|
А что если моду на рваные кофты, свитера, джинсы придумали для того, чтобы бомжи не чувствовали себя белыми воронами среди всех?
|
|
* * *
Наталья Бонк — по её учебникам чуть ли не весь СССР учил английский язык. Многие даже не задумывались, что учебник написан женщиной, и говорили: "занимаюсь по Бонку".
Наталья Кроль (Бонк — фамилия по мужу) родилась в Москве. Её отец сначала руководил заводом лакокрасочных материалов в Дорогомилово, потом был старшим инженером Первого главного управления
наркомата авиационной промышленности. Мать Натальи была пианисткой и вокалисткой Московской филармонии. В 4 года девочка научилась читать, по книжке "Крокодил" Чуковского, а с пяти лет с ней занималась немецкая гувернантка фрау Доротея. Поэтому первым иностранным языком, который выучила Наташа, стал немецкий.
Девушка с отличием окончила образцовую школу № 25 для детей высокопоставленных сотрудников, но профессию выбрала случайно. Во время войны мать Натальи уезжала на фронт с концертами, отец постоянно был в командировках. 17–летняя Наташа должна была получать продукты по карточкам.
"Однажды мне позвонили из Министерства авиационной промышленности (мой отец был инженером оборонного завода) и очень вежливо сказали, чтобы я взяла все мясные карточки и поехала к метро "Парк культуры" их отваривать — что я и сделала. Мне досталась большая баранья нога. На радостях я пошла погулять, увидела вывеску "Институт иностранных языков" — и решила попробовать. Меня с этой ногой и приняли. Я как-то упустила слово педагогический, поэтому долго не понимала, к какой профессии меня готовят", — вспоминает Наталья.
Ей удалось убедить комиссию, что она быстро выучит язык, и попасть в группу для начинающих. Уже через год Наталья хорошо говорила по–английски. Это о ней Светлана Аллилуева писала в мемуарах, что училась с девочкой, которая в школьных постановках проявляла отличные актёрские данные, а стала "обычным преподавателем английского языка".
Получив диплом, Наталья вышла замуж за Анатолия Бонка, который чудом выжил после тяжелого ранения на Одере. У супругов родилось двое детей. Первый ребёнок умер младенцем, а дочь Ирина окончила МГУ и занималась лингвистикой — знала японский и английский, писала учебники в соавторстве с матерью. Ирина умерла в 2005 году. Наталья Бонк пережила дочь и мужа, и умерла в возрасте 97 лет.
В 2011 году (в 87 лет) она дала интервью Би-би-си. На вопрос, считает ли она, что языковые учебные интернет-ресуры смогут со временем полностью заменить традиционный учебник и учителя в аудитории, Наталья Бонк ответила:
"Если бы я была технически грамотным человеком, я могла бы сравнивать. Я знаю, что в интернете есть много полезных вещей. Вытеснит ли он традиционные учебники? Может быть.
Другое дело — вытеснит ли интернет живое общение на уровне человек-человек. Если это произойдет, тогда считайте, что все старания Господа Бога по созданию человека пропали даром".
* * *
Сегодня утром соседка по даче в шоке прибегает, кто-то ночью совершил акт вандализма, срубил молодую яблоньку.
Мне нужно было срочно уезжать, на место преступления не пошёл, но соседка сама уже все разрулила:
— Я уже вызвала участкового, хотя местные никто не знает телефон, через час будет.
Вечером спрашиваю:
— Ну как проходит следствие?
— Приезжал, все осмотрел, сфотографировал, две веточки взял на экспертизу.
— Можно мне посмотреть?
— Пойдем, да там все ясно, топором рубанули, может и отпечатки пальцев остались...
Приходим в сад, прекрасно вижу, что эта диверсия совершена бобром, который в последнее время просто обнаглел. В прошлом году таким же образом подгрыз у меня три сливы, сад мой рядом с прудом, как и соседки. Может это и не тот самый.
— Было бы замечательно, если участковый нашел преступника, по характерному прикусу, следы зубов явно видны, и высота оставшегося ствола соответствует росту негодяя...
* * *
Вчера. Звонок на мобильный с незнакомого номера. Поднимаю трубку. С первого же момента понимаю что реклама, но радует то, что голос живой, а не записанное сообщение.
— Могу я поговорить с Ириной? — спрашивает вежливо.
— Отчего же не поговорить? — отвечаю, — Говорите, это я.
Голос меняется с просто вежливого на очень радостный:
— Ирина, Ваш номер телефона и адрес были выбраны на получение 9 000 долларов... бла-бла-бла... бла-бла-бла... — и рассыпается перлами счастья.
— О, очень хорошо, — не менее радостно перебиваю, — я согласна.
— Перечисляйте деньги прямо сегодня, или куда мне за ними подъехать?
Молчание.
Короткие гудки.
Странные люди, я же не отказалась! Или не так сильно обрадовалась как они рассчитывали?
* * *
Homo homini lupus est. (Человек человеку – волк)
В эту зиму довелось посмотреть на "шоу".
Близ нашего Лоховодья озёр хватает, но есть одно "крупное" аж на 417 гектар. Рыба соответственно: судак, угорь, лещ и прочие лини с окунями.
Сидим на льду, ещё затемно.
К берегу со стороны лодочной станции подруливает "жып". Суетня,
беготня. "Мафия" нарисовалась на льду через полчаса. "Главному", поддерживаемому под локоток, (упаси Господи, пасклизнёцца), шустро зачистили пару лунок на прикормленном месте, уронили его в раскладной стул, и сами разошлись по сторонам.
Вся группа сидела от нас с другом по ветру, метрах в двухстах, (видимость хорошая, слышимость не очень, но и так всё ясно). Это – в понедельник.
Во вторник – опять, те же и муфлон. И в среду. И опять. И снова. И на следующей неделе.
И леща дерут, черти! Конечно, у барона Врангеля – всё английское. Куда нам! Завидуем... слегка...
А потом прошла зависть. После того, как подошли к одному из "челяди" погутарить.
Этот мужик, в кресле, простой работяга. Чудом от инфаркта удрал, и дохтур ему прописал побольше на природе бывать. Вот он первым трамваем, со снастями и складным лёгким стулом, до конечной едет. И топает потихоньку на рыбалку, километра эдак два.
А кто из рыбаков на колёсах мимо мчат, подбирают его к себе в тачку, и на озеро. Доведут, усадят, лунку приготовят. Причём, экипажи разные попадаются, а сердца у всех – одинаковые. Правильные сердца.
Мы с другом как будто вернулись в то время, когда человек человеку был друг, товарищ и брат.
Откровения ещё..
