После свадьбы я недолюбливала и немного побаивалась своего свёкра. Он казался мне суровым и при этом недалёким человеком. Он постоянно косячил по мелочи, не выпускал изо рта папиросу, мало говорил, только поглядывал из-под густых бровей.

Когда я родила сына, не хотела, чтобы он проводил с дедом время. Но удивительным образом этот человек стал ангелом-хранителем для сына. В два года сын выпал из окна второго этажа на даче на матрасы, которые внезапно вытащил просушиться свёкор. В четыре года сын на моих глазах опрокинул кастрюлю с, как мне казалось, варящимся вареньем; но оказалось, свёкор забыл включить плиту! В семь лет сын на моих глазах засунул гвоздь в розетку, но за минуту до этого свёкор случайно вырубил свет. В 10 лет свёкор позвал сына поглядеть на гигантскую коровью лепёшку, и на место, где сидел сын, рухнула огромная сухая ветка.

В 13 лет сына свёкор забыл разбудить его на экскурсию, сын опоздал, а их школьный автобус попал в страшную аварию. В 16 сын шёл к друзьям на Новый год, поскользнулся и упал головой на бетонные ступени, но ему ничего не было, потому что свёкор дал ему ради прикола свою гигантскую меховую шапку. В 19 на сына возле подъезда ночью напал с ножом наркоман, но свёкор в это время решил тайком вылить протухшие щи с балкона, облил и, так сказать, деморализовал преступника.

Свёкра нет уже три года, с сыном за это время не произошло ничего плохого, он даже простудой не болел. Мы шутим, что свёкор знал обо всех бедах, которые могли бы произойти с сыном, предотвратил их, а когда они закончились, смог спокойно уйти. Я жалею только о том, что не сказала свёкру спасибо за всё.

На первом курсе университета толком ещё никто не познакомился и по фамилиям не ориентировались. Бывали деканатские проверки, когда приходил сотрудник посреди лекции и проверял присутствующих, оглашая список. Услышала странную и абсолютно дурацкую фамилию и подумала: "Господи, бедный, как можно с такой фамилией жить?"

Кто-то "там", видимо, поржал, потому что теперь это моя фамилия, и тот "несчастный" — мой муж.

Был у меня мальчишник в одном ресторанчике. Я оторвался, охрана выводила раз пять, друг договаривался с администрацией, они понимали и возвращали. Всё бы ничего, но я был препод в универе у выпускников. Очень удивился, когда на первой лекции на задней парте сидел богатырь-охранник, который весь вечер со мной боролся. Он сдал экзамен.

Случился цистит; не секрет, что это мучительно. Пошла к врачу в платную клинику за рецептом на таблетки. Говорю, вот, похоже, у меня цистит. Он в ответ так саркастично: о, мол, а зачем же вы к врачу пришли, если вы такая умная и сама себе диагноз ставите. Как же это взбесило. Когда бесплатный усталый врач в поликлинике упражняется в сарказме, это ещё можно стерпеть, но, [м]лять, я не для того плачу такие деньги, чтобы мне хамили. Спокойно, но зло объяснила ему, что не намерена терпеть это; он сразу завалил хлебальник и дальше всё чётко по делу — расспросил о симптомах, подтвердил диагноз и выписал рецепт. Вот зачем было вы[дел]ываться!!!

Учусь в педагогическом. Шла сюда осознанно, очень хотела стать учителем. Среди моих одногруппников двое с дислексией (врожденной неграмотностью и неумением читать), одна пыталась порезать вены и ходит с яркими шрамами на запястьях, пропаганлируя суицид, две лесбиянки-феминистки. Нас 37 человек. Больше половины ненавидят детей. Но все, ВСЕ хотят работать в школах.