|
—: Ты мне напомнил, как мы лет 20 назад, ходили в поликлинику, проходить медкомиссию военкоматовскую. Т. к. не пришли вовремя пройти ее в военкомате.
Так вот, со мной и Лехой пошел Олег. Он дико, не пересказать как, боялся стоматологов. И на подходе к стоматкабинету, он уже был белее сметаны и дергался при каждом шорохе. А врач, старушка лет под 60, попалалась та еще. Она, хитро улыбаясь, грит — "Да я ничего не буду делать, только посмотрю... "В общем, посмотрела, пописала что-то в бумажках и направила в кабинет напртив — хирургическую! Вы бы видели Олега... Это, уже похожее на привидение существо, ничего не видя и не слыша вокруг себя, обреченно вплыло в хирургическую. А там хирург — дядя немелких размеров, посмотрев бумажки от стоматолога, вломил нам с Лехой по уколу, а Олегу аж два. Оказывается, ему нужно было удалить 2 зуба с двух сторон. Так вот, сидим, ждем когда уколы подействуют, а медсестричка спрашивает у Олега "ну что? отнимается? "Он ей "угу", она решила уточнить типа с какой стороны и говорит "что онимается? ", а он ей так простодушно и искренне — "ноги! " |
| 27 Sep 2025 |   |
| - вверх - | << | Д А Л Е Е! | >> | 15 сразу |
Причины увольнений из самых настоящих приказов разных компаний:
1. В течение недели приносил на своё рабочее место тополиный пух и поджигал его.
2. Неожиданно выпрыгнув из шкафа, напугал деловых партнеров фирмы.
3. Подложил на стул своего коллеги канцелярскую кнопку и сам же сел на неё, показав тем самым низкий умственный уровень, не соответствующий занимаемой должности.
4. Выпал из окна курилки второй раз за месяц.
5. Второй год не выходит из отпуска.
6. Поспорил со своим непосредственным руководством на $100, что его не смогут уволить.
7. Дергал женскую половину коллектива за пирсинги.
8. Был замечен в женском туалете. От избытка чувств сказать что-либо в свое оправдание не смог.
9. Скрепил степлером и скотчем деньги, предназначенные для выдачи зарплаты.
Мы не замечаем, как летит время... Как появляется седина в роскошной маминой шевелюре, которой так гордится отец. Как папа потихоньку ссутуливается под весом прожитых лет. Нет, он не жалуется, но все чаще растерянно глядит по сторонам-то ли в поиске очков, то ли пытаясь разглядеть что-то за пеленой прожитых лет. А ведь не так давно этот весельчак легко ломал кулаком кирпич, и мог пронести на плече больше километра без остановки хоть хохочущую маму, хоть мешок муки в пол-центнера весом, хоть кислородный баллон. Да и мама... нет-нет, она все та же хохотунья и хлопотунья, но... когда папа не видит, она долго смотрит на него с какой-то грустью, потом чмокает его в растущую лысину. незаметно в ящиках стола к запчастям от карбюраторов и релюшкам прибились упаковки лекарств, и это нашествие все усиливается.
Да и я, глядя на них, вроде абсолютно счастливых и спокойных, начинаю испытывать тихую, но непрестанную тревогу — когда-то это все закончится, неожиданно и неотвратимо. И пытаюсь я, как губка, пропитаться этим тихим счастьем впрок, чтобы потом его могли впитать мои дети...
В далекие времена, когда я работал патентоведом в академическом институте, было у меня несколько знакомых математиков. Не по работе, конечно, а по книжному рынку. Встречаю как-то одного из них, молодого, горячего аспиранта. Спрашиваю, как дела.
— Спасибо, — говорит, — нормально. Неделю был в Москве на всесоюзной конференции. Ты даже не представляешь, как это интересно! Не пропустил ни одного заседания. А наш Денис вообще произвел настоящую сенсацию. Когда он закончил выступление, народ аплодировал ему чуть ли не стоя. После него вышла академик такая-то. Сказала, что снимает доклад, потому что ей неудобно представлять результат, который является только частным случаем результата Дениса Николаевича.
Через пару дней встречаю самого Дениса. Спрашиваю, как дела.
— Спасибо, — говорит, — нормально. На конференцию съездил. Ты знаешь, — глаза у него загораются, — в первый же день я снял чудную девочку! Молоденькую, симпатичную! Вся конференция, разумеется, побоку. Только на свой доклад и сходил.