Как командир части назвал меня снайпером

Большая делегация нашего района посетила войсковую часть с дружественным визитом.

Программа мероприятия включала соревнования по стрельбе.

Стреляли из АК-74 по грудной мишени со ста метров.

Три выстрела пристрелочных, потом – смотрим попадания, потом – 10 зачетных.

Автоматы пристреляны – нам сказали – по центру.

Я стрелял во второй пятерке.

Идем смотреть пристрелочные – у меня вообще ни одного попадания, даже "в молоко".

Мишени были прикреплены к верхней части больших листов фанеры. Я прикинул – если бы просто разбросал пули в стороны, то хоть одно попадание в фанеру было бы. А если таковых нет – значит все пули вверх пошли. И решил зачетные десять выстрелов целиться не по центру, а под обрез мишени.

Раздали нам по 10 патронов, стреляем. Я – дольше всех. Все ждут, пока закончу.

Идем к мишеням.

Лейтенант с таблицей результатов начинает обходить мишени, начиная с левой, а замполит части осматривает их с правого фланга.

У моей мишени они встречаются.

Замполит смотрит, как лейтенант тычет ручкой в пулевые отверстия и вслух считает: "Девять, плюс десять, плюс…" Замполит (вообще-то, теперь эта должность называется "заместитель командира части по работе с личным составом", но в обиходе их называют по-старому – замполитами) раздраженно его перебивает: "Чего ты считаешь?! Чего там считать, — пять девяток, пять десяток! Сто минус пять – будет девяносто пять. Я сегодня стрелять не буду! "

И действительно – он не стал участвовать в соревнованиях. И ни один офицер части не участвовал.

Стреляли только наши 17 человек. Среди наших хватало и бывших офицеров, и охотников, но ближайший к моему результат был 86, кажется.

После завершения стрельб мне торжественно вручили грамоту, и командир части сказал: "Вопрос нашему снайперу – где ты так наловчился стрелять? "

Я потом уже подумал, что для него это не совсем праздный вопрос. В программу боевой подготовки личного состава включена стрельбы из автомата. И тоже требуются соответствующие показатели.

Но тогда на его вопрос я ответил, что последний раз стрелял из огнестрельного оружия 30 лет назад на срочной службе в Тикси. И что всего за годы службы израсходовал 23 патрона. И почему сегодня у меня такой результат – даже не знаю…

Через полгода мы снова там были. Командир протянул руку: "Здравствуй, снайпер! "

Я ему сказал, что думал над его вопросом. И понял, что каждый выстрел тогда делал, как единственный. Все старался делать правильно с самого начала – принять правильное положение тела, рук и ног, правильно держать автомат – не заваливая мушку, правильно затаивать дыхание, выбирать свободный ход, плавно нажимать на спусковой крючок… Вот как-то так и получилось.

Минус той моей стрельбы – очень долго я всё это делал. В бою на это не может быть времени. Но ограничения не было по времени, и результат оказался неплох.

Грамота и мишень висят в кабинете у меня за спиной.

Мне они нравятся.

Отправила сына в элитную гимназию. Отваливала денег ежемесячно, как хорошая зарплата по нашему региону. Гимназия обещала вырастить интеллектуальную элиту, а по факту сын стал неуправляемым снобом. В гимназии внушали, что вокруг недостойное нищее быдло, а только у них тут все лучшие и право имеющие. Кто-то из учителей доносил это завуалированно, а кто-то не стеснялся говорить прямо. За всю начальную школу ничему толком не научили, мы сидели на репетиторах. Кружки все платные, но бесполезные. Одна школьная форма стоила немалых денег, а её нужно несколько комплектов: костюм с пиджаком, два галстука, жилет.

К 5 классу сын стал просто ужасен: ленивый, хамский, всё стал измерять только деньгами, друзей нормальных не нашел. К нему в гости приходили одноклассники — высокомерные выскочки, я была в ужасе. Мы из очень обеспеченной семьи, но я не могла смотреть на то, что делают с сыном. Муж был со мной согласен, и мы перевели его в обычную школу во дворе. И он снова стал нормальным: хорошо учится, нашел нормальных друзей. Учителя хорошие, знания дают крепкие, хотя репетитор у нас остался, но всего один. Сын стал человечнее, участвует в волонтёрском движении, с учителем ездят в приют для животных, помогают там.

Сейчас он в 7 классе, нормальный мальчишка. Единственное, что меня пугает, — это то, что та самая гимназия работает и ежегодно выпускает несколько десятков испорченных детей.

Учились мы на первом курсе Новороссийского Высшего Инженерного Морского Училища (НВИМУ). Одним из самых чудовищных нарушений дисциплины первокурсником считалось неотдание чести патрулю. Старшины перед каждым увольнением проводили инструктаж на предмет уставного поведения в увольнении, никогда не забывая упомянуть неизбежные кары, грозящие молодому "плафону", попытавшемуся вместо молниеносной отдачи, удержать эту честь при себе.

Но черт побери!

Начиная с первых же дней мы постоянно слышали истории от своих товарищей о том, что грозный патруль вместо положенной им проверки увольнительных документов только смеялся в ответ. И не то, чтобы патрули так уж бездействовали. Параллельно с рассказами о патрулях смеющихся, мы являлись свидетелями рассказов о патрулях свирепствующих. Наконец, настал и мой черёд наткнуться на патруль, который, к счастью, оказался смеющимся. Как и положено, завидев издалека группу курсантов-старшекурсников с красными повязками, я перешёл на строевой шаг и приложил руку к козырьку своей мичманки. Патруль ответил мне весёлым ржанием, не называя, однако, причин своего ликования.

Впоследствии выяснилось, что честь мы отдавали дружинникам.

С самых ранних лет была слабость к рыжим созданиям. Когда была маленькая, на летних каникулах родители взяли цыплят и отвезли меня к бабуле. Цыплята росли, среди них была одна любимица — огненно-рыжая курица. Я считала ее своей подругой, она, впрочем, тоже дружить со мной была не против. Пару раз с моей стороны даже были попытки забрать подругу в город, но родители объяснили, что она будет ждать меня в деревне.

Через некоторое время в дом притащила рыжего кота. Золотой комок настоящего счастья. Вот, 9 лет я красила волосы в рыжий цвет, который жуть как не нравился родителям. Перекрасить меня им не удалось. Будучи постарше, придя на очередную тусовку с подругой, мне открыл дверь головокружительно красивый рыжий парень! Год вместе, отращиваю свой русый цвет волос. Считаю любимые веснушки, любуюсь рыжими волосами и бородой такого же цвета. Знаете, теперь я понимаю, почему меня тянуло на все рыжее. Я счастлива!

Oперативная психология

Помните сцену из "Амели", когда она мстила бакалейщику – меняла ему тапки на два размера меньше, вставляла тусклые лампочки, сыпала сахар в его спиртное..?

Между тем, эту технику активно использовало Министерство государственной безопасности ГДР – "Штази". Метод получил название Zersetzung (разложение, деморализация). Его использовали против диссидентов в 1970-е и 1980-е годы. Цель состояла в том, что "выключить" диссидентов путем нарушения их личной или семейной жизни. Метод психологического разложения включал снятие в отсутствие хозяев квартиры картины со стены, перестановку мебели в квартире, постановку будильника на другое время, замену одного сорта чая на другой, странные телефонные звонки от неизвестных людей или даже отправку вибратора жене жертвы.

Обычно жертвы не подозревали, что это "Штази". Многие думали, что они сходят с ума, несколько человек покончили жизнь самоубийством.