Мой дед, Алексей Андреевич Фёдоров, на момент ареста был 37-летним сталинским генералом. В молодости он успел покомандовать бронепоездом, но он не был военным. Просто у начальства Северокавказской железной дороги были воинские звания, как наверно и по всей стране. Дед был убежденным коммунистом и какое-то время был уверен, что берут за дело. Но в начале августа 37-го он вернулся домой поздно вечером и сказал жене — "Меня скоро возьмут". На их управление спустили квоту — к такому-то числу выявить столько-то врагов народа. У всех руководителей управления были семьи. Все понимали, что будет, если квоту не набрать. Начальник управления предложил распределить квоту в равных долях по всем отделам. Дед, его зам, взорвался и послал всех нафиг.

Ждал он ареста довольно долго — до конца августа, когда наступил контрольный срок. Почти все показатель выполнили успешно, некоторые даже перевыполнили. Да только забрали в конце концов всю верхушку управления подчистую, независимо от показателей. Все признались под пытками и написали друг на друга всякое, все были расстреляны. Кроме деда. Он получил десятку, пережил войну на Колыме, потом ещё пятёрку. Вышел на свободу ещё до реабилитации, отсидев оба своих срока сполна. Потом получил пенсионера союзного значения, большую квартиру по месту последнего ареста, в Ростове-на-Дону, и вернулся к жене, которая его дождалась.

Когда грянула реабилитация, разрешилась и загадка, мучившая многие годы семьи арестованных. Дед сел первым и отделался лёгкой десяткой, а после него пошли остальные аресты, и никто из начальства не остался в живых. На запрос в прокуратуру прислали протокол военной коллегии с формулировкой "своей вины не признал" и мятые протоколы допросов с какими-то бурыми пятнами и той же неизменной формулировкой на каждом.

Лагеря только немного сломили его — он стал сентиментальным. Увидев издали милиционера, немедленно переходил на другую сторону улицы. И на его лице было при этом такое сдержанное отвращение, что весь наш недобитый род спустя годы помнит.

К сожалению, я очень мало знаю о своём деде. То, что слышал в детстве от бабушки, иногда начинал понимать и ценить уже во взрослой жизни. Однажды с завистью вспомнил, что дед умел принимать решения мгновенно, формулировать кратко и ясно. Он диктовал машинисткам свои тексты приказов и официальные письма с ходу, набело, ни разу не сделав ни единой поправки. Я так не умею, только учусь.

Может, этой истории место на другом сайте, но у неё случилось весёлое продолжение, буквально несколько месяцев назад. На наше управление спустили квоту из министерства – сократить 10% персонала в месячный срок. И знаете, вроде время другое, а в реакции начальства не изменилось ничегошеньки за эти годы. Вроде все приличные, милые люди, только вот срок больно жёсткий. Тут уж не до разбирательств, в каком отделе балду парят, а где людей не хватает, и на что уволенные жить дальше будут — своя голова полететь может. Решение начальства мне живо что-то напомнило — чтобы никого не убидеть, квоту распределили по отделам в равных долях. Все начальники отделов напряженно промолчали, перебирая в голове кандидатуры. А я вдруг вспомнил, что дед мой очень хотел сына, а рождались только дочки. У него бы обязательно получилось, просто не успел — когда его взяли, третьей, моей маме, всего 6 месяцев. Я вспомнил, что меня назвали в его честь, как единственного потомка мужского пола. И что сейчас я уже не единственный — у Алексея Андреевича растут два правнука. Знаете, какое это счастье, в наше благополучное время при слове "квота" послать вышестоящее начальство на хер...

Тут нередко бывают истории про то, как водитель маршрутки несется по пепеполненной машинами улице, при этом принимая деньги от пассажиров и тут же выдавая билеты и отсчитывая сдачу. Ну, все таких знают. А в Балаклаве мне вчера довелось увидеть, как работает "водитель морской маршрутки".

Мы на экскурсии поехали на морскую прогулку. Одиннадцать

Так уж по жизни сложилось, что вяжу я на спицах очень уж хорошо. Хобби такое, понимаешь ли.

И тут мне подфартило – у подруги доченька должна осчастливить семейство прибавлением. Да еще и, в добавок ко всему – внученькой. Ну, а что такое вязать для девочки... Платьица, юбочки, сарафанчики, кофтеночки... Кайф — запредельный, в общем.

Короче,

Встретились как-то мы с приятелем, которого я давно не видел, случайно в центре. Тут же решили забуриться к нему в гости, взяли пивка и поехали.

Входим в квартиру, я сразу руки мыть. В ванной натыкаюсь на чей-то взгляд... Котяра! Большой, сиамский. Как он залез к другу — до сих пор загадка. Форточки перепутал, наверное. По прошествии изумления мы немедленно его выстирали (блохи? вши?) и окрестили Нортоном.

Кот не возражал. Потом мы отвлеклись на пиво и разговоры, пока Нортон не завладел нашим вниманием тем, что начал грызть цветок в горшке на холодильнике. "Витаминов ему не хватает!" — изрек Паша и щедро отломил коту целую веточку. Кот ее проигнорировал. "А! Есть хочет!" — осенило меня, и мы предложили кошаку колбаски — копченой! в 1988 году!! — но колбаса его тоже не интересовала. "Ну и бог с тобой!" — решили мы единогласно и вернулись к пиву. Минут через десять из комнаты (а заседали мы на кухне) раздался сочный шлепок и тихий шорох...

Что такое, в конце концов?!! Я иду в комнату, затем немедленно хватаюсь за косяк и стекаю по нему на пол в коликах: на полу лежит выкопанный с корнем кактус, следы грязных лап идут к подоконнику, где в горшке от кактуса ровно по пояс сидит кошак и изредка тужится... Никогда и ни у кого я не видел более СЧАСТЛИВОГО и БЛАЖЕННОГО выражения морды лица, чем у этого котяры!..

Жена лейтенанта Коломбо.

Есть у нашего предприятия один странный клиент из Германии. Года три назад он приобрел оборудование. Первые несколько месяцев все было тихо и спокойно, а потом он позвонил в четверг вечером, загробным голосом сказал: "Агрегат встал, нужны запчасти. Я завтра срочно выезжаю к вам". На мое предложение отправить