы.

Теперь невезучий Шнайдер среди неженатых пилотов — ну просто нарасхват.

Всё по плану

Дело было в Москве, году в 80-каком-то, глубоко социалистическом. Предприятия исправно посылали “добровольцев” в народные дружины, из числа сотрудников. Дружинники помогали милиции с поддержанием правопорядка. Не миновала сия повинность и отца. Перед очередным патрулированием, сидя с красными повязками, они слушали напутствия в районном отделении милиции.

Приводят паренька. Поймали за угон мотоцикла. Стали разбираться. Дежурный офицер погрустнел и задумался. Квартальный план по угонам уже давно выполнен. Перевыполнять чревато, типа преступность разгулялась. Пока дежурный думал, парень сидел в отделении, смотрел по сторонам. Дружинники вышли следить за правопорядком. Ну а парню сделали внушение и отпустили.

Долго-ли, коротко-ли, вернулась дружина. Отчитываются что и как. Тут опять приводят того-же паренька. Опять за угон мотоцикла. Оказалось, сидя в отделении, он заприметил неплохой мотоцикл на милицейском дворе. Его-же и угнал. Оперативно был пойман. Парень-то думал опять отпустят. Но тут, дежурный хитро улыбнулся. Повторный угон это уже рецидив. А рецидив это уже другая статья, там план ещё выполнен не был…

Подведение итогов.

Нет, не обычное полковое, дивизионное, с которого народ, как тараканы, разбегался по любой причине, а подведение итогов авиации округа, куда слеталась командная и политическая элита со всех авиационных полков, и простому люду места не хватало. Народ шел в гаражи, и последствия гаражных эпопей служили кладезем

Вспомнилась история.

Есть у меня друг (однокашник), майор ФСБ в отставке.

Жесткий, но справедливый чел. Местная братва его не боится, она его УВАЖАЕТ! Хотя многих из них он нещадно сажал, некоторых и не раз.

После "дембеля" организовал охранную фирму и сейчас — достаточно обеспеченный человек. Согласно статусу, и прикупил себе "трамваеподобный" джипяру.

Однажды утром звонит и говорит: "Мля, вчера все 4 колеса сперли!"

Ну, и, естественно, со всеми бедой поделился.

Через 4 дня звонит и ржет: не поверишь, говорит.

Далее — с его слов: утром звонок, открываю дверь, там стоит мужичок лет 40, мнет бейсболку, мнется сам. Поговорить, типа, надо. Выходи на улицу. Выхожу во двор и офигеваю — на мой джип трое орлов уже ставят новые колеса.

Далее, мужик: "Ну, мы проезжали ночью с пацанами мимо, смотрим — колеса офигенные стоят. Времени валом, поэтому мы твои колесики приватизировали. На воровской попойке возьми и ляпни об этом. Братва так спрашивает: мол, а машинка такая-то? МЫ, с гордым видом — а то!

Мля, нас чуть не закопали тут же. Спасло нас то, что мы в натуре не знали, чья тачка. Вот и прислали нас к тебе, колесики вернуть и извиниться. "

Ну, я их простил, когда они еще и машину мне помыли.

Мораль: не будь крутым, а будь УВАЖАЕМЫМ!

Наш школьный эстрадный ансамбль в конце восьмидесятых был на пике популярности в округе, он был по сути дублером основного домкультуровского. Но так называемые вечерние танцы и праздничные концерты проводили смешанным составом.

Там свои были персонажи старшие по возрасту, у нас же заводилой и генератором идей был одноклассник Шыня,