такая сборная гоп-компания по 5-6 человек от войсковой части (всего человек 50) плюс комсостав, транспорт, сухой паек; грузилась в товарные вагоны с наспех сколоченными нарами и вперед, — в солнечную Молдавию или на Украину. Повезло, короче...)))

Место действия: левый нижний угол СССР, г. Болград, перевалочная база заготконторы РПС. Лето. Табуны симпатичных девчонок, никаких заборов и КПП, абрикосовый самогон и конопля, растущая, аки в Питере одуванчики, и нафиг никому не нужная..))) В общем, не жизнь была, а малина земляничная..)))

Работа заключалась в следующем: подходит к платформе грузовик. На нем 5-6 тонн лука в сетках или ящиках по 40 кг примерно. Нас – 10 человек.

Задача: перекидать все это в вагон.

Норма, как мы потом выяснили, была 2 вагона по 75 тонн в день. На всех.

Мы умудрялись загружать 10 вагонов... в день))) По окончании этих трех месяцев можно было без проблем наниматься дублерами к Сталлоне или Шварценеггеру...))))

Понятное дело, никто из нас не спрашивал, куда идут эти вагоны, так что начальник этой самой перевалки быстро смекнул, что к чему и, надо полагать, озолотился в итоге на дармовой рабочей силе..))

Но мужик он был справедливый, — кормил просто на убой и каждый день ставил нам ведро (10 литров) крепленого вина в обед и ведро — после работы. Если кто помнит такие сорта как "Тамянка", "Славянка", - то самое..))

И вот как-то раз в конце дня не нашлось у него ведра... Однако, начальник грустил недолго и жмотиться не стал. В 30-ти метрах от нас перегоняли из автоцистерн в железнодорожные то самое вино. Махнув рукой в направлении ближайшей, начальник весело сказал: "Пейте, сколько влезет! "

Ощущение неописуемое! Залезаешь, открываешь – а она полная! Лицом вниз — пьешь, пьешь, слезаешь – а она все равно полная!!! Пили до тех пор, пока были силы залезать..))

В место дислокации вернулись в кузове ЗИЛ-131 в виде штабеля, уложенного заботливыми руками местных работяг. Уважение, которое читалось в их глазах, когда мы, как ни в чем не бывало, на следующий день вышли на работу, также описанию не поддается: по их словам, мы ее все-таки отпили! !!..))))

Назад в Питер ехали в купейном вагоне...)))

папой, по поводу моего имени проблем не возникло (кому же из мужчин не понравится, что сына назвали в его честь), а Марией звали бабушку нашего папы (то есть нашу прабабушку). Так что все вопросы с именами были решены.

Лет до 10 мне жутко не нравилось мое имя Валерий. Все вокруг были Саши и Сережи, а я, как белая ворона — Валера. И я частенько говорил маме:

— Почему ты назвала меня Валера. Не могла тоже назвать Саша или Сережа?

Кстати, я знал, почему нас с сестрой назвали именно так, мама не раз рассказывала историю с выбором наших имен. И когда это все равно не убеждало меня, мама приводила контраргумент:

— Скажи спасибо, что я не вышла замуж за Абульфаса. А то бы ты был сейчас Абульфас Абульфасович.

Абульфас Абульфасович для меня звучало еще страшнее, чем Валерий Валерьевич, поэтому я успокаивался, правда, не надолго.

Зато, когда я уже подрос лет до 15-16, и вполне смирился, а иногда, даже гордился, что я Валерий, посреди Сашей и Сережей, начала происходить вторая история, связанная с моим именем, причем повторялась она тоже не однократно.

Когда вся семья (папа, мама, сестра и я) собиралась вечерком посидеть-поболтать, мама начинала:

— Ну вот, подрос наш сынок. Начнет встречаться с кем-то, обрюхатит ее, а потом придет мать той девушки и скажет: "Оприходовал? Значит, забираем жениться! "

Я начинал краснеть по этому поводу, а мама продолжала:

— Но ты не переживай, сынок, я тебя в обиду не дам. Я скажу: Оверченко?

— Оверченко. Валерий?

— Валерий. Забирайте козла старого (показывая на папу)!

Тут папа начинал взрываться и кричать:

Да?! А отчества у нас разные! Он — Валерьевич, а я — ВАСИЛЬЕВИЧ!

Мама притворно вздыхала и говорила:

— Да куда уж я тебя сплавлю, придется отдавать сына, — а потом ко мне, — Сынок, ты там поосторожней! А то, видишь, папка уходить никуда не хочет, а тебя отдавать еще рано.

И так до следующих семейных посиделок.

P. S. Памяти моих родителей, самых лучших на свете, Оверченко Валерия Васильевича и Оверченко Эльмиры Георгиевны, посвящаю эту историю.