Прямо под окном моей столовой — детская площадка. Среди прочих гуляющих регулярно приходит туда со своим отпрыском лет 4-5 одна девица.
А я чаи гоняю, да наблюдаю, военс-ноленс. И видно, и слышно. Ушла б, да так хорошо, и погода, и чай, и покурить под чай и погоду (курить плохо, бычки тушить в пепельницу хорошо).
Отпускает девица своё чадо и садится на лавочку втыкать в телефон. Если детей на площадке нет, то мамына корзиночка подбирает палку, и носится с диким ревом по периметру, бороздя палкой по железной ограде, либо неистово раскачивается на такой машинке, которая приделана к площадке толстой пружиной. И тоже орёт. Орёт так, будто его рвут на куски. Оно так играет. Девице уже как-то на этот ор указывали. Вскидывала бровки: ачотакова? Онжеребенок.
Когда появляются дети, игра концентрируется в песочнице. Чадо перестаёт орать и какое-то время вместе со всеми что-то в песочнице этой копается. Но недолго. Или лопаткой кого натоварит, или песком кинет. И сразу в рев, и к лавочке до мами. Мама встаёт, руки в боки, на все замечания один ответ: ваши не плачут, а плачет мой. Уймите, типа, своих хулиганов.
Их папа, здоровенный добродушный детина, пару раз присоединялся к семейству на прогулке, на выходки сына смущенно крутил головой, бурча извинения и бросал жене:
— Катюха, мля, за пацаном, мля, следи, мля. Я не могу и вкалывать, и пацана воспитывать, — и уводил семейство домой.
Но вот вчера пацана привёл на площадку дед. Интеллигентного вида, в очках, с тросточкой. Сел, открыл книгу и стал читать. Дитятя привычно заорало и понеслось. Дедушка через пару минут подозвал его:
— Дима, или ты замолчишь, или я накормлю тебя собачьим дерьмом. Выбирай, — так спокойно и твёрдо сказал.
Дима, обалдевши, захлопнул рот.
— Запомни: орать нельзя. Иначе тебя когда-нибудь кто-нибудь накормит собачьим дерьмом. Мама и папа не помогут. Понял? Ну иди, играй.
И снова раскрыл книгу.
Дима полез к детям в песочницу. И, вскоре, уже несся с плачем к деду, успев засыпать песком кого-то из ребят.
Дед невозмутимо продолжал чтение, Диму догнала ватага ребятишек и песком накидали ему, и лопатками настукали. Дима визжал резаным поросенком.
Выскочили родители, и мама, и папа.
Мама перекрикивала сына, вырещала, что не ожидала ТАКОГО от родного отца. Это разве родной дедушка? Это же ИЗВЕРГ!
Отец невозмутимо читал книгу, и один только раз перемигнулся с зятем, который за спиной жены показывал тестю лойс.
| 22 Jul 2019 |    |
| - вверх - | << | Д А Л Е Е! | >> | 15 сразу |
Когда-то мы с ней учились в одной группе в универе. Несмотря на то, что в группе было 2/3 девушек, она всегда была первой красавицей. Да не только в группе, пожалуй на всём курсе. Не знаю почему, но мы с ней дружили с первого курса. Я не был самым умным, но что-то её притягивало во мне и мне это было лестно. На пятом курсе она вышла замуж. Весьма удачно. Переехала в загородный дом-дворец супруга и стала проявляться только по телефону с поздравлениями ко дню моего рождения.
В двадцать пять лет она позвонила из-за границы и минут двадцать щебетала, что лучше северной Италии места на Земле нет.
В тридцать — задорно пожелала наконец остепениться и найти единственную, которая направит мою непутёвую жизнь в нужное русло и мы наконец встретимся в Лондоне, где она теперь в основном и проживает.
В тридцать семь серьёзно напутствовала, что это возраст Пушкина и я должен, нет просто обязан, собраться и совершить в жизни что-нибудь выдающееся.
В сорок один просто тепло поздравила и сказала, что очень хочет меня видеть.
Мы встретились в Москве и больше не расстаёмся. Она стала моей женой. Я не смогу ей обеспечить тот уровень материального достатка, который у ней был до меня. Мы живём не богато, но в любви и согласии. Я ей подарил любовь мужчины, она мне очаровательных двойняшек.
Мы стали просто мудрее и нашли друг друга, хотя мне кажется, что я её никогда и не терял.
Записи из дневника немецкого солдата, который воевал под Сталинградом, попал в плен, а в 1953-м здоровый вернулся домой:
"1 октября 1942. Наш штурмовой батальон вышел к Волге. Точнее, до Волги еще метров 500. Завтра мы будем на том берегу и война закончена".
"3 октября. Очень сильное огневое сопротивление, не можем преодолеть эти 500 метров. Стоим на границе какого-то хлебного элеватора".
"6 октября. Чертов элеватор. К нему невозможно подойти. Наши потери превысили 30%".
"10 октября. Откуда берутся эти русские? Элеватора уже нет, но каждый раз, когда мы к нему приближаемся, оттуда раздается огонь из-под земли".
"15 октября. Ура, мы преодолели элеватор. От нашего батальона осталось 100 человек".
А дальше:
"Оказалось, что элеватор обороняли 18 русских, мы нашли 18 трупов".
Представляете? 18 трупов. И их штурмовал батальон... "
Знаменитый артист цирка и кино Юрий Никулин прослужил в Красной армии с 1939 по 1946 год. Никулин вошёл в историю как душевный, никогда не унывающий человек, великолепный рассказчик, любитель здорового юмора и коллекционер анекдотов. Он охотно рассказывал и о военных годах. И там, несмотря на всё ожесточение вооружённого противостояния, тоже
Мама и ее сестра были хорошими специалистами, каждая в своей сфере.
Одна — главный инженер крупной промышленной группы, вторая — оперирующий хирург-гинеколог.
Наверное, на работе их считали серьезными людьми. Но не дома.
Дома все, включая мужей, дедушек, бабушек, теток и котов знали, что эти двое — ненормальные.