|
Судак. Вечерний променад по набережной. Стою возле аттракциона "Проверь силу удара". К стене пришпандорен веселый ковбой с круглым, толстым пузом. Над пузом красные цифры — сила удара в кг. На стене рекламная надпись: "У кого сила удара 400 кг, тот получает приз — бутылку шампанского".
В среднем, удары у публики килограммов по двести. Краем уха слышу разговор подошедшего хозяина аттракциона, со своим работником: — Слышишь, А че только две бутылки шампанского стоЯт? Где дел третью? — Да мужик тут один выиграл, он ударил 670 килограмм. — Ты шо, гонишь, Вася? В смысле — выиграл? Шо, не знаешь, как отмазаться? Я же ж тебя учил! Например, ударил, кто-то 420 кг, ты втираешь: "Уважаемый, вы ударили 420, а надо было 400, так шо, вы шампанское не получаете, заходите к нам еще!"... Ты шо тупишь, Вася? Всегда ж так было! — Виктор Петрович, если бы он ударил 420 кг, я бы ему так и сказал, не вопрос. Но как я такое буду втирать человеку, у которого удар 670 кг? |
| 01 Apr 2020 | ![]() ![]() ![]() ![]() ![]() |
| - вверх - | << | Д А Л Е Е! | >> | 15 сразу |
В конце девяностых после института довелось мне поработать в команде звукачей Дома Культуры нашего города. Кроме меня в команде был наш бригадир — Дядя Миша и девушка, назовем ее Леной. Лена попала к нам после радиотехнического колледжа, а Дядя Миша наоборот уже был одной ногой на пенсии. Они постоянно спорили друг с другом: Лена
Это случилось, как принято говорить сейчас, в застойные годы, в институте, где я училcя. Однажды во время занятий по физкультуре из раздевалки стадиона украли всю одежду одного из моих однокурсников. Вместе с одеждой пропали и документы. Паспорт и студенческий были сразу восстановлены по справке из милиции. С комсомольским возникли трудности. Выдать его мог только райком комсомола после решения институтского бюро.
И вот заседает оно, комсомольское бюро.
— Какие будут предложения? — спрашивает присутствующих секретарь.
— Объявить выговор, — предлагает кто-то.
— За что? — удивляется студент. А действительно, за что? Повисло молчание.
— За небрежность! — нашелся комсорг.
— Какая же это небрежность, — возмущается студент, — меня обокрали.
— Ну и что,— продолжает, воодушевляясь, комсорг.
— Ты член комсомола. Запомни.
Каждый член обязан носить свой комсомольский билет всегда с собой.
А ты его оставил в раздевалке.
— Куда же я его должен был деть на стадионе? — упорствует студент. И комсорг выпаливает:
— Положить в трусы!
Все сочли такой выход из положения вполне приемлемым и вкатили недогадливому студенту выговор. А ребята потом в институте хохмили: "Если ты член — носи свой билет в трусах!"
У меня есть такое понятие, как "книжный запой". Ты покупаешь кучу книг, не в силах пройти мимо книжных магазинов, но не открываешь их, ибо некогда. А потом, в один прекрасный момент, тебя захлестывает порыв и ты читаешь, читаешь и читаешь! И это невероятное чувство. Ты можешь проглотить одну или две, а то и три книги за день, и тебе всё мало. И когда прерываешься на самом интересном месте, потому что завтра на работу, а на часах уже далеко за полночь, то наступает невыносимая ломка. Ведь тебе позарез нужно знать, что будет дальше. Ты собираешь всю волю в кулак и заставляешь себя лечь спать. А снится тебе продолжение сюжета, которое ты придумал сам. Будет ещё прикольнее, если надуманное тобой совпадет с тем, что ты прочитаешь потом. И так книга за книгой. А затем, закрыв последнюю увлекательную историю, ты печально вздыхаешь и уходишь в мир послекнижной хандры на неопределенный срок. До следующего "запоя".
Это было примерно 40 лет назад.
По ящику показывали концерт из Колонного зала Дома союзов. Тогда такие концерты называли эстрадными, там и пели, и танцевали, и что-то рассказывали.
С очередным номером на сцену вышел молодой симпатичный парень и стал показывать фокусы, в общем-то, довольно обычные. В частности, завязывал замысловатые узлы на верёвке, потом предлагал кому-нибудь из зрителей потянуть за концы, и узел рассыпался.
Потом он спустился в зал и стал предлагать зрителям самим завязывать любые узлы, и всё равно они развязывались так же.
По ящику все его манипуляции показывали крупным планом, что называется, до миллиметра.
Делал он свой фокус много раз, зрителям явно поднадоел, в зале пошёл шумок, сначала небольшой, потом всё громче, потом его стали провожать аплодисментами.
Тогда он поднялся на сцену и из всех (!) своих карманов стал доставать часы, которые он поснимал со зрителей, завязывавших ему узлы. Повторяю, перед телекамерой, работавшей крупным планом. На экране были только кисти рук.
Овация была чудовищной.
Я пишу эту историю из уважения к великому фокуснику Владимиру Николаевичу Данилину. Если вам доведётся увидеть любое его выступление, вы запомните его на всю жизнь.

