Рассказ знакомого вертолетчика

В славные времена совдепии летал на северах пилотом на трудяге Ми-8.

Работы было очень много — развозили геологов, буровиков, вахтовиков и ихнее оборудование. Ребята все веселые и будучи не на работе круто пьющие. Как-то, везли вахту, а посадочных мест было мало и сидели они на всем что можно было сидеть и лежать в фюзеляже вертолета, а сзади фюзеляжа есть грузовые створки, через которые можно грузить крупногабаритные груза, и на них во время полета нельзя садиться, т. к. они открываются вниз и уходят в бок — сразу летишь к земле (на стоянке правда всего только 1 метр). Бортмеханик отвечающий за пассажиров и груза уже и с матами на них чтоб не лежали на аппарелях, ничто не помогает — а вахта "устала" после борьбы с зеленым змием, и лететь надо.

Благо перелет маленький минут 20 всего-то. Бортмех был уж очень злой на пассажиров и на посадке говорит по СПУ (переговорное устройство пилотов)

"Командир — не убавляй шаг-газ после посадки". Вертолет садится очень мягко, гул от движков такой же как на крейсерской скорости, бортмех выскакивает и открывает снаружи грузовой люк. Из люка как горох, посыпались на бетонную стоянку 4 вахтовика. Я никогда не слышал такого крика и матов. Ребята хватались за что могли, скребли ногтями по дюральке, но все оказались на земле. Долго же они потом гонялись за бортмехаником.

Завод кузнечно-прессового оборудования, на котором я когда-то работала, кроме своей основной продукции, производил так называемые ТНП (товары народного потребления).

Среди разнообразного ассортимента ТНП, особо стоит выделить сиденья для унитаза.

Случай, про который я хочу рассказать, произошел, когда инженерно-конструкторскому отделу дали важное задание по разработке чертежей и технической документации этого "изделия". Как рассказали старожилы, местный приколист, когда разрабатывали инструкцию по эксплуатации, добавил в нее один пункт – все посмеялись и благополучно забыли. Потом чертежи отдали копировщицам (ну не было тогда ксероксов). Какой же был скандал, когда после всех утверждений и согласований у высокого начальства, чертежи со всеми печатями и подписями передали в цех и там, наконец, рабочие внимательно прочитали Инструкцию по эксплуатации.

Среди всех прочих стандартных фраз о правильном использовании изделия, разработчики предлагали: ПРЕЖДЕ ЧЕМ НА ИЗДЕЛИЕ СЕСТЬ, НУЖНО ХОРОШО ПОЕСТЬ.

Что-то вспомнилось из детства.

У моей мамы была подруга, которая вышла замуж за военного. Тот, послужив в частях, закончил Академию Генштаба и был переведен в Москву в один из центральных штабов, причем, когда мы познакомились, то уже носил погоны полковника.

Ну а т. к. работал в штабе, то полевую форму, что им выдавали достаточно регулярно, не изнашивал и часто отдавал новую моим отцу и деду (очень удобно было использовать в качестве рабочей в саду или походах в лес).

А жили мы до начала 80-х в своем частном доме, причем задняя сторона участка проходила вдоль забора воинской части. Срочники очень быстро это дело просекли и, договорившись с родителями, хранили у нас свою "гражданку", в которую переодевались, получив увольнительные или уходя в самоволку.

И вот в один из дней пара солдатиков переодеваются у нас на веранде и тут входит дед в новенькой форме старшего комсостава, только без погон. Парни резко сбледнули и попробовали вытянуться по стойке "Смирно", но дедушка махнул рукой и, сказав что-то вроде "вольно, я не на службе", прошел в дом.

Ребята тогда ушли по своим делам, но в ближайшее время под разными предлогами забрали свою гражданскую одежду, а "секретный" лаз в заборе заделали и больше наш дом в качестве явки не использовали...