Два клоуна, одна эпоха
В конце семидесятых — начале восьмидесятых в Советском Союзе было два самых знаменитых клоуна: Юрий Никулин и Олег Попов. Оба — легенды. Но легенды разные.
Один — высокий, с грустными глазами и мягкой улыбкой. Работал в паре с Михаилом Шуйдиным. Фронтовик. Не гнался за славой — просто делал своё дело. Играл в кино: "Когда деревья были большими", "Ко мне, Мухтар!". Был драматическим актёром, а не только клоуном.
Другой — клоун-эксцентрик, одиночка. Работал на свободно висящей проволоке. Блестящий имитатор с коммерческой чуйкой. Умел подать себя. Знал цену своему таланту. И, как говорили в цирковых кругах, умел вовремя заимствовать чужие номера — пока авторы не спохватились.
Между ними было соперничество. Жёсткое, ревнивое. Но настоящая причина была глубже, чем просто борьба за зрителя. Никулин и Шуйдин прошли войну. Для них работа никогда не была способом обогатиться или прославиться. А для Попова ценности были несколько иными. Он слишком ценил себя. И завидовал. Это и стало главной причиной его отъезда из страны в 1991 году — за год до того, как Никулин стал директором цирка на Цветном бульваре. Хотя сам Попов рассказывал иначе. Говорил, что Никулин сильно изменился после назначения, и это стало причиной. Правда ли, нет — не нам судить. Но, как говорится, 50 на 50.
А ещё в этом "пятиугольнике" были три комика. Знаменитый Карандаш (Михаил Румянцев)– наставник Попова, Никулина, Шуйдина. Сам Михаил Шуйдин. И Леонид Енгибаров — мим, клоун, незаслуженно забытый. Его амплуа- "грустный клоун". Такой образ. И Леонид был в нём лучшим.
Карандаш и Лапоть– "сваты"
История знакомства Юрия Никулина и его будущей жены Татьяны началась в цирке — и не самым обычным образом.
В 1949 году Татьяна Покровская училась в Тимирязевской академии на факультете декоративного садоводства и увлекалась конным спортом. В то же время знаменитый клоун Карандаш — Михаил Румянцев — искал для своих номеров необычную маленькую лошадь. Ему приглянулся смешной жеребёнок-карлик по кличке Лапоть, который находился в конюшне академии.
Карандаш попросил Татьяну и её подругу обучить Лаптя простейшим трюкам и привезти коня в цирк на Цветном бульваре. Именно на этих репетициях девушка впервые увидела Юрия Никулина, который тогда работал у Карандаша ассистентом.
Никулин пригласил Татьяну на вечернее представление. И в тот же вечер во время исполнения номера Юрий попал под копыта лошади. Прямо с манежа его в тяжелом состоянии увезли на скорой в больницу.
Татьяна чувствовала свою вину — ведь коня привезла именно она. И стала каждый день навещать Никулина в палате. За это время они безумно влюбились друг в друга. А уже через полгода сыграли свадьбу.
Вот так лошадь по кличке Лапоть, клоун Карандаш и случай на манеже соединили два сердца на всю жизнь.
Про внешность и характер
Когда Юрий Никулин пришёл знакомиться с родителями своей будущей жены, всё прошло нормально. Поговорили, посидели, чаю выпили. Но когда он ушёл, мать невесты неодобрительно спросила:
— Доча… Ты страшнее никого найти не могла?
Татьяна только плечами пожала. А потом, когда родители узнали Юрия поближе, когда увидели, какой он человек — добрый, надёжный, с этим его мягким юмором, — вопрос о внешности как-то сам собой растворился. Они сдружились. И никто больше не вспоминал тот первый вечер.
Впрочем, на внешность Никулина вообще мало кто смотрел всерьёз. У него было что-то другое — то, что не измеряется линейкой. Он притягивал. Свет изнутри. И советские люди это чувствовали. Никто не считал его страшным. Главное — душевные качества...
Как Никулин стал Балбесом
Ещё один эпизод. В 1960 году Леонид Гайдай подбирал актёров для своей знаменитой троицы — Трус, Балбес, Бывалый. Пригласили и Никулина. Он зашёл в комнату, где шёл кастинг. Поздоровался. И услышал, как Гайдай шепнул своему ассистенту:
— Роль Балбеса занята. Никого больше не смотрим.
Никулин не подал виду. Но что это значило? А значило это ровно одно: как только Гайдай увидел Никулина, он сразу понял — вот он, Балбес. Идеальный. Никого больше искать не надо. Гайдай принял решение ещё до того, как Никулин открыл рот. А потом его начали расспрашивать, просить сыграть какие-то сценки. Он играл. Что-то показывал. И его утвердили на роль Балбеса.
Так Никулин получил свой легендарный образ, который вошёл в историю.
Голос с Фонтанки
А теперь — история из Ленинграда от Leo3621.
Жил там мальчик. С 1962 по 1969 год его семья проживала в коммуналке на Фонтанке, дом 30 — как раз напротив цирка. Соседка, баба Маня, работала в цирке уборщицей. И была в той квартире традиция: вечерами она забирала соседских пацанов — четверо их было, одного возраста — и вела в цирк.
Через служебный вход с Инженерной улицы. Мимо клеток со зверьём. Потом по чугунной винтовой лестнице на самый верх. Галёрка. Сидеть было нельзя — если сядешь, вообще ничего не видно. Стояли, опершись на оградку.
А Никулин с Шуйдиным служили в Московском цирке на Цветном бульваре. Но Московский цирк часто бывал на гастролях — и в Ленинграде, и по всей стране. Вот почему мальчик с Фонтанки видел их десятки раз. Наизусть выучил каждую репризу. И каждый раз было что-то новое. Потому что, когда смотришь по нескольку раз одно и то же, становится понятно: эти двое были гениями. Ни разу не получилось шаблонной игры. Всегда — захватывающе. Всегда — по-новому.
Не узнаю вас в гриме
А ещё были истории. Забавные, нелепые, тёплые.
Евгений Леонов рассказывал: однажды пригласили выступить на заводе. Приходит на проходную. Охранник обрадовался: "О! Артист! Паспорт не взял с собой? Да так проходи, мы ж тебя все любим, товарищ Пуговкин! "
А в Вильнюсе продавщица узнала Леонова и воскликнула: "Смотрите, Никулинас! "
Ну, а сам Никулин рассказывал историю про мальчика Петю. Сидит Юрий Владимирович в парке, курит. Подходит мама с сыном лет пяти. Восторженная такая. "Петя, смотри, кто это? Узнаёшь? "Петя молчит. Никулин молчит. "Ну, известный же человек! Известный клоун! Юрий…" Петя отвечает: "Гагарин". Никулин улыбается. Молчит. "Ну что ж ты, Петенька! Это известный на всю страну клоун Юрий Попов! "
Мама улыбается. Петя улыбается. И Никулин улыбается. Приятно, когда тебя узнают. Даже если узнают неправильно.
А что сейчас?
Время прошло. Никулина нет. Попов уехал в ФРГ, но незадолго до смерти триумфально вернулся на Родину. Шуйдина нет. Енгибарова нет. Остались только истории — смешные, грустные, противоречивые. И воспоминания тех, кто стоял на галёрке, опершись на оградку, и смотрел, как два великих клоуна делают невозможное — заставляют смеяться, плакать и верить в чудо.
___________
На фото — Олег Попов, ещё один деятель культуры (мне, к сожалению, не знакомый), и Юрий Никулин
В 59 лет есть, что вспомнить. Хочу рассказать про человека, нелюбимого мною человека (и это взаимно), который изменил мою жизнь.
В 1984 году я попал в детский дом. Мать с отчимом бухали как не в себя, а мы, пятеро детей, ютились на десяти метрах и ели через раз. Нас забрали, в Латвии ювенильная юстиция была сильнее, чем на Украине, откуда мы
приехали в 1981, когда мне было 12.
Директор детского дома, Владислав Михалыч, имел чёткие принципы — всех братьев и сестёр собрать в одном месте. Я помню, как с нашим младшим ходил, я в седьмом классе, а ему едва пять исполнилось. А я был в том месте, где ему, нормальному ребёнку, пришлось жить пару лет. Это жуткое место. Спасибо, Михалыч. Это я с высоты прожитых лет говорю. А тогда у нас были причины для взаимной нелюбви.
Однако, произошло то, чему я не могу найти объяснения. Что изменило мою жизнь.
Однажды две девчёнки из восьмого класса и мой одноклассник, из седьмого, предложили мне сходить к Михалычу и попросить его научить нас играть на гитаре. А он играл изрядно, и не только на гитаре. Он вёл у нас музыку, химию и физику. Часто собирал нас и мы пели песни под аккордеон...
Ну, мы при мандраже пришли. Все его боялись (и правильно делали, он мог побить. При нём хотя бы самогонку не гнали на чердаке, не насиловали девок — он всё пресёк. Великий человек).
Ладно, приступим к основному. Девчёнкам он сразу сказал, что пальчики будут болеть, а теперь я знаю, что болеть точно будут. Конкретно он ничего тогда не сказал.
Через неделю примерно прибежал ко мне пацанчик (с третьего класса тоже примерно) и передал послание "иди к Владислав-Михалычу". и Охх, подумал я, сейчас п"здить будет, а за что, пока не знаю, но было за что.
Он спокойно на своей гитаре показал четыре аккорда, нарисовал их (кверху жопой, по-еврейски) и послал. в соседний класс. Мой. Он, мол, открыт. Я там часа два музицировал, подставляя пальцы правой рукой.
Я сейчас, с высоты прожитых лет, думаю. Этот человек вдруг увидел того, кто понимает музыку, как он. Но он однажды запретил мне играть на пианино в актовом зале, а я подбирал любую мелодию. Он понял во мне что-то, чего я сам не понимаю.
Он даже отдал свою гитару на поругание нашим корявым ручкам. Потом я, когда поработал на стройке, купил себе ещё одну...
Я по дурноте тогда не знал, что так обязан этому человеку. Мне по молодости, по дурости казалось, что я сам чего-то достиг... Нет, не сам.
Ну, что с гитарой. В рижском рок-клубе меня всяк знает, спросите Дикого.
Михалыч пару раз меня от[метел]ил, а каков эффект!
Вывод — [зв]издите детей. Им на пользу.
Бывает так: скачаешь фильм, забудешь, зачем скачал, а через несколько лет наткнёшься и посмотришь. Так мне попался "Сталинград" Бондарчука, 2013 года. Где-то на середине я вспомнил: это же тот самый, который блогеры разносили в пух и прах за несуразицы. Скачал я его тогда из любопытства и благополучно забыл. А теперь вспомнил.
Несуразиц
там и правда хватает. Я смотрел и хватался за голову. Сними кто-нибудь с такой логикой американский боевик — я бы ржал в голос. Но тут не боевик. Тут Сталинград, и события слишком великие и слишком страшные, чтобы над ними смеяться. Смеяться нельзя. А думать можно всегда.
Сразу оговорюсь, к чему не придираюсь. Солдаты посреди руин греют девушке ванну. Где взяли воду, дрова и саму ванну — вопрос интересный, но это красиво, и пусть.
Начинается всё вообще не в Сталинграде, а в Японии. 2011 год, землетрясение, под завалами немецкие подростки. Наш спасатель, чтобы их подбодрить, рассказывает им про Сталинград. Как его мама пережила там осень сорок второго и как пятеро наших солдат её спасли. Она потом называла их его отцами. История трогательная, спору нет. Только рассказывает он её немцам под завалами, а воевали эти пятеро, если что, с их прадедами. Подросткам, видимо, сразу полегчало.
Но по-настоящему меня зацепил снайпер.
В доме, который держат наши, есть снайпер. Лежит у окна, смотрит в прицел. Немцы у него как на ладони. Вот солдаты — дай знак автоматчику, и их накроет очередью. Не даём. Ждём. Снайпер у нас терпеливый, выстрел бережёт, как бабушка сервиз, — для особого случая.
И особый случай наступает. В прицеле капитан Кан. Тот самый, которому приказали взять наш дом. Крупнее рыбы на передовой не водится, генералы по окопам не гуляют. Самое время.
Выстрел.
Кан стоит где стоял. Падает Маша — она была рядом с ним.
Причём снайпер цедит сквозь зубы "с@ка". То есть это не расчёт, это чувства. Сервиз, который так берегли, грохнули об пол в сердцах.
Маша — русская, из дома напротив. С Каном у неё отношения: сначала он взял её силой, потом стал носить тушёнку, потом у них вышло что-то вроде любви. Остальные мирные Машу ненавидят: она спит с врагом. И я их понимаю — это плохо. Тут у меня с ними никаких разногласий.
А незадолго до этого немецкое начальство вызывает Кана и отчитывает. Ты, говорят, размяк. Думаешь не о том. Не о штурме, не о доме, не о войне.
Враг размяк — это же хорошо. Командир противника думает не о том — лучше и не придумаешь.
И тут у меня щёлкнуло. Мозг уже включился, и выключаться обратно он не собирался.
Подождите. Спит с врагом — плохо. Враг от этого размяк — хорошо. Так это плохо или хорошо?
И ведь никому в фильме — ни снайперу, ни мирным, ни нашим в доме — даже в голову не приходит, что это может быть не только плохо. Плохо — и точка.
А дальше Кан, которого начальство ругало за мягкотелость, вдруг собирается. Пригоняет танки и идёт на наш дом — мстить за Машу. Совпадение? Возможно. Но теперь ему точно ничего не мешает, а повод, наоборот, появился. Немецкое начальство, думаю, было довольно: капитан наконец-то думает о том, о чём положено.
Вот тут я и понял, что клюю уже не Бондарчука.
Есть такая мораль, по которой ложка дёгтя не просто портит бочку мёда, а отменяет сам факт, что мёд был. Если хорошее нельзя сделать, не сделав заодно чего-то плохого, значит, никакого хорошего и не было. Маша спала с врагом — всё, разговор окончен. То, что враг от этого размяк и думает не о войне, в зачёт не идёт. Это даже не обсуждается. Этого просто не видно.
Мораль, надо сказать, очень удобная. Чтобы ей соответствовать, ничего не нужно делать. Достаточно ничего не делать.
Блогеры, которые так старательно считали ляпы — этого, кажется, не заметили. А по-моему, это и есть главная несуразица фильма. Потому что она не в кадре. Она в голове. У сценаристов, у зрителей, у блогеров. И у меня, пока не щёлкнуло.
И голова эта опасна не только в кино. Почти любое хорошее изменение где-нибудь да пачкает руки: кого-то задевает, что-то нарушает, с кем-то не тем договаривается. Если это автоматически обнуляет результат, то приличные люди сидят, сложа руки — чистые, как операционная, и такие же пустые. А мир тем временем спокойно забирают те, кого мораль не останавливает вообще. Им ложка дёгтя не мешает. Они его бочками возят. И порядочным потом продают — под видом мёда.
Пошли титры. Смеяться по-прежнему было нельзя. А думать — по-прежнему можно.
P. S. Ванну, кстати, простил. Красиво же.
Особенности национальной охоты по-итальянски
Насмотрелась я на фотографии грибов из России, и так мне захотелось в лес! Но вот незадача: в моем окружении в Италии грибами никто не интересуется и мест не знает.
Пришлось спросить у искусственного интеллекта. ИИ авторитетно заявил, что грибы растут в лесу. Кто бы
сомневался! Конкретных координат не выдал, зато сразу предупредил: надо оплатить пошлину на счет местного сельсовета. И выдал список экипировки:
— Корзина с решетчатым дном. Чтобы споры грибов при ходьбе падали обратно в землю. Я-то планировала обойтись обычным ведром, но ради увеличения "поголовья" боровиков раскошелилась на лукошко. Взяла самое большое, гулять так гулять!
— Ножик. Тут без вопросов.
— Мягкая щеточка. Счищать землю с грибных ножек прямо в лесу. Дома такой не нашлось, пришлось купить детскую зубную щетку.
— Рулетка или линейка. А это еще зачем?! Оказывается, собирать малышей запрещено законом! Ты обязан сначала измерить гриб, и если он не дорос до европейского стандарта, пройти мимо.
Последний пункт меня добил. Представила, как наш человек в лесу режет опята через одного, сверяясь с рулеткой. На животрепещущий вопрос, какова вероятность быть пойманной лесником, ИИ ответить не смог, но высоко оценил шансы встретить медведя. Обнадежил, блин! А напоследок радостно предложил: "Хочешь, расскажу, как отличить съедобный гриб от ядовитого? Можешь присылать мне фото каждой находки". Намечалась не поездка за грибами, а научно-практическая конференция.
Компании в лес не было. И тут на горизонте появилась подружка моего сына. Девчонка вовсю пыталась понравиться "будущей свекрови", поэтому выдала козырь: "У меня дедушка в горах живет. Он заядлый грибник! Я договорюсь, он все секретные места покажет". Этим она сразу подняла свой авторитет в моих глазах.
Муж от этой авантюры сразу отказался, и мы поехали втроем.
Нас встретил подтянутый, элегантный итальянский старик. И тут же усадил пить кофе:
— Проходите, выпьем по чашечке, время еще есть. В лес рано нельзя.
— Не знала. А почему?
— У леса свои ритмы. Утром животные охотятся, не надо их беспокоить. Но ты не переживай, грибов у нас завались! Мы на часик сгоняем и наберем полную корзину.
— Точно много?
— Точно! Я на прошлой неделе целых три боровика нашел! И лисички были, мой друг штук двадцать срезал. А сыроежек вообще тьма, я уже столько насушил за сезон, наверное, грамм семьсот будет!
Судя по рассказам, дедушка за всю жизнь в своих "секретных местах" собрал меньше, чем я в детстве за один поход с бабушкой.
Наконец старик скомандовал: "Пора!". Мы удивленно посмотрели друг на друга и двинули в лес: дедушка с маленьким земляничным кузовком и я с огромной корзиной, в которую можно было упаковать самого дедушку.
И тут началось. Любая моя попытка отойти на полшага вглубь леса тут же жестко пресекалась. Оказывается, в Италии грибы собирают вдоль тропинок! Настроение стремительно падало. Я чувствовала себя гончей собакой на коротком поводке. Туда нельзя, сюда нельзя. Да ну вас в пень с такой охотой!
В какой-то момент под предлогом "мне срочно за кустик" я удрала в чащу. И о чудо — гриб! Боровичок! Сердце бешено застучало, проснулся азарт, глаза загорелись. Я судорожно высматривала глазами его собратьев, как вдруг раздался строгий окрик дедушки:
— С тропинки нельзя сходить!
— Почему?
— Там медведи водятся. Не надо рисковать. И вообще, скоро обед, разворачиваемся и домой.
Итог "охоты": маленькое лукошко дедушки было доверху забито десятком трухлявых сыроежек. А у меня на дне гигантской корзины одиноко катался боровичок.
Везти один гриб домой не было смысла, и я благородно подарила его деду. Тот, даже не проверяя мой трофей на "вшивость", просто целиком засунул его в морозилку. Сказал, зимой суп сварит. Из одного гриба.
Всю обратную дорогу мы ехали в гробовой тишине. Я молча рассматривала в телефоне фотки друзей, которые выкладывали багажники боровиков и ванны опят. А в кармане у меня лежала детская зубная щетка и рулетка, которой я так и не воспользовалась.
Вы замечали, во что временами превращаются современные четырёхполосные трассы и автомагистрали?
Казалось бы — по две полосы в каждую сторону, едь и радуйся.
Но нет, ты гарантированно попадаешь в заложники к касте закомплексованных имбецильных пи[тух]ов на огромных шаландах. Ты держишь нормальный темп в левом
ряду, спешишь по делам, и вдруг упираешься в километровую пробку.
Думаешь, впереди ДТП или ремонт?
Хренушки!
Просто два альтернативно одарённых существа решили устроить "гонки века" на скорости 82 и 83 километра в час.
Эта эпическая драма разворачивается прямо на скоростной дороге. Один баран тащится в правом ряду, а второй баран — невероятный гонщик и "профессионал" — решает обогнать его с перевесом в полкилометра и намертво запирает левую полосу. И вот эти две вонючие, чадящие махины ползут параллельно друг другу на протяжении десятков километров, полностью блокируя обе ваших полосы. Ты ползёшь за ними, за тобой ползут сотни легковых машин, у людей рушатся планы, закипают моторы и нервы, а эти два олигофрена в кабинах живут своей отдельной, с@ка, очень ленивой жизнью. Вы на автомагистрали, твари, освободите левый ряд для скоростного потока!
У меня один вопрос к этим "хозяевам дорог": у вас в черепной коробке вместо мозгов мазут залит? Вы вообще в свои лопухи заднего вида смотрите? Ты же видишь, животное, что ты занял левую полосу на скоростной трассе и за тобой хвост собрался до горизонта! Сбрось ты, мразь справа, газ на три секунды, дай своему коллеге завершить этот мучительный обгон за полминуты, чтобы люди поехали дальше! Нет, эта упёртая скотина будет держать свои 82 км/ч до талого, захлёбываясь от собственной важности. А скотина слева, заблокировав скоростной ряд, будет ползти рядом часами, собирая проклятия сотен людей.
Это не просто неуважение. Это откровенный, хамский бытовой терроризм охреневших от безнаказанности существ. И не надо скулить в комментариях про ваши "графики", "сроки доставки" и "электронные ограничители". Ваши проблемы и ваши логистические судороги — это исключительно ваши половые трудности, которые никого не волнуют.
Если у тебя не хватает ума уважать правила дорожного движения, согласно которым грузовикам вообще запрещено занимать левые полосы при свободных правых — продай фуру, сиди дома и не высовывай свою тупую харю на трассы.
Рано или поздно вы со своей мнимой неприкосновенностью доиграетесь. Нарвётесь на того, кто не поленится, остановит вашу шаланду посреди леса и научит дорожному этикету прямо на обочине с помощью монтировки.
За[дол]бали.
