ЕВРЕЙСКАЯ СХЕМА

"Узок их круг, страшно далеки они от народа"

В Питере, рядом с общагой, где я жил, был модный в районе кабак. К нему по вечерам съезжались местные бандиты на девятках, чтобы с шиком потратить свои миллиарды заработанные с утра.

По большому счёту, нормальному человеку даже проходить было опасновато возле того кабака и его обитателей. Времена стояли суровые, а нравы незатейливые. Начало девяностых. Мало ли, пойдёшь мимо, а с тебя спросят: — "Чё так смотришь? Дерзкий? "Или "А чё в глаза людям не смотришь, за тобой косяк? "Второй, или третий вопрос будет уже звучать примерно так: — "Поехали квартиру переоформлять. Кто в ней кроме тебя прописан? "

Если вы думаете, что я сильно преувеличил, то вам просто повезло не жить в те времена.

В этом самом кабаке через день, по вечерам подрабатывал на фейсконтроле мой товарищ, остроумный еврей по прозвищу Труба (когда-то он учился на отделении духовых инструментов, да потом бросил, а прозвище осталось).

Естественно у Трубы каждый день были тёрки с бандитами. Постоянные посетители его конечно же знали и уважительно здоровались двумя руками, но вот с незнакомцами, почти ежедневно случались проблемы. Кого-то Труба не впускал в кабак, братки быковали, хватали Трубу за грудки, собирались сломать нос, а у Трубы на этот случай была очень отработанная схема. Улучив момент, он говорил спокойным и убедительным голосом:

— Стоп! Парни, вас тут семеро, а я один. Если вы правильные люди и имеете желание разобраться, то я готов с любым из вас выйти прямо сейчас и прямо тут один на один и разрешить наш конфликт. Если не хотите сами, то пожалуйста, можете против меня выставить любого другого своего бойца. Я до утра здесь, так что у вас есть время за ним съездить.

Обычно, в девяти из десяти случаев, ребятишки от столь откровенной схемы несколько остывали, "давали заднюю" и "сливались" А если кто-то, всё-таки принимал вызов (что бывало не часто), то Труба максимально быстро и показательно вырубал оппонента, стараясь ничего ему не сломать. Бил в основном "по ливеру" как он это называл.

В общем, не велика, конечно, заслуга, если ты мастер спорта международного класса по боксу, да ещё и действующий.

Я как-то у него спросил:

— Труба, у тебя, конечно, отличная схема, но и она может дать сбой. А ты не боишься, что вдруг очередные бандюки приведут боксёра, который всё же сможет тебя вырубить? Что тогда?

— Ты таки хочешь потягаться схемами с евреем? Ха! Тех, кто меня сможет вырубить, я тем более не боюсь.

— Почему это?

— А вот почему, однажды так и получилось, как ты говоришь. Закусился я как-то с одними борзыми армянами, они приняли мой вызов и сказали, что сейчас приведут бойца, готовься, мол, к смерти. Под утро с ними действительно приехал огромный Ара, вышел из машины, подошёл ко мне… мы обнялись, он сел обратно в машину и тут же уехал.

Мы с этим Арой в своё время поездили по всему миру по молодёжным чемпионатам.

Всех, кто меня может побить, я знаю с детства, их человек пятнадцать и они мои лучшие друзья.

СТОГРАММОВАЯ ГРУША!

Собрались мы как-то семьями в кафе посидеть пива попить. Дети, в в зоне для детей, с лабиринтами и пр. играми, а родители недалеко от них пьют пиво и между делом наблюдают за своими чадами. Дык вот. В процессе употребления пива, речь зашла и о детях. Далее рассказываю со слов самого рассказчика, назовем его Юрой.

Максимум моих сегодняшних неудач за 1 минуту:

Я опаздывала на работу и бежала на автобус (а автобусы у нас ходят крайне редко.

Когда я перебегала улицу у меня упал шарфик.

Я обернулась на бегу, чтоб посмотреть вслед шарфику и на бегу врезалась в столб.

Разглядев без телескопа все кольца Сатурна я кинулась обратно за шарфиком. За пару секунд до того, как я должна была его схватить, как назло появился здоровенный Камаз, который не только переехал мой шарфик, но и унес его за собой в неизвестные страны.

Поняв что мерзнуть теперь моему горлу, я бегу обратно к автобусу, который уже закрывает двери.

Остановить процесс закрывания дверей я пытаюсь своим зонтиком. Двери автобуса резко закрываются и мой зонтик уезжает, наполовину придавленный дверьми.

В результате я остаюсь на остановке, без шарфика и зонтика, с большим фингалом ждать следующий автобус.

Коллега расказал.

Когда я закончил школу то заявил отцу, что учиться мне надоело и в колледж я не пойду. Он был, конечно, не доволен, но спорить со мной сильно не стал. Мол не хочешь учиться, тогда иди работай и договорился с моим дядькой взять меня на работу в его компанию что занималась перевозками в Нью-Йорке. Там же оказался и мой двоюродный брат практически по тем же причинам. Было весело. Новое ощущение свободы, собственные деньги и город который никогда не спит будоражили нашу молодую кровь. Но и вкалывать приходилось почти каждый день. Очень бысторо мы поняли, что хуже всего перевозить докторов и адвокатов. У них было много вещей — тяжелая и громоздкая мебель, бьющиеся люстры и фарфор, и почему-то всегда, мать его, рояль. Погрузка-разгрузка рояля – это я вам скажу просто "песня". А самым легким было перевозить офисы – стандартная мебель, коробки – все легкое, квадратное – красота! Однажды мы получили заказ из отеля. Думаем, что там такого в отеле можно перевозить. Наверное что-то офисное – быстро отстреляемся. Приехали и узнали, что нужно вернуть экспонаты из залов на двух этажах где вчера закончилась выставка... роялей. Я не помню сколько там было роялей, но мне кажется что сотня. Таскали мы их почти неделю нон-стоп.

На сдедующий год я поступил в колледж. И еще я почему-то классическую музыку с тех пор слушать не могу.

Старожилы ещё помнят, что в 70-х годах в нашем городе начисто сгорел кинотеатр "Ракета", не слишком удачно перепрофилированный в своё время из комплекса зданий Владивостокской епархии. Огонь начался совсем неудачно – во время сеанса со стороны выхода из зала. Путь к главному выходу был отрезан клубами дыма. С истошными воплями народ ломанулся было к другой двери, но из будки выбежал вдруг киномеханик и нырнул в эту дверь первым. Ладно бы это, но второпях он захлопнул за собой дверь так, что следующим её открыть уже не удалось.

После многих матов, ударов и предсмертных проклятий козлу-киномеханику толпа ринулась на главный выход сквозь огонь и дым. Спаслись все, хотя обожженные были.

Киномеханика нашли уже после пожара полумёртвым, задохшимся и сильно подкопченным под потолком на высоком шкафу возле окошка вентиляции.

Дверь, как оказалось, он сразу прочно подпёр изнутри какой-то попавшейся под руку железякой. Эта дверь вела к целой паутине маленьких подсобных помещений, каждое из которых заканчивалось зарешетчатым окном. Тут нашлось бы место всем…

На вопрос, почёму он не мог объяснить это людям по-человечески, киномеханик объяснил потом просто: "А кто б меня стал слушать! Паника! Я сам ей поддался, действовал спонтанно!"