47-летний Томас Лангенбах считался счастливчиком. Он был талантливым программистом, за умения его даже пригласили из Германии в Кремниевую долину. Там он через некоторое время поднялся до поста вице-президента гиганта в сфере корпоративного программного обеспечения SAP. У него была семья, огромный особняк, куча денег, уважение в обществе и совершенно безобидное хобби — Томас собирал наборы Lego.

И вот тут компьютерный гений почему-то повел себя не вполне адекватно.

На свою зарплату он мог закупать самые дорогие наборы Lego пачками, но решил, что он умнее всех. Томас зачем-то научился подделывать штрих-коды наборов на коробках. Он изготавливал их дома, приходил в магазин, брал понравившиеся ему наборы и просто переклеивал наклейки. Затем проходил на кассу и совершенно легально покупал Lego в десять раз дешевле.

Гению почему-то не приходило в голову, что руководство магазинов может заинтересоваться регулярной недостачей в кассе, а затем отследить по камерам, по чьей вине она происходит. В итоге Томаса взяли тепленьким при очередной покупке. Хоть он и отмазывался, что это просто невинная проверка оборудования, и он бы заплатил настоящую цену на кассе, никто Томасу не поверил, поскольку на руках копов были многочисленные записи с камер, где Лангенбах переклеивал штрихкоды.

В итоге любитель Lego, решивший сэкономить пару тысяч долларов, получил всего 30 дней заключения. Но был уволен с работы и попал в черный список, из-за чего другие компании отказывались брать мошенника сотрудником. Через какое-то время Лангенбах за долги продал свой особняк и его след затерялся, а история о том, как можно своими руками разрушить свою жизнь на пустом месте, навсегда осталась на просторах интернета.

Молодой человек сидел в полотенце после душа и смотрел телевизор. На столике рядом стояла миска с сушками, которые парень ел. Что ему взбрело в голову не знаю, но одну из них он себе примерил. Причем не на палец. Одеть-то он ее одел, а снять никак. Начало отекать и болеть. Попробовал раздавить — еще больнее. От страха вызывает скорую, при этом орет так, что диспетчер присылает эж реанимационную бригаду.

О составе бригады нужно упомянуть отдельно. Врач после института, до этого на скорой не работала. Девочка-фельдшер после колледжа, тоже жизни не видела. И тертый парень-фельдшер, которого поставили охранять этот букет ромашек.

Заходит бригада, а больной в полотенце буквой зю по стеночке и в кресло. Еле уговорили его это показать. Девченки в краску. Парень пятнами пошел, а фельдшер говорит ему:

— Вода есть?

— Да.

— Иди в ванну! Отмачивай!

Тактика лечения в карте вызова: "Рекомендовано поместить нижнюю половину тела в воду до размягчения хлебобулочного изделия. "

Лет 5 назад ездила в пионерский лагерь. Естественно, в отряде был мальчик, к которому испытывала симпатию, но в силу подростковых комплексов, подойти так и не решилась. В конце смены мы завели специальные тетрадки, в которой каждый член отряда должен был написать какое-то приятное пожелание владельцу тетради, и пока не приедешь домой читать

Работая в новом месте, довелось мне как начальнику отдела принимать новых сотрудниц на работу. И, глядя на их одежды, вспомнился мне старый случай, когда я еще был третьим помощником второго подносильщика дисков на студии звукозаписи.

Записывалась у нас тогда, в начале девяностых, новоявленная певица, теперь уже звезда, которая на запись в нашей душной студии приезжала, как на концерт. Причем явно не на концерт в советском концертном зале. В платье в сеточку, под которым кроме тела с трудом угадывалось еще что-то. И вот, в очередной раз, записываясь в ночь, и обежав некоторые помещения студии по своим естественным надобностям, воскликнула она, пробежав через угол, который был у нас "кухней":

— Мужики! У кого яйца кипят?! (ну варил их, куриные, кто-то себе на электроплитке пожрать...)

На что получила ответ из-за пульта:

— У всех, когда ты в этом платье!

И вот смотрю я на них и думаю, как работать, когда такая мода стала повсеместной?...

Владивосток, осень прошлого года. Поднимаясь по лестнице от Покровского парка на Партизанский проспект возле подземного перехода, обнаружил следы страшной катастрофы. Прямо возле ступенек на крутом склоне валялись: перекорёженный вусмерть мокик, перемотанные окровавленные кишки, многочисленные ошмётки какого-то серого вещества, фрагменты пластика, кусок большой розовой кости, разорванный кроссовок, разбитые очки без дужки, и вообще разнообразие, количество и разброс обломков крушения просто поражали – такое бывает наверное при авиакастрофе.

Сверху на обочине сияли три синие мигалки, завывала подъезжающая машина скорой помощи, парень из местного "Дорожного патруля" тащил камеру на треноге. Поднявшись на трассу, в окружении милиционеров, репортёров и врачей я обнаружил виновника происшествия – рыдающего паренька лет четырнадцати. Он был сильно исцарапан и перепуган, но кишки и мозги вроде были при нём, других пострадавших не наблюдалось – обгоняя по обочине, он оказывается просто протаранил и сшиб вниз два мусорных бака…