Про написание.
Когда то давно, в радиолокационной части, возле Победино — это название населенного пункта, был у меня один знакомый офицер. Неплохой человек, но с дефектом. Писал так, что когда забывал об чем писал, все покрывалось мраком и тайной. Ну почерк у него был такой. И все бы ничего, если бы однажды утром на его дежурство в бункер не ворвался начальник части.
— Срочно заполнить все журналы. Срочно! К нам едет генерал с проверкой. Все отдраить, порядок полнейший. И журналы дежурств и оперативной обстановки заполнить. Срочно! Он уже где-то на подъезде.
Рядовой и сержантский состав точки был брошен все отдраивать, а знакомый сел заполнять журналы. Заполнил. Вошедший в бункер генерал со свитой, оглядевшись, начал именно с них. Как и любая проверка. Долго всматривался в писанину в журнале, подносил к глазам, отдалял, прокручивал журнал на девяносто градусов, вверх ногами и даже просматривал на свет. Хмыкнул и произнес:
— Кто писал?!
— Я, товарищ генерал! — выдвинулся вперед мой знакомый.
— Сам прочитать сумеешь?
— Так точно! — ведь он еще помнил, что писал.
— Нда, — опять хмыкнул генерал, — а наши технари там новые шрифты изобретают. Вот только одно смущает, а если противник тебя вместе с журналом в плен захватит, тогда как?
— Советский офицер в плен живым не сдается! — вытянувшись по стойке смирно, отчеканил мой знакомый.
Проверку прошли на отлично.
| 23 Aug 2020 | ![]() ![]() ![]() ![]() ![]() |
| - вверх - | << | Д А Л Е Е! | >> | 15 сразу |
Семеро московских студентов в советскую эпоху отправились на летнюю практику в дружественную Грузию. Остановились в частном секторе — в доме с большим приусадебным участком, наглухо отгороженным от улицы и шатким штакетником — от соседнего участка. Сумма, которую они заплатили за постой, просто померкла перед кавказским
Творите добро – и воздастся вам. Две короткие истории, близкие к Рождественским.
Эпизод первый – конец девяностых.
В доме, где мы жили в ту эпоху – на Суворовском, было кафе. Я частенько заходил туда, и все буфетчицы знали меня в лицо.
Очередной вечерний поход за пивом.
— Ой, вы знаете, у нас тут такая история! Вон, видите,
Недавно снимала бобров. По сюжету бобер должен был пробежать по кадру, взять в лапы книгу, начать листать и изображать чтение. Мы сразу сказали заказчику, что очень постараемся найти читающих бобров, но скорее всего, их не так много. Я люблю свою работу за то, что всегда сталкиваешься с чем-то новым. Нельзя сразу говорить заказчику
Слушайте, а куда подевался Бермудский треугольник? В детстве же только и слышно было, что там кто-то пропал, а потом появился, но уже весь седой и старый, или напротив — молодой, и ничуть не постаревший за тридцать лет отсутствия.
Корабли терялись, самолеты сбивались с курса, ученые всех мастей строили смелые гипотезы, бесновались ясновидящие и колдуны, медиумы заявляли, что слышат тайные послания, идущие оттуда, — и вдруг полная тишина. Тотальная. Сейчас спроси современного школьника, что такое Бермудский треугольник — не ответит. Почему все кончилось-то? Что случилось? А инопланетяне где? Помните, слово-то какое было НЛО! Постоянно прилетали, на полях рисовали, похищали и ректально зондировали сорокалетних девственников, коров крали, бухгалтерш возили на Альдебаран, и там они получали способность лечить руками и заговаривать детский крем, чем, вернувшись на родину, и зарабатывали себе на хлеб насущный. Во жизнь была!



