мест за одним столиком не было, папу с мамой посадили за один столик, а меня, шестилетнего пацана, аж в другом зале с какими-то двумя хмырями.

Стол был сервирован на троих. Официантка принесла мне тарелку с котлетой и картофельным пюре и стакан компота. Борщ я ненавидел из-за вареной капусты, поэтому я его в расчёт не брал, хотя его тоже принесли. Также на столе была общая тарелка с хлебом и тарелка с тремя цилиндриками масла. Почему-то именно эта форма делала его особенно вкусным.

Несколько оглушённый электрическим светом и гулом полного ресторана, но помня о правилах этикета, я попытался завязать непринуждённую светскую беседу.

— Планета Юпитер почти целиком состоит из водорода и гелия. — сообщил я доброжелательно, болтая под скатертью ногами в сандаликах.

Мои соседи по столу ничем не выразили интереса к этому факту. Почему-то они на меня ни разу не посмотрели.

— Вот наш парторг точно состоит, [м]лять, из водорода, — как-то натужно и пришибленно сказал один. Второй промолчал, мрачно глядя исподлобья в зал. Руки он держал по обе стороны от своей тарелки с неровной коричнево-синей котлетой, приваленной вареными рожками.

— Дизентерия — это кишечная инфекция, которая передается через грязную воду, продукты питания или грязные руки, — поделился я, скользнув взглядом по черным каёмкам на ногтях пролетариев.

Как бы в ответ на это, мрачный взял в одну руку вилку, а в другую ложку и начал методично, как будто орудовал шанцевым инструментом, ломать котлету на маленькие кусочки и перемешивать эти кусочки с сероватыми рожками и подливкой. Такой способ поедания был мне внове, поэтому я смотрел во все глаза, не таясь — авось чему новому научусь. Затем хмыри один за другим взяли по куску хлеба и намазали их маслом.

— Моя любимая сказка про пойди туда не знаю куда, принеси то, не знаю что, — излучая дружелюбие сказал я. На это было ноль реакции.

— А недавно мы читали книжку братьев Гримм...

Натужный хмырь неопределённо хмыкнул и, показывая неожиданную осведомлённость в творчестве сказочников, довольно громко сказал глядя на проходившую мимо официантку: "Сатри, вон Красная Шапочка пошла. Нужно сегодня ночью её заарканить! " и начал громко стуча ложечкой размешивать сахар в чае.

Я, несколько сбитый с толку, сидел глядя на свой продуктовый набор, представляя, как официантка убегает по прерии, бестолково размахивая руками, а хмырь, размотав над головой лассо, ловит её петлей и утаскивает по каким-то темным делам своими плохо вымытыми руками.

И тут пришибленный сделал конкретно непацанский ход. Он поддел вилкой одинокий светло-жёлтый цилиндрик и со словами "А вот где тебе масла взять, парень, я не знаю... " размазал его по куску хлеба. Я не верил своим глазам. Чужую пайку захавать — это каким же опущенным надо быть! Во дворе за такое могли спросить, но видно хмырь был из каких-то других дворов. Я встал, вежливо задвинул назад стул, холодно кивнул и ушёл в соседний зал.

По дороге мне попалась давешняя официантка. Я счёл нужным предупредить её об опасности:

— Тетя, вон тот дядя вас обозвал красной шапочкой и сказал что сегодня ночью вас надо заарканить!

— Вот с@ка, я ему самому щас приарканю, — неожиданно сказал мужик в красной рубахе снимая на ходу фартук.

— Щас я кому-то ребра почешу шабером.

— Женя, не надо, — тихо попросила пожилая, как мне тогда казалось, девушка двадцати пяти лет...

— Да чо не надо-то, чо не надо, когда я давно хотел этому пи... — дальнейшее утонуло в гуле человеческого улья и, честно говоря, не поддаётся восстановлению за давностью лет. Меня тронули за плечо. Я поднял голову — это была мама.

Мы пошли за столик родителей, и мама уговорила другую официантку принести мне всё сначала, включая цилиндрик масла и, к моему негодованию, новую порцию борща.

радио.

"Чё он cтрадает? " — шептали знатоки в кинотеатре, когда у голливудского героя разбивали машину или сжигали дом. "У них же всё всегда застраховано — получит деньги и всё новое купит". "Кстати, там у каждого совершеннолетнего есть своя машина". Ещё герой звонил своему адвокату и общался с личным психологом, этому не завидовали, но подмечали.

А с многократно переписанной кассеты тараторил Жванецкий то ли про Нью-Йорк, то ли про Гамбург: "Когда у вас появляется первая клубника?

— В шесть утра". "Блин, а у нас только в сезон бабки торгуют" — уныло думал несчастный житель страны Советов.

Тем временем магнитофон уже голосом Хазанова сообщал историю похода советской делегации на стриптиз. "Суки, комуняки, не дают жизни — раз в году балет телевидения ГДР, да и то хрен досидишь в Новый год до 3-ёх утра, разве что когда на антибиотиках".

Да что говорить про простых людей, в 1989 году фонд Рокфелера и другие пригласили Ельцина как частное лицо выступить с платной лекцией "Будущее советской демократии". Он впервые оказался в супермаркете и обалдел: "До чего довели наш бедный народ! Такого изобилия нет даже у членов Политбюро! "Вскоре этот кадровый партиец вышел из КПСС.

В этом же 1989-м группа будущих реформаторов (Чубайс, Найшуль и др.) на средства Госдепа США поехала в Чили для изучения опыта "шоковой терапии" режима Пиночета. По воспоминаниям современников, после поездки зазвучали циничные фразы: "А что, у нас пулемётов нет? " и "Чем больше мы разрушим, тем тяжелее будет восстанавливать прежнее". Спустя годы, в одном из интервью Чубайс заявлял, что для свержения КПСС нужно было "сознательно обозлить народ, устроить голод".

А советские элои, затаив дыхание, смотрели на западную витрину — как невинный ребёнок на конфетку в красивом фантике. Им казалось: стоит только протянуть руку и сразу станет сладко, светло, свободно. Вокруг же крутились морлоки с хитрыми лицами, которые крепко держали эту конфету одновременно ловко отбирая привычные игрушки, объясняя, что это и есть свобода.