с аппаратурой.

Тамошний комбат (в отличие от нашего ротного, тоже майора) всячески придерживался уставного порядка и на боевые дежурства заставлял весь расчет брать с собой противогазы. Причем, хочешь или нет, но носить их приходилось, так как у комбата был еще один дурной прикол — для проверки наличия противогазов у расчета, в кунг забрасывалась "синеглазка" — хлорпикриновая (или с еще какой-то гадостью) шашка, которая обычно используется для проверки тех же самых противогазов и ОЗК. У кого был противогаз - тот мог считать, что он легко отделался, у кого не было - тот рыдал и плакал.

Май месяц. Весна. Тепло. Птички поют. Комбат идет по позиции с заподлянским выражением лица, поигрывая "синеглазкой". Заметив открытую дверь кунга и доносящиеся из за нее голоса, он понимает, что представился удобный случай проверить экипировку бойцов. Зажженная шашка летит внутрь кунга, после чего дверь снаружи надежно подпирается грузным комбатским телом. Из-за двери слышен мат-перемат и неистовые удары в дверь руками и ногами. Дождавшись, когда удары совсем ослабли, комбат открывает дверь и на него в облаках хлорпикрина вываливаются в слезах, с выпученными шарами и хватающими воздух ртами: капитан — начальник РЛС, майор — начальник штаба полка и проверяющий подполковник из штаба дивизии, которые приехали с внезапной проверкой.

А бойцы были, как обычно — в противогазах.

Майору было сказано много ласковых слов, в том числе и пожелание видеть его капитаном. А противогазы свои бойцы никому не отдали. .. Все-таки индивидуальное средство защиты.

поправить выскочивший шнур. Внутри он нашел явно посторонний предмет, который при ближайшем рассмотрении оказался "жучком".

Следователь сразу сообразил, в чем причина преследовавших его последнее время неудач, и кто это мог сделать. Но писать рапорт начальству он не стал, а пошел к товарищу в соседний кабинет и попросил того позвонить ему. Через минуту раздался звонок, и в трубке послышался голос: "Привет, это Сергей. Наконец удалось выяснить кое-что интересное про Хомяка. Встречаемся завтра там-то. Цена прежняя"

Маленький спектакль удался, и на другой день в условленном месте сидели в "Жигулях" наши мафиози и томились от нетерпения посмотреть, кто же этот стукач. Но загадочный Сергей не появился, а вместо этого показался КрАЗ-тягач без номерных знаков и, проезжая мимо "Жигулей", принял вправо и на малом ходу буквально размазал их по стенке. Находившиеся внутри пострадали не сильно, но машину пришлось выбросить.

Возмущению бандитов не было предела, но пожаловаться на следователя они не решились. А может быть, это действительно была случайность?

до Бутырок и уговорил своего знакомого, дежурившего в тот вечер в охране, принять бомжа без оформления документов. Бумажки следователь пообещал привезти утром, когда немного отлежится.

Утром следователь лежал уже в госпитале с обширным инфарктом. Сменился с дежурства знакомый, так и не дождавшись постановления о задержании. Некоторое время спустя другой следователь отыскал-таки украденные из той квартиры вещи. А бомж остался в тюрьме. Здесь было неплохо — бесплатная кормежка трижды в сутки, прогулки, работать не заставляют. В общем, жить можно. Вот он и жил, вполне довольный своим новым положением, и никому на это не жаловался.

Тем временем следователь вышел из госпиталя, отправился долечиваться в санаторий, а затем вовсе ушел с оперативной работы. О бомже все забыли. Так он просидел всю зиму и следующие весну и лето. Наконец, в Бутырку нагрянула очередная комиссия. На стандартный вопрос"Жалобы есть?" бомж попросил увеличить ему выдачу курева. Разбирая жалобу, члены комиссии потребовали все материалы на арестованного. Каково же было всеобщее удивление, когда материалов не оказалось! Выходило, что честный гражданин почти год незаконно содержался под стражей!

Были извинения. Было обещание строго наказать виновных. Была даже денежная компенсация (собранная вскладчину этими самыми виновными). А потом бомжа очень вежливо выпроводили за ворота. Однако, приближающаяся свобода ничуть не обрадовала несчастного. На свободе не было ни еды, ни жилья, ни денег, ни работы. А надвигалась зима. Он стал упрашивать оставить его в Бутырках, обещая никогда больше ни на что не жаловаться. Но уговоры не помогли, и бомж обрел нежеланнуюсвободу.

Впрочем, у этой истории счастливый конец. Через несколько дней бомж снова прибыл в Бутырку, на этот раз со всеми необходимыми ументами. В страхе перед голодной и холодной зимой он разбил витрину магазина, взял оттуда что-то и дождался приезда милиции. В Бутырке он был помещен в свою прежнюю камеру, лег там и впервые за последнее время спокойно заснул. Впереди было несколько беззаботных лет.