Был здесь чей-то симпатичный анекдот – смысл, которого состоит в том, что расстояние между шпалами не соответствует мужским шагам потому, что у нас в стране шпалы укладывают женщины.

В начале восьмидесятых, был я в командировке в Южном Урале. И нестерпимо захотелось мне побывать на своей юридической родине — в Северном Казахстане.

Туда, ещё до войны, были сосланы родители моих родителей. Покинуть место многолетней ссылки разрешили уже после войны, благодаря фронтовым наградам и ранениям отца. Короче, вывезли меня в раннем младенчестве. О родине, затерянной в казахстанских степях, знал по рассказам.

На удивление, немало местных жителей хорошо помнили моих предков.

Привели меня к саманной хате, выглядывающей из земли всего-то метра на полтора. Эта хата, была построена моим дедом, в голой степи наспех, к зиме тридцать седьмого. Там жили незнакомые пожилые люди, которые любезно предложили мне пожить, или хоть переночевать в хате, в которой я родился и жил, правда, меньше месяца.

Спросил я про кузницу, которую, по рассказам родителей, построил мой дед — отец отца. Дед тогда сам в ней работал. Оказалось, что сохранилась и кузница. Кузница не только сохранилась, но и продолжала действовать.

Кузнеца на месте не было, но пока мы, с добровольными экскурсоводами, разговаривали разговоры, послали кого-то за кузнецом. Каково было моё изумление, когда передо мной предстала темно-русая статная красавица, заметно старше меня. Вот так кузнец!

Кузнец Елена, улыбаясь, предложила мне покачать меха, размять городские косточки. Уголь, в дедовском горне, быстро разгорался, а Лена, тем временем, уже разогревала какую-то железяку. Постоянно подогревая ее, быстро добилась нужной толщины, ширины. Согнула. Попросила подержать длинными клещами заготовку на наковальне, и, несколькими уверенными ударами, сделала разными пробойниками около десятка отверстий.

Ещё несколько минут, и Лена вытащила из шипящей воды новенькую подкову. Протянула мне:

— Передайте от меня подарок своему отцу.

— Инструкция к электрофону! — провозгласил Дмитрий.

— В мусор!

— Паспорт на магнитофон!

— В утиль!

В любом доме есть "ящик для документов". Старая обувная коробка, где погребены старые справки, паспорта к украденным лет двадцать назад наручным часам и корочки несуществующих уже организаций.

В далёкие годы моего студенчества, в конце 70-х, вернулся с ещё тайной тогда афганской войны один парень. Спецназовец, участник множества боевых, он пришёл домой целым и невредимым. Конечно же, по этому поводу был устроен грандиозный многодневный праздник, в котором приняли участие все мы – его друзья, приятели, знакомые знакомых... Под конец в компанию влились даже те, кто толком и не знал о причине всеобщей великой пьянки.

Выбывших по пути, упавших и тут же уснувших участников сменяли всё новые действующие лица, и наша пьянющая компания шлялась по городу, постоянно меняя на ходу свой состав и численность.

Как-то, уже на излёте этого буйного веселья, тащились мы, изрядно подуставшие, поредевшей и далеко растянувшейся группой по Кронверкскому проспекту. Мы с ещё одним приятелем плелись рядом с виновником торжества, беседуя с ним, остальные от нас поотстали. По свидетельству очевидца, я что-то на удивление связно и довольно увлечённо рассказывал.

Но тут моим силам вдруг разом пришёл конец, и я мгновенно отключился.

Выглядело это так. Фраза моя оборвалась на полуслове, глаза закатились и остекленели, и я, завившись винтом вокруг своей оси, рухнул и распластался замертво.

Реакция афганского ветерана была мгновенной. Он грохнулся наземь, резво откатился на газон, замер и начал высматривать снайпера.

Говорят, прохожие наблюдали за нами с большим интересом.

Участвую в университетском КВН. Во время выступления одной из команд была задействована ЖИВАЯ курица. Так вот эта птица тоже решила ощутить вкус славы и после того, как ее затащили за кулисы, вырвалась и выбежала на сцену.

Участники команды ловить ее, естественно, не могли; мне из-за противоположных кулис показывают, чтобы я ее ловила. И вот, пока посреди сцены идет очередная миниатюра, я с краю тихонечко подкрадываюсь к курице. В момент, когда я почти схватила птицу, она шмыгнула вниз, в зал. Я, не раздумывая, ринулась за ней. Зрители начинают смеяться. Я бегу за курицей, почти хватаю ее... но поскальзываюсь и падаю. Птица убегает обратно на сцену, я быстро встаю и бегу за ней. Зрители уже хохочут вовсю. Наконец, на ступеньках я ловлю чертовку и с победным видом ухожу за кулисы.

С этого "номера" публика смеялась больше, чем с шуток других КВНщиков. А я в итоге победила в номинации "Лучшая актриса КВН".

Моя мама — неплохая женщина. Кроме одного… Она обожала меня сравнивать со всеми не в мою пользу. Соседки, одноклассницы, двоюродные сёстры — все всегда во всём были лучше, чем я. Надо ли говорить, что нормальной жизнью я зажила в районе 27 лет, когда после терапии полюбила себя, впервые завела друзей, здоровые отношения, нашла хорошую работу.

После замужества и рождения дочери предупредила маму, что внучку с внучками подруг не сравниваем, иначе внучку не видим. Мама покивала, но, как оказалось, со временем вернулась к своей привычке и начала капать на мозги дочери. Узнала я об этом случайно, когда дочери было уже пять лет. Какая злость меня взяла, хотела выгнать её на хер! Вмешался муж, который знал о моих проблемах с самооценкой.

В итоге подговорили дочь, и в следующий раз, когда мама рассказала, как замечательно внучка её подруги играет на пианино, не то что её внучка, получила от малышки ответ: "Бабушка моей подруги — директор школы, а у другой бабушки большой магазин сладостей. А что особенного в тебе, ба? "Мама смертельно обиделась, перестала к нам ходить, общаемся редко и по телефону, внучку игнорирует.

Такое ребячество! И маму жалко, но из дочери сделать закомплексованного человека не позволю.