ПОСТ N 1

Пару лет назад, делал документальное кино про войну и три дня снимал в Кремле роту почетного караула.

Как она живет, как тренируется и охраняет пост номер один.

Каждый час писали смену караула у Вечного Огня: сначала крупно ноги, через час — общий план, еще через час — крупно лица, еще через час — другой ракурс, еще через час... и так далее, ведь их же нельзя остановить и попросить пройтись для второго дубля.

Одним словом обычная съемочная суета.

Замполит роты Олег – хороший мужик, в очередную смену караула, посмотрел на часы и вдруг говорит:

— Ты сейчас снимай не солдат, а публику, которая будет на них смотреть.

Сними не пожалеешь.

Я удивился, но послушался и не пожалел — это оказался мудрый совет.

Мы с оператором перелезли через ограждение, зашли за Вечный Огонь и начали снимать публику сквозь пламя по переднему плану.

Примаршировала новая смена, вдруг люди пооткрывали рты, как будто они увидели не солдат, а инопланетян...

Я присмотрелся и правда караульные с разводящим шли не то что синхронно, а просто как роботы... и все какие-то неправдоподобно одинаковые.

Пораженные зрители от удивления даже забывали их фотографировать. Только потом я понял, что разводящий и двое караульных были тремя братьями близнецами.

Внутри, за кремлевским забором все эти "киборги" превращались в обычных жизнерадостных мальчишек, даже не верилось, что это те же сверхлюди, которые стоят там, у Вечного Огня...

Рядом крутился мой четырехлетний сынок, он мерил фуражки и хватал всех за карабины, пытаясь примкнуть штык.

Мы брали у солдат маленькие интервью: "Тяжело ли без движения стоять целый час? ", "Что ты чувствуешь у вечного огня? ", "Какие забавные или не очень случаи происходили на посту? " и т. д.

Каждый очень искренно говорил о себе. Рассказали, как однажды к огню поперлось пьяное мурло, не обращая внимания на окрики. В результате

"мурло" получило от часового — отверстие штыком в области ягодицы, а часовой получил отпуск на родину, так что если кто не в курсе: эти ребята далеко не манекены в военной форме...

Я спросил пацанов:

— А не трудно ли сдерживаться, когда публика пытается вас рассмешить?

Смеяться-то нельзя...

Они наперебой стали рассказывать, какие иезуитские способы бывают у зрителей, лишь бы "расколоть" часового: и рожи корчат, и разные звуки издают, часто травят анекдоты, но стоишь, не подаешь виду, зато в караулке все ржут потом как подорванные. А на посту нет, такого быть не может... Как будто выключателем отключается способность смеяться.

Один парень рассказал, как однажды стоял на посту и тут его из толпы случайно увидела одноклассница, она была в Москве проездом.

Кричит: "Ваня! Ваня! Это ты, или не ты!? "

Часовой конечно и бровью не повел...

Хорошо, что одноклассница догадалась дождаться до конца часа и пойти за караульными до дверей в стене.

Парень отпросился, вышел и минут двадцать поболтал с девчонкой у ворот.

Мне понравилась эта история, и я попросил пересказать ее еще раз на камеру.

Солдат согласился.

Включилась камера, но парень впал в ступор (такое бывает).

Единственное, что он смог заикаясь из себя выдавить:

— Меня зовут Иван Иванович... эээ...

Все вокруг просто таки упали от смеха, думаю что товарищи его с тех пор только так и называют: Иван Иваныч.

Съемка закончилась, мы попрощались с ребятами и пошли с сыном прогуляться по Александровскому саду: поели мороженого, полюбовались на фонтаны.

Напоследок сынок захотел еще разик посмотреть на смену караула и тогда уже поехать домой.

Я посадил хлопца себе на шею и протиснулся сквозь публику поближе к самому ограждению. Еще семь минут и будет смена.

Ждем.

Вдруг Сынок, сидя на моем загривке, показывает на часового рукой и громко говорит:

— Папа! Папа! Смотри! А вот с ружьем Иван Иваныч!!!

Через секунду часовые синхронно (а они все делают синхронно...) покраснели и стали медленно опускать головы на грудь пряча лица под фуражками, потом мелко затряслись...

Видимо они переживали, что-то среднее между орг@змом и микро-инсультом...

Я быстро унес своего подстрекателя подальше.

Хорошие они все-таки ребята, с юмором. Не зря каждого из них отбирают одного из двух тысяч.

В гостиничном номере сидят трое командированных мужиков, пьют водку, закусывают и травят анекдоты, и политические в том числе. Тут один из них решил приколоться над собутыльниками, он под благовидным предлогом вышел в коридор подошел к горничной дал ей на лапу и попросил через пять минут занести в номер бутылку водки. Вернулся, поболтал немного с остальными, а водка уже на дне бутылки плещется. Тут он с серьезным видом берет со стола пепельницу, подносит ее к губам и говорит:

— Товарищь майор, у нас водка кончается, пришлите прапорщицу с новой бутылкой.

Все ха-ха-ха, шутка понравилась. Через минуту входит горничная с водкой и, со словами "Как вы приказали", ставит бутылку на стол. Двое офонарели и впали в ступор. Шутник смеется, радуется. Потом объяснил приятелям, что это он пошутил, но все равно у тех настроение упало на ноль. Легли все спать, водку пить не стали. Шутник уже стал засыпать как вдруг услышал, что открылась резко дверь, зажегся свет и в комнату вошли люди в штатском. Они предъявили всем удостоверения ФСБ и увели из комнаты собутыльников шутника. Тот ничего не понимает, лежит под одеалом и глаза на эфэсбэшников вылупил. Те улыбаются и успокаивают его, что, мол, поймали шпионов, за которыми давно следили. Чекисты выходят из номера, один из них остановился, обернулся и, тонко улыбаясь, сказал: "А ваша шутка с пепельницей нам понравилась".

Чeм дешевле шампанское, тем выше его зeнитные свойства. Советское полусухое не оставляет люстре шансов. Осколки сыплются в салат, придaвая блюду эстетическую и смысловую завершённость. Именно на этот случай во всех новогодних домaх салатов больше чем люстр.

Мы договорились обойтись лёгкими закусками. Семья отдельно объяснила мне смыcл.

Спустя два года отношений и год совместной жизни мой парень бросил меня, потому что я слишком много ем, видите ли. Это при том, что при росте 165 мой вес 53 кг.

Я работаю официантом, приезжаю домой ночью, по выходным иногда беру подработку — сил хватает только на то, чтобы заскочить в душ и завалиться спать. О завтраке в состоянии зомби тоже речь далеко не всегда идёт. При этом, когда я дома, всегда готовлю вкусную домашнюю еду, чтобы парень мог и завтракать, и обедать. Мне он никогда ничего не оставлял, частенько приводил к нам своих друзей кормиться — я не говорила ни слова. В упрёк он поставил мне, что, когда к нам в гости заходит моя мама, приносит что-то вкусное или готовит, я (какой кошмар), не стесняясь, с удовольствием ем при нем. Хотя сам же уминает по две порции. Что я вообще никогда не стеснялась есть при нем. Вспомнил, что я на первом свидании, помимо кофе, заказала ещё пирожное, и когда мы гуляли, не отказалась от мороженого, которое он сам мне предложил. По его мнению, если я буду продолжать вкусно готовить, то разожрусь годам к тридцати. Апогеем стало то, что в редкий выходной, который у нас совпал, я предложила ему не потусить с его друзьями, а заказать вкусняшек домой и посмотреть вдвоём фильмы, поболтать, поиграть в приставку. Вот сейчас сижу и думаю —то ли он дебил, который, как взрослый человек, не мог сказать в лицо, что хочет расстаться, то ли он в принципе клинический дебил.

Настоящий Ученый всегда следит за точностью формулировок и корректностью терминологии. Даже если он не на Ученом Совете среди коллег, а, скажем, на даче в кругу семьи. Итак, семья собралась на веранде дачи. Все уткнулись в свои книги. Тишина прерывается лишь шелестом страниц. Но залетает на веранду шмель. Жужжит. Всем мешает читать. Мой отец (геолог) берет тряпку и пытается оного шмеля изловить и с веранды удалить. Мама (химик) пердупреждает -"Смотри, чтобы не ужалил!" Дед — Настоящий Ученый, биолог — такого издевательства над терминологией стерпеть не может (ужалить можно только специальным органом — жалом, кое у шмеля отсутствует, а потому тот пользуется челюстями и расположенными рядом с ними железами, вырабатывающими яд). Оторвавшись от чтения, дед, с высоты авторитета академика, президента научных обществ, лауреата и прочая, хорошо поставленным голосом опытного лектора, умело держа паузу (чтобы и самые тупые успели понять), изрекает:

— Шмель НЕ ЖАЛИТ...

Отец бросает тряпку, хватает шмеля голой рукой — и под его (отца) отчаянный вопль дед заканчивает фразу:

— Шмель КУСАЕТ!