Как вырастить Снегурочку (в продолжение к новогодним историям).

Как встретились мои родители я уже давно знаю, но почему они решили пожениться навсегда останется для меня загадкой. Отец — высокий широкоплечий боксер, любимец (и любитель) женщин и маленькая хрупкая красавица-мама, которая макушкой не достает ему до плеча еще сантиметров десять. От такого союза родилась я – крупная крепкая девочка. Не толстая, а именно крупная; уже в пятом классе я не могла натянуть на себя ни одно мамино платье.

Я росла абсолютным чертенком! Кличка Вождь Краснокожих прочно закрепилась за мной как в семье так и за ее пределами. Моя маленькая мама, натерпевшаяся невзгод от собственной семьи и особенно от жестокой матери, дала себе клятву, что никогда не обидит и не ударит своего ребенка. И свое слово сдержала. Каждый вечер мы с мамой рисовали, лепили, и читали; без ремня и мордобоя я выросла свободной и независимой. Она никогда не принимала сторону учителей, не орала на меня в кабинете директора, не наказывала за грязную или порванную одежду, а только смотрела на меня с нежной грустью и говорила: "Ну что же ты так, деточка? "А уж в кабинете директора моя мама побывала!

Я училась легко и на отлично, но никогда и никому не позволяла себя обидеть, унизить, или обозвать. Поэтому когда очередной белобрысый ушастик тыкал меня карандашом в спину на уроке, я не терпела до перемены, не грозила хулигану, не жаловалась учительнице, и не шептала: "Дурааак! ", я вставала из-за парты и била обидчика кулаком в нос. В советской школе, где в школьных кабинетах во время урока даже мухи летали с глушителями, мое поведение было вопиюще-недопустимым. В начальных классах меня ставили в угол, разбирали на собраниях, порицали, объявляли бойкот, и водили к директору. Безрезультатно, к третьему классу каждый мальчишка в школе знал, что связавшись со мной, [ман]дюли были неизбежны как весна.

Во дворе я тоже была не ангел. Как то в драке мне разбили камнем лоб, кровища залила правую половину лица мгновенно, но левым глазом я все еще видела. Я вцепилась во вражину обеими руками и мы катались по земле, смешивая пыль с кровью. Растащили нас проходящие мимо работяги, потом была скорая, лоб мне зашили и маму мою откачали тоже. Вечером она долго гладила меня по забинтованной голове, вздыхала, и повторяла: "Моя ты деточка! "

Беда пришла в ноябре. Учительница попросила мою маму прийти в школу. "А что я сделала? " — возмутилась я. "Что, опять? " — обреченно вздохнула мамочка и поплелась в школу. На этот раз не было ни разбитых носов ни подбитых глаз. Школа готовилась к встрече Нового Года и на общешкольную елку среди начальных классов требовалась Снегурочка. Выбор пал на меня. "Моя дочь? Снегурочка? Да как же она справится? " — отбивалась мама как могла. Но учительница была непробиваема как Китайская Стена: "Ваша дочь единственная кто справится с такой задачей, готовьте костюм. "

Костюм Снегурочки был проблемой, мама совершенно не шила. У нас даже швейной машинки в доме не было, пока у меня в седьмом классе не началось шитье на уроках домоводства. Перед Новым Годом все портнихи и ателье были забиты заказами, кто будет тратить время на дешевый детский костюм? Купить новогодний костюм в Советском Союзе было возможно, но не везде и не так то просто. Какая-то портниха сжалилась над мамой, измерила мои могучие плечики, и раскроила голубую ткань на платье и шапочку.

Теперь по вечерам, пока я репетировала роль, мама руками шила костюм. Для белой отделки она варила клейстер из муки, чтобы прикрепить вату к краям юбки, потом посыпала еще теплую конструкцию размельченной смесью елочных игрушек и дождика. Потом все это сушилось на столе и тщательно оберегалось от вездесущей кошки. Мама не успевала. Еще надо было украсить белые чешки и прикрепить на них белые бубоны.

В городе вовсю царила предпраздничная атмосфера, люди несли елки и выстраивались в очередь за азербайджанскими мандаринами и марокканскими апельсинами. Советские дети с нетерпением ждали подарков, которые советские профсоюзы уже распределяли советским родителям. И вот настал торжественный день. Актовый зал был полон перво, второ, и третьеклассниками, с любовью превращенными в снежинок и зайчиков заботливыми мамами и бабушками. Роскошная елка сверкала гирляндами, упиралась в потолок красной звездой, и вызывала всеобщее восхищение.

Меня переодевали в до боли знакомом кабинете директора, чтобы как можно дольше не раскрывать личность Снегурочки. Тут обнаружилось, что в процессе транспортировки от белой чешки оторвался бубон. Учителя и мама заметались в поисках иголки и ниток. Времени не оставалось, директриса повела меня к актовому залу. Я была сверкающе спокойна и великолепна, как истинная внучка Деда Мороза! Бубон я несла в руке как снежок.

У входа в актовый зал нас догнали мама и трудовичка. Мама принялась судорожно пришивать бубон к чешке, не снимая чешку с моей ноги. В это время началось представление. После короткого вступления из динамиков раздался призыв ведущей: "Дети, а давайте позовем Снегурочку! Сне-гу-роч-ка! "Сотня разгоряченных снежинок и зайчиков подхватили звонкими голосами: "Сне-гу-роч-ка! "К этому моменту сверкающая фигурка Снегурочки уже наполовину торчала из дверей актового зала, но правая нога, скрытая от глаз зрителей, была вытянута за дверь как у породистой примы-балерины. "Придумай что-нибудь", — простонала мама, стоя на коленях и пытаясь перекусить нитку. "Иду, иду-у-уу! – взвыла я, — нога-а провалилась в сугро-об! "Наконец-то измученная Белошвейка победила нитку и внучка Деда Мороза впорхнула в актовый зал, осыпая затоптанный пол блестящей мишурой. Новогоднее представление началось. Были конкурсы и хороводы, потом ловили и линчевали Бабу-Ягу за то, что она слямзила мешок с подарками у простака Деда Мороза, потом зажигали елочку. Прошли годы. Костюм Снегурочки долго еще сыпал раскрошенными елочными игрушками и дождиком в целлофановый пакет, вспоминая былую славу.

Маме 70 лет. Я рассказываю ей про свой тяжелый день: два слушания перенесли в расписании суда, и я весь день проторчала в суде, и у судьи сегодня явно был ПМС. Мама улыбается своей доброй улыбкой и говорит: "Моя ты деточка, главное что бубон от чешки не оторвался. "И мы заговорчески улыбаемся друг другу.

Лет 10-12 назад моя тётка вышла замуж. Не то, чтоб прям уж совсем удачно, но вроде бы мужик нормальный попался, только вот разведён и в первом браке две дочки. Первая жена к тому времени уже замужем была, но женитьба бывшего в её планы не входила. Там квартира, которую она рассчитывала для своих дочек отжать, и вдруг баба какая-то нарисовалась. И началось!

Тётке моей гадости не делал только ленивый: бывшая жена распускала сплетни, а её подруги помогали их разносить по городу, дочки лили помоями в Интернете, обвиняя её в разрушении семьи, даже тётушки мужа получали удовольствие, копаясь во всём этом. А у тётки — работа хорошая, и репутация — первое дело!

Сколько бедная женщина переплакала в этом "счастливом браке", известно только ей, говорит, мысли о разводе стали появляться постоянно.

Однажды она разозлилась основательно и... убила своего главного врага. Не физически. Она написала роман, в котором главной героиней сделала ту самую бывшую жену, а в процессе расследования расписала все семейные тайны, о которых к тому времени уже хорошо знала. И книгу издали! Да, был скандал, но больше тётку никто не трогает — боятся.

Теперь она — член Союза писателей и работает уже над третьим романом.

История знаменитой песни, которая родилась 27-ого ноября 1941 под Истрой.

Корреспонденты газеты Западного фронта "Красноармейская правда" прибыли в тот день с редакционным заданием в 9-ю гвардейскую стрелковую дивизию.

Миновав командный пункт дивизии, они проскочили на грузовике на КП 258-го (22-го гвардейского) стрелкового

Рассказываю со слов знакомого из Звёздного городка, подтверждается парой попавшихся мне впоследствии технических публикаций.

Гагарина отправить в космос очень спешили – через несколько недель должен был стартовать американский корабль, пусть и суборбитальный, но всё-таки в космос. К моменту нашего запуска система мягкой

Чарльз Джон Джокин был главным пекарем на борту "Титаника". После начала эвакуации организовал доставку хлеба в спускаемые шлюпки. Был назначен капитаном шлюпки номер 10, но перед самым спуском на воду уступил своё место двум женщинам, которых пришлось насильно сажать в шлюпку: в тот момент масштабы катастрофы большинству пассажиров еще не были очевидны.

Вернулся в свою каюту, выпил полстакана ликёра и пошел на шлюпочную палубу, где выбросил за борт около 50 шезлонгов, чтобы оказавшиеся в воде люди могли их использовать как плавсредства.

В последние минуты, пока корабль был на плаву он залпом выпил почти целую бутылку виски. Оказавшись в воде принялся плавать. С рассветом он увидел перевернутую складную шлюпку Б, на которой было около 25 человек. Подплыв к ним, он понял, что подняться на шлюпку не выйдет из-за риска перевернуть её и отказался подниматься. Через некоторое время подплыла другая шлюпка и пассажиры втащили Джокина на борт.

Чарльз Джокин провёл в ледяной воде более 2-х часов, хотя почти все другие люди оказавшись в ледяной воде умерли в течение 30-40 минут. Еще более удивительным является то, что Джокин выжил несмотря на количество выпитого спиртного, которое, как известно, не согревает, а ускоряет переохлаждение.

После спасения продолжил служить корабельным поваром на других кораблях.