В святом для каждого ребёнка деле — шалостях — мне в детстве аккомпанировали сестры: родная Лиана и двоюродная Диана. Я старше Лианы на год и три месяца и младше Дианы на восемнадцать дней. Этот факт был решающим в иерархии наших отношений: Диана, гордившаяся старшинством даже больше, чем своим именем, требовала от нас беспрекословного послушания. Мы с Лианой смиренно терпели дискриминацию, но однажды, когда Диана за ужином оттянула себе явно бо? льшую порцию макарон, моё терпение лопнуло. Свой протест я выразил вторжением своей вилки в Дианину тарелку. Диана не стерпела позора и бросилась в рукопашную. Результатом короткой потасовки стал огромный синяк под моим глазом. Этот случай лишь укрепил позиции старшей сестры и показал нам с Лианой всю тщетность силовых попыток решения проблемы.

Вскоре авторитет Дианы вырос ещё больше, когда дядя по отцовской линии научил играть её в шахматы. Случилось это так. Предстоял командный турнир среди ЖЭКов, а в команде дяди отсутствовала женская доска. Чтобы не получать ноль без игры, решили срочно научить кого-нибудь из знакомых женского пола правилам игры. Смысл был в том, что многие команды имели те же проблемы с женской доской, и матч против такого коллектива гарантировал лишнее очко. Выбор пал на смышлёную племянницу. То, что случилось дальше, удивило даже специалистов — маленькая девочка громила своих опытных соперниц в пух и прах.

Сразу по окончании турнира чудо-ребёнка отвели в шахматную секцию. Это было общество "Спартак". Тренер Рафаэль Григорьевич Саркисов устроил девочке мини-экзамен — сел с ней играть. Всю партию он молчал, хмурился и загадочно качал головой. Когда Диана сдалась, он встал и медленно обвёл глазами многочисленную свиту её родственников. Те смотрели на него, как на вышедшего из операционной врача. Вычислив в толпе отца Дианы, он взял его под руку, таинственно отвёл в сторону и зашептал:

— Редкий талант, очень редкий. Просто самородок!

Родители Дианы были заняты на работе, и возил "самородка" на тренировки в своём "жигулёнке" первой модели мой отец. Уж не помню, кто стал инициатором — отец, уделявший серьёзное внимание моему уму-разуму, или я, возжелавший догнать и перегнать Диану, но вскоре шахматы появились и в нашем доме. Почему-то запомнилось, что когда отец принёс домой чёрно-белую раскладную доску и я открыл её, там кроме деревянных фигурок лежали ещё катушки с нитками. Научился я игре в тот же вечер. Месяца через два стал отца обыгрывать.

И на пути в "Спартак" в папиной "копейке" появился ещё один пассажир.

Вскоре Диана решила бросить шахматы. Она не смогла смириться с тем, что в шахматах помимо выигрыша и ничьей существует также проигрыш. Никакие уговоры родителей, родственников и тренера результатов не дали — решение привыкшей к лидерству Дианы было окончательным и непоколебимым. Рафаэль Григорьевич переживал больше всех и ещё долгие годы, вспоминая Диану, уверял, что шахматный мир лишился большой чемпионки.

Вот так случайно, за компанию, можно сказать, я попал в волшебный мир шахмат, не подозревая тогда, что детское увлечение перерастёт в главное дело жизни.

Эта история, свидетелем которой я оказался, произошла несколько лет назад на одном оптовом складе Питера. В состав бригады на этом складе, представляющего собой обычный ангар, помимо кладовщиков и грузчиков, входило двое шоферюг, в функции которых входило пилотирование старенького КАМАЗа для перевозки товара по точкам. КАМАЗ, переживая

В нашем городе загорелась квартира женщины, у которой было 6 кошек. Соседи, как положено, стояли и снимали на смартфоны, как валит дым из окон, а пожарные машины стояли где-то в пробках. У бедной женщины не было бы никаких шансов выжить, если бы не ее соседка-подросток. В тот день девчонка прогуливала школу по причине "плохого самочувствия".

Когда дым стал проникать в ее квартиру, она тут же сообразила посмотреть, что он валит из квартиры соседки. По счастливой случайности, с соседкой они жили душа в душу, а потому у них дома хранился ключ от ее квартиры. Девушка вынесла хозяйку, которая была без сознания, а затем ринулась за котиками. К сожалению, она не смогла вынести всех, но оставшиеся сами доползли до двери и выбрались. 6 котов – все были в тяжелом состоянии, но она всех их выходила, пока хозяйка находилась в больнице. Сейчас все живы и здоровы.

Мне плевать на работу. У нас пару месяцев назад были сокращения, все были на нервах, я старалась, перерабатывала, переживала за эту контору. А потом на меня несколько раз жестко наехали за чужие косяки (тех людей, которые вообще больше не работают), срывались на мне. Ну и все.

Я как-то в момент выгорела, просто утром встала и поняла: а мне теперь насрать. Я хожу на работу, но стала филонить, делать все спустя рукава, и... мне комфортно. Оклад платят, мне его хватает. Работу искать пока не буду, отдохнуть хочу.

Но что удивляет: я же очень изменилась в отношении к работе, а начальство будто не видит этого. Я не отвечаю на звонки после работы, в выходные в принципе отключаю телефон, с начальством разговариваю холодным тоном, если делают замечания, защищаю себя. Иногда говорю довольно дерзко, раньше бы скандал был.

Делаю несравнимо меньше за день, чем делала раньше, растягиваю пустяковые дела. И меня не трогают. Нормально общаются, никаких претензий, никого нового не ищут, я это знаю. Что за нафиг-то? Так и хочется сказать: "Ребята, я сама очкушница и уйти не осмелюсь — увольте меня, я что, зря стараюсь?!"

Пару лет назад мой дом оказался в эпицентре нестихийного бедствия под названием "капитальный ремонт". Если вы не вдруг не знали, капитальный ремонт – это такой ритуальный танец, когда сначала с каждой квартиры собирают сумму, на которую можно было бы купить виллу в Испании, а потом на вырученные деньги покупают виллы в Испании, но уже для чиновников.