ИСТОРИЯ ОДНОЙ ФОТОГРАФИИ

В жизни всегда есть место подвигу, особенно когда совсем не до подвига.

Парень и девушка, поехали в горы Кавказа.

Альпинистами они не были, они были мажорами из МГИМО, и альпинизм, поэтому у них был "игрушечный", так для понта. Мол, мы бывали, покоряли, знаем. Опять же романтика: мальчик, девочка, гитара, палатка. Амуниция, у них была конечно же первостатейная. Все самое дорогое. Даже ледорубы были, хотя до льда и снега они не собирались идти, но фотки с ледорубом и бухтой веревки, это круче чем ковбой Мальборо. Они поднялись на километровую высоту, не больше. Переночевали. Пора и домой в Москву. Но Кавказ внес свои коррективы, они заблудились наглухо. Наглухо — это три дня и три холодных ночи. Сожгли бензин из зажигалки "зипо", гитару, спальный мешок, а мокрая трава че-то не горит. День похож на день, и ничего нового: с утра до вечера хромое блуждание от пропасти до пропасти, а как они туда попали, и как спуститься вниз к людям – непонятно.

Между собой, охрипшие влюбленные общались только матом. На четвертое утро, они проснулись от звуковых галлюцинаций. Им слышались: немецкая речь, смех и переливы губной гармошки. Как в фильмах про войну. Звуком все не закончилось, в палатку заглянул мужик и сказал:

— Гутен морген.

Наши герои выползли из палатки и увидели двадцать человек из группы "Эдельвейс", навьюченных до зубов, только без оружия.

Это были матерые немецкие альпинисты и в результате "э-кальских" и "бэ-кальских" переговоров, выяснилось, что они к своему восхождению готовились два года и не намерены отвлекаться от маршрута ни на секунду, поэтому не может быть и речи, о том, чтобы отвести наших страдальцев вниз к людям. Они лишь неопределенно показали ледорубом направление и тыкнули варежкой в компас. Бедолаги не хотели отпускать живых людей, тем более, они уже там вчера блуждали, куда смотрел ледоруб.

Наши твердо решили, что немцы не пройдут и легли перед ними "трупами". И немцы поставили ультиматум (немцы вообще любят ультиматумы):

— Вы идете с нами "шнеллер", покорять "алес" вершину, далее мы спускаемся с той стороны горного хребта и приводим вас в цивилизацию. Но если вы будете нас задерживать, мы вам тут же скажем "ауфидерзейн".

Русские посмотрели вдаль и вверх на сияющую снежную вершину и грустно сказали:

— "яволь"

Немцы грубо высыпали все вещи студентов на землю (ну немцы, что возьмешь) и взяли то немногое, что пригодится в походе, остальное велели бросить, собрали им с миру по карабину и пошли.

Наши 100 000 раз пожалели, что поперлись с немцами. Это все равно, что человек сломавший палец, ломает себе еще и обе ноги, чтоб с поломанным пальцем без очереди попасть в Склиф. Но отступать было поздно.

Представьте — как трудно лезть в гору человеку, который прет на вершину, только чтобы попасть вниз. Чего только стоит сон над пропастью, в гамаке прибитом гвоздиком к горе. Нормальному человеку такое приснится и он, вздрогнув, проснется...

Они вернулись домой еле живые, похудевшие, с обгоревшими на солнце лицами и слезящимися глазами. Но вернулись.

Через месяц немцы прислали им фотографию. Я ее видел: Радостные Гансы и Фрицы орут и смеются, как будто увидели в бинокль Москву. В руках вымпел покорителей вершины, а на заднем плане на снегу сидят две печальные фигуры с впалыми глазами

"... У многих катанье на коньках производит отдышку и трясение... "

Козьма Прутков.

Еду я в автобусе. Рядом сидят три молодых человека (как выяснилось потом, курсанты ракетных войск). Да, на вид — обычные парни, одетые в гражданские тряпки (то бишь, внешний вид не вызывает подозрений у окружающих). Из глубины салона автобуса слышатся призывы кондуктора:

— Оплачиваем проезд!

— Мужчина с девушкой а что

У нас тут в ветеринарной клинике недавно случай был — принесла бабка кошку стерилизовать, говорит: заколебала... Чуть ли не каждый месяц приносит котят! Мы ей объясняем, что каждый месяц — невозможно, мол, преувеличиваете... Она говорит:

— Нет! Каждый месяц! На х[рен] ей там всё вырезать, чтобы больше не приносила...

Короче, мы кошечку положили на стол, наркоз дали, приготовились брить живот — а там яйки!

Мы спрашиваем:

— Может вы, бабуля, котов своих перепутали?

Она уверенно отвечает:

— Нет, у меня только одна кошечка!..

Короче, это оказался кот, который своих котят забирал к себе. Порядочный, блин!

Кстати, после кастрации ситуация не изменилась...

Рассказывал отец.

Во время службы в армии охраняли аэродром. На аэродроме было специальное помещение, где летчики после длительных перелетов могли поспать и перекусить. Естественно, подобрали ключи к комнате и во время караула ночью заглядывали для перекуса, но много не брали: пару кусков хлеба и немного сала. Во время караула отец заглянул в комнату, отрезал сала, сидит, ест. Вдруг заходит подполковник. Понял, что "губы" не миновать, а, может, и трибунал, но подполковник говорит: "Ешь, ешь, сынок, в еде греха нет", — и ушел. Нормальный мужик оказался, пожалел солдата.

Иду мимо подъезда. Смотрю здоровенный амбал набирает номер квартиры в домофоне. Оттуда грозный детский голос спрашивает: "Пароль? "Мужик отвечает: "Смурфики".