У меня сестра поступила в гимназию. Учиться тяжело — нагрузка бешенная. Даже в третьем классе дети сидят полдня в школе. Дома — куча уроков.
Разумеется, родители, придя после работы, становятся просто обязанными помогать своим чадам. Короче, задание:... из слов и словосочетаний составить небольшое стихотворение... и т. д. Дальше идут слова и словосочетания типа "желтые, дождь, лужи, хмурые, листья " и т. д. По замыслу авторов учебника должно было получиться милое четверостишье про осень.
Но они (авторы) не учли, что скорее всего сочинение стихов ляжет непомерным грузом на спину папе, который только пришел с работы, и по мнению мамы не помогает ребенку с уроками. Короче говоря — разбор домашнего задания и учительница вслух зачитывает по очереди все стишки. Уж и не знаю, кто сочинил этот стишок своему ребенку — но я уверен, что у этого папы накануне выдался нелегкий денек. Учительница вдруг начинает злиться и с возмущением обращается к однокласнику моей сестры — мол, это что такое? Где это ты набрался такого!.. Откладывает его тетрадь в сторону. По совпадению этим же вечером родительское собрание и молодая учительница с возмущением зачитывает стишок пятиклашки:
— Желтые листья, желтые лица. Это китайцы идут похмелиться..
16 Mar 2022 | ![]() ![]() ![]() ![]() ![]() |
- вверх - | << | Д А Л Е Е! | >> | 15 сразу |
В советское время попали мы с группой товарищей в Останкинский телецентр по делам. Нормальная обстановка, по коридорам бродят очень известные люди и никто им вслед голову не поворачивает. Поскольку время настало обеденное, занесло нас в столовую. Большое помещение, человек на триста, длинная стойка, где набирают "комплексные обеды" — все, как у всех. Заходит в столовую Левитан (тот самый). Он уже был очень стар, но голос еще прежний — "от Советского Информбюро". Причем в тексте — сплошные заглавные буквы у него получались. Входит, стало быть, берет себе комплекс, садится, начинает обедать. В столовой стоит постоянный шум, поскольку все говорят одновременно. Вдруг в этом гуле наступает общая пауза (говорят: "милиционер родился"). И в наступившей тишине на весь зал слышен с детства знакомый голос, торжественный, как в словах "наши войска заняли Берлин": — А супец-то нынче. .. говно!
Как тогда телебашня не рухнула — до сих пор не пойму.
Еду сегодня в метро, а рядом сидит дед, двадцатого года рождения, и что-то бурно рассказывает своей спутнице, тех же лет.
Понравиться ей хочет. Шутит, улыбается. Вдруг разговор у них зашел о мытье - то ли себя самого, то ли овощей. Не суть. Но под это дело дедусь вспомнил историю. Дело было в Японии, по время войны, нашей с ихними.
"Стоим мы, заначится, в каком-то селе. А у японцев вино есть такое — саке называется. 33 градуса" — говорит дед.
Мне уже весело. Крепкий дедусь. 33 градуса ему вино.
"А в селе том был один колодец, с непроверенной водой. И говорит наш капитан: "Пока воду не проверят — даже не подходить." Так и приходилось умываться этим вином" — подвел дед конец рассказу.
А потом помолчал секунд двадцать и добавил:
"Большая с%ка был наш капитан".
В доперестроечные времена я жил в одной маленькой автономной республике вдали от Москвы, был до неприличия молод, у меня на голове красовалась целая копна волос.
Постригаться я ходил в одну и ту же парикмахерскую, к одному и тому же мастеру – высокому, статному, совершенно седому мужчине. Он был знаменит тем, что прежде обслуживал правительство этой республики. Но потом стал сильно пить, и его уволили. Когда он мне равнял чёлку, я всякий раз боялся, что останусь без глаз – так сильно дрожали в его руке ножницы.
Как-то отправили меня в командировку в столицу. Перед поездкой я постригся. И вот иду по какой-то центральной московской улице мимо салона красоты. Стена стеклянная – вижу, там мастерица в годах стрижёт клиента. Мельком глянула на меня через стекло, всё бросила, выскочила на улицу, догнала, остановила с извинениями и удивлённо так спрашивает:
– Скажите, где вас стригли? Я в Москве мастеров такого профессионального уровня не знаю…
Религия — личное дело? Вам параллельны мои убеждения? Не хотите вступать в дискуссии? А я вот, пожалуй, осмелюсь.
Скажите, когда "группа людей, объединённых общими интересами" громит выставки, врывается в кинозалы во время показа, да и просто срывает культурные мероприятия — это тоже личное дело?
Когда религию начинают пихать