Голкипер английского клуба Чарльтон Атлетик Сэм Бартрэм в своей автобиографии рассказал удивительную историю, которая произошла в 1956-м году во время футбольного матча между командами Челси и Чарльтоном.

"Вскоре после начала встречи начал сгущаться сильный туман над воротами Челси. Из виду начали пропадать футболисты лондонского клуба. Судья приостановил ненадолго встречу и по прошествии нескольких минут, когда туман немного рассеялся, арбитр дал сигнал к продолжению игры. "

Преимуществом владела наша команда. Над полем вновь начал сгущаться сильный туман. Так как мы постоянно атаковали, я все меньше начинал видеть своих партнёров по команде. Вскоре я и вовсе потерял игроков из виду и поймал себя на мысли о том, что все внезапно стихло.

Бартрэм продолжать стоять в воротах, прошло несколько минут, но по прежнему не было ни одной атаки соперников на его ворота.

"Наши наверное конкретно атакуют ворота Челси"- подумал Сэм). По прошествии некоторого времени в густом тумане появилась фигура. Это оказался полицейский, который удивлённо посмотрел на меня. "Что ты тут делаешь-спросил он и сам же продолжил, — встреча закончилась 15 минут назад, на поле нет никого!)"

Один мужик решил подшутить над своей тещей, которая его запилила почти насмерть. Воспользовавшись тем, что дорогая мама учапала на рынок, зятек выпилил дырку в обеденном столе, потом залез под него, просунул голову в отверстие и замер в таком положении. Скатерть свисала до полу, и тела шутника не было видно. Еще он предварительно обильно полил

Знаменитый комик Василий Иванович Живокини родился и всю жизнь прожил в Москве, ежегодно отправляясь на гастроли в провинцию. В Петербурге король водевиля сыграл лишь несколько спектаклей, но именно в столице и приключился с ним большой скандал. Василий Иванович, а на самом деле Джованни, умел и любил смешить публику, часто вставляя реплики и шутки "от себя". Комедия-водевиль Эжена Скриба "Страсть к должностям" в тяжеловесном русском переводе получилась довольно вялой и скучной пьесой, и Джованни захотелось пошутить. Живокини разыгрывал сцену, в которой его персонаж, воображая, что может устраивать протекции, беседует с трактирным слугой:

— Ты умён? — строго спрашивает он у слуги.

— Никак нет, ваше сиятельство.

— Учился чему-нибудь?

— Никогда, ваше сиятельство.

— Глуп, ничего не знает и ничему не обучен...

Живокини сделал глубокомысленную мину:

— Тогда я устрою тебя... в Государственный совет!

Публика оглушительно захохотала. Разумеется, в пьесе Государственный совет не упоминался, это была чистая импровизация. Перепуганный директор театра уже видел себя в одной камере с Живокини, но — обошлось, потому что Николай I иногда про себя думал совершенно так же...

Многие придумки Гайдая были выброшены в корзину, во-первых, по соображениям цен­зурным, а во-вторых, ради ритма, ради цельно­сти произведения.

К примеру, "Пес Барбос и необычайный кросс" должен был начинаться так: к высокому сплошному забору подбегает Балбес, пишет ме­лом громадную букву "X", затем к нему присо­единяется Бывалый, выхватывает из рук Балбеса мел и пишет следующую букву "У" и переда­ет мел Трусу. В этот миг слышится трель мили­цейского свистка. Трус быстренько дописывает мелкими буквами "дожественный фильм", и тройка срывается с места.

Но, посовещавшись, решили, что такое нача­ло сочтут пошлым, и благоразумно отказались от него.

Был также выброшен эпизод, когда, убегая от собаки с динамитом, тройка несется мимо бабушки, которая сидит на опушке и держит корзину яиц. Все трое перескакивают через эту корзину, а затем Никулин, как бы одумавшись, возвращается и, подпрыгнув, попадает точнехонько в корзину. Сцена в общем-то соответст­вовала стилистике фильма, но было непонятно, что делала старушка с корзиной яиц на опушке леса.

В фильме "Бриллиантовая рука" Нонна Мор­дюкова, обращаясь к жене Семена Семеновича Горбункова, произносила такую фразу: "Я не удивлюсь, если узнаю, что ваш муж ходит в си­нагогу", но фразу эту Гайдай убрал, опасаясь обвинения в антисемитизме.

к моей подруге в гости приехал парень из Казахстана. как полагается, с дороги, пошел в туалет. А подруга, закрутившись на кухне с обедом, увидела в туалете горящий свет, и решила, что это ее трехлетняя дочка Вика пошла по своим девочкиным а-а-а. прошло минут 15. Подруга решила, что дочке пора уже выходить, подходит к двери, стучит аккуратно и сладким-сладким голосом: "Котик, ты покакал? " в туалете молчание. подруга, стуча настойчевее: "Котик мой сладкий, ты покакал??! " в туалете молчание

Подруга решила, что дочке просто неловко перед приехавшим дядей, вот она и молчит. стучит снова и говорит: "Зайка, ты когда покакаешь, открой дверку, я тебе попку вытру" тут уже казах не выдержал и раскрасневшись, открыл дверь и сказал: " я догадывался, что вы люди гостеприимные, но чтобы НАСТОЛЬКО!! "