В одной супер-пупер секретной части по осени случился пожар. Из-за замыкания в электропроводке сгорело место отдыха дежурных офицеров. Как водится, начали разбираться, кто виноват и кого наказать. Но тут выяснилось, что "мини-гостиницу" на полтора десятка человек с кухней, столовой и даже сауной с бассейном офицеры построили за свои кровные деньги. Говорят, больше всех расстроился военный прокурор, что никого даже посадить нельзя, так как ущерб государству составил 0 рублей 00 копеек.

Но служба несется беспрерывно и отдыхать людям где-то надо. Люди опять

"сбросились" деньгами и с помощью солдат к зиме восстановили место отдыха. Притащили списанные, но не выброшенные кровати и полуразвалившиеся тумбочки. Кто-то принёс старый телевизор, кто-то старый диван и кресло. Был я там, чистенько и уютненько, диваны с креслами хоть и разномастные, но мягкие, телевизор показывает, старый музыкальный центр играет.

К чему я это всё. А ведь если бы государство озаботилось нуждами своей армии и выделило бы для организации отдыха хотя бы червонец, то кого-то уволили бы, а кого-то, может, и посадили (прокурор сильно этого хотел).

А так всё тихо и мирно, служба идёт своим чередом.

Рассказывала подруга моего брата.

Отмечает народ чей-то день рождения в общаге. Ну, ессно, пятый курс, здоровье беречь уже не надо — дым коромыслом. Половина мужского населения уже под столом.

В разгар гуляний раздается громоподобный стук в дверь. Мой брат, человек пока еще способный передвигаться, идет открывать дверь (она открывается наружу).

На пороге стоит, судя по мечтательному выражению лица, не менее пьяный незнакомый товарищ. Пяток с@кунд напряженного молчания и взаимного изучения. Видимо удовлетворившись осмотром (а, может, вспомнив, зачем пришел), товарищ спрашивает (прошу прощения у дам):

— СПЫЧКЫ ЕЗЗЗЗЗЗЬ?

— ЕЗЗЗЗЗЬ! — отвечает брат.

— ЗА*БИЗЗЗЗЗЬ! — мечтательно говорит товарищ и...

ЗАХЛОПЫВАЕТ ДВЕРЬ!

... немая сцена...

Брат, после продолжительного изучения двери у своего носа, возвращается к столу. ..

P.S. Утром долго не могли выйти — мешало мирно похрапывающее тело.

Герой рассказа, маленький мальчик детсадовского возраста пришел с мамой к ней на работу в государственное учреждение. Кто помнит в те годы всевозможных изображений вождя пролетариата, то бишь дедушки Ленина было в любой организации пруд- пруди и везде. И вот мальчику понравился небольшой бюст дедушки Ленина, который ему добросердечные тети (у-сю-сю, какой маленький!) тот час и подарили. И вот дома этот бюст (который надо сказать поставили на самое почетное место в детской) стал настоящей иконой для ребенка. Жизнь мерялась по Ильичу! И если что-то он вытворял такое, что было нехорошо, по мнению родичей, то говорилось всегда так:

"Ну, если перед нами не стыдно, постесняйся хоть дедушки Ленина! Ему ведь все видно!" или:

"Ну, нам ладно врешь, ну хоть при дедушке Ленине не ври, имей совесть!"

Дело закончилось тем, что в один день родители зашли и увидели дедушку Ленина с залепленными плаcтелином глазами и ушами!

P.S. Поймет и проникнется тот, кто хотя бы прожил свое детство октябренком-пионером комсомольцем.

Во времена оны два приятеля ехали куда-то с пересадкой в Москве. Закинули вещи в камеру хранения и отправились смотреть город. К вечеру один, Петя, уже насмотрелся, а другой, Вася, малек недосмотрел. Они там в ходе осмотра достопримечательностей познакомились с двумя девицами, и Петина спешила домой, а Васина еще не очень. Камеру хранения закрывал

В 1999 году я служил в одной из погранотрядов. С нами служил один выпускник селхозакадемиии, так называемый "двухгодичник" — лейтенант, профессия у него была, как не трудно догадаться, ветеринар, хотя по штату у нас он числился (в)рачом. (К)омандир отряда не любил двухгодичников вообще, а этого — в особенности. Как-то мы (в том числе (К) и этот "врач"